выходила из своей комнаты.
— Кажется, нет…
Под моим суровым взглядом Камилла присела на кованную лавку и как-то горько хмыкнула, бросив взгляд мне за спину.
— Я принесла воды, — услышал голос жены позади себя и обернулся.
— Спасибо, — вяло поблагодарила Камилла, забрав протянутую бутылку минералки.
— Рус, я останусь с Камиллой, — сказала Арина, присаживаясь с ней рядом. — Иди к остальным.
Я с сомнением окинул взглядом обеих, но возражать не стал. Вернулся к родителям, рядом с которыми стоял Роман Стеблин, отец Камиллы.
— Вашей дочери стало нехорошо, — ответил на немой вопрос в его глазах. — С ней моя жена.
Он лишь кивнул, удовлетворившись тем, что та не одна. Отцовскую заботу этот мужчина проявлять не умел. Что от дочери, что от сына он предпочитал откупаться дорогими презентами. Но сейчас его годами выработанная система была бесполезной.
Рядом зашевелилась моя сестра, отпустив руку матери, она негромко сказала:
— Я отойду к ним.
Когда церемония прощания подошла к концу, Камилла все-таки вернулась. Бросила горсть земли на крышку гроба и позволила Маше увести себя от могилы.
— Ариш, позволь мальчикам остаться у нас сегодня, — попросила мама у моей жены, после поминального обеда.
Саша сидел на коленях у Арины, Давид отдельно между нами. Сыновей, вместе с няней, привез Николай, сразу после похорон.
Арина неуверенно повернулась ко мне. Я по глазам видел, она сомневалась, что в доме родителей сейчас уместны детские визги. Тихо у нас ни один вечер не проходит. Я ее мнение разделял, но и мать понимал. Внуки могли немного отвлечь ее.
— Мам, давай Арина завтра к вам приедет вместе с детьми. Сегодня все же не стоит, — предложил альтернативу.
— Руслан, ну что вы как не родные, — влезла Камилла. — Мне кажется родители сейчас будут только рады, если вы поживете у нас хоть немного. Верно, мама? Ты ведь очень хотела, чтобы они жили с нами. Дом большой…
— Спасибо за предложение, Камилла, — перебила Арина с вежливой улыбкой. — Мы будем приезжать в гости как можно чаще, но жить нам удобнее в своем доме.
— Я же временно предложила…
— Камилла, дорогая, все правильно. У Руслана и Арины свое семейное гнездышко. Не нужно нам ставить семью в неудобное положение. — Мама вытерла щечки Саши салфеткой и взяла его ручку. — Приедешь к бабушке завтра?
— Дя, — ответил сын настороженно. Ему было непривычно видеть бабушку такой расстроенной.
— Вот и славно, — она едва улыбнулась уголками губ.
* * *
Спустя неделю мама заболела. У нее сильно скакало давление, и ей было уже не до внуков. Камилла сообщила мне об этом только под конец рабочего дня.
— Почему сразу не сказала? — прорычал на нее, выходя из кабинета.
— Я не хотела отвлекать. Вызвала врача, ей вкололи лекарство, вроде полегчало, а сейчас опять плохо. Ты приедешь?
— Приеду. Вызывай врача.
Я приехал как раз во время визита нашего семейного врача, Василия Михайловича.
— Как дела? — спросил у него, как только он спустился к нам из комнаты мамы.
Седовласый мужчина прокашлялся, опуская очки с цепочкой на грудь и пояснил:
— У Ольги Владимировны перепады артериального давления на фоне эмоционального стресса. Я выписал ей необходимые рекомендации, если она будет их соблюдать, все будет хорошо.
— Госпитализация не требуется? — вмешался отец.
— Не требуется. Ей требуется покой и положительные эмоции. Будет не плохо рассмотреть ей лечебный отдых, я могу порекомендовать хорошие санатории.
— Я поговорю с ней, — согласно кивнул отец.
— Если что, звоните в любое время суток, — попрощался с нами врач и Камилла проводила его до двери.
— Ужинать будешь? — спросил папа.
— Позже. Я пока загляну к матери, — ответил я, и поднялся на второй этаж, в их с отцом комнату.
Мама действительно выглядела неважно. Она сидела в кресле качалке и рассматривала старый фотоальбом. Увидев меня на пороге, она тут же закрыла папку и отложила на подоконник.
— Ты как? — подошел к ней и сжал ее плечи, целуя в мягкие волосы на макушке.
— Уже лучше… — слабо ответила она, похлопывая по моей руке. — Ты с Аришей?
— Нет, я сразу с работы приехал.
— Ну зачем надо было срываться, — посетовала мама. — Со мной все хорошо.
Я перевел взгляд на фотоальбом и тяжело вздохнул:
— Мам, так нельзя. Не изводи себя, у тебя дочь еще в институте, здоровые внуки растут. Тебе есть о ком заботиться.
— А Боря ушел, не оставив после себя кровиночку… — горько произнесла она, а ее глаза наполнились слезами.
— Не надо плакать. Борис бы точно не хотел видеть тебя такой, — большими пальцами стер с ее щек слетевшие слезинки.
— Не буду, не буду, — пообещала мама, прикладывая к носу платок. — Верни, пожалуйста, альбом на полку. А я полежу немного.
— Давай я принесу ужин тебе в комнату?
— Хорошо… — не стала спорить, устраиваясь на кровати. — Только немного.
— Договорились.
Многим позже мне позвонила Арина.
— Руслан, ты сегодня долго… Мы собирались с тобой поужинать вдвоем, забыл?
Я зажал пальцами переносицу, поджимая губы. Я так резко сорвался в дом матери, что совсем забыл ее предупредить. И про то, что Арина хотела сегодня провести время наедине, тоже.
— Я в доме матери. Ей стало нехорошо.
— Ох, — помедлив выдохнула она. — Что случилось?
— Давление.
— Сейчас ей лучше?
— Да, но я останусь здесь на ночь на всякий случай.
Тишина на другом конце трубки шептала молчаливым протестом, и я уже приготовился к возражениям. Но их не последовало.
— Хорошо, — наконец произнесла Арина ровным голосом. — Завтра выходной, я могу приехать утром с мальчиками.
— Да, давай так и сделаем, — согласился я и попрощался.
Мы немного поговорили с отцом. Он спрашивал о результатах расследования аварии, но пока никаких новостей от полиции не было. То, что я знал наверняка — Борис вел автомобиль в нетрезвом состоянии, и влетел в бетонное ограждение без тормозного пути. В последнее время брат был в депрессии, поэтому версия самоубийства не исключалась. Но отцу этого я сказать не мог.
В десять он ушел спать, а я остался в гостиной, съедаемый чувством вины. Если бы я поговорил, если бы не рубил с плеча, все могло быть иначе. Подошел к бару, налил себе горячительно-расслабляющего и взглянул на телефон. Еще час назад пришло сообщение от Олега, а я и не заметил. Открыл горящую вкладку и завис, глядя на фотографии где моя жена заходит вместе с тем хмырем в какое-то жилое здание. Внутри все обрывается. Когда, твою мать, успела?
Набрал безопасника.
— Когда? — спросил без предисловий.
— Два часа назад. Позвонила и назначила встречу сама. Запись разговора могу прислать. Сейчас ваша жена уже дома, няню отпустила.
