Я повожу рукой по грязным стенам, пытаясь почувствовать, есть ли что-то твердое под ней.
Все, что я нахожу, это мягкость и ползучие твари.
— Ну… возможно, мы находимся в другой части? — говорю я, вздрагивая от мерзости под рукой. — Или, возможно, твой папа помнил его неправильно?
— Или, — медленно говорит Астон, — мифический тоннель был слишком мифическим.
— Это похоже на Райдена, — шепчет Арелла.
— Хотел бы я знать, что это значит? — спрашиваю я.
— Спроси себя, — говорит Астон. — Что если Райден слышал легенду о секретном туннеле?
— Откуда мне знать? — говорю я его. — Я никогда не читал Руководство Злого Убийцы.
— И он никак не мог слышать о проходе, — добавляет Солана. — Моя семья — единственные, кто знает о нем.
— Он допрашивал членов твоей семьи, — напоминает ей Астон. — И Райден использовал бы знание в своих интересах. Он удостоверился бы, что любой ищущий проход найдет то, что ищет… только это не будет то, что они ищут.
Я останавливаюсь:
— Так… ты говоришь, что туннель — фальшивка?
— Я говорю, что это ловушка, — исправляет Астон. — Этот путь, вероятно, ведет к темнице или какой-то отлично скоординированной засаде. И я уверен, что у Райдена также стоят Буреносцы у входа, которым мы воспользовались, на случай если мы вернемся.
— Но мы обнаружили вход там, где я его помнила, — спорит Солана.
— Вот именно, — говорит ей Астон. — Райден будет максимально придерживаться легенды.
— Было два набора железнодорожных путей, — шепчет Арелла. — Они шли по обе стороны башни. И камень, который мы отодвинули, был отмечен гербом Южных. Символ был маленьким, но это действительно кажется слишком легким.
— Ладно, так… что нам делать? — спрашиваю я, пытаясь остаться спокойным.
Астон царапает стены:
— Я не знаю, как ты… но я буду прорываться отсюда, если придется.
— Земля слишком мерзлая, — говорит ему Арелла. — И Буреносцы услышат твое бегство.
— Тогда я уничтожу столько из них, сколько смогу, пока они не выпьют всю мою жизнь, — рычит Астон. — Я ни за что не позволю им снова схватить меня.
— Этот план звучит просто потрясающе, — влезаю я, — но должен быть путь получше.
Астон фыркает, смеясь:
— Ладно… тогда как ты предлагаешь выбираться отсюда?
Он снова цепляется за стену, а я фокусируюсь на Западном щите. Это просто небольшой ветерок… но такой же малыш был у Одри, когда она вызвала Хабуб в Долине Смерти.
Я не могу сделать также, как она, но конечно могу убедить родню помочь мне.
— Пожалуйста, — шепчу я порыву на Западном Языке. — Нам нужен путь отсюда. Ты ведь можешь как-нибудь использовать свою силу?
Отличная формулировка, парень… это что, Звездные Войны?
— Ты можешь проделать новый выход из туннеля? — снова пытаюсь я. — Или… хм, другой путь, чтобы выбраться из-под земли?
— О, да, я вижу, почему Райден убил многих за эту силу, — говорит Астон, когда ничего не происходит. — Мне почти жаль, что меня там не будет, когда он откроет всю бессмысленность.
— Ну же! — прошу я Западный. — Разве ты не устал, что все думают, что ты бесполезен?
Это, кажется, привлекает внимание ветра.
Песня меняется, затопляя мою голову новым текстом, который определенно не тот, что я ожидал.
Я полагал, что этот план будет включать в себя много беготни и пряток. Но мой Западный хочет чего-то связанного со вспышкой.
— Я не думаю, что у кого-то есть зажигалка в кармане, — бормочу я.
— Зажигалка, чтобы зажечь огонь? — спрашивает Астон.
— Да. Ветер хочет, чтобы мы дошли до конца тоннеля и сделали что-то названное «огненный вихрь».
— Это план Западного? — спрашивает Арелла.
— Думаешь, я мог придумать такое? — спрашиваю я.
— Определенно, нет, — говорит Астон.
Маниакальные нотки в его голосе, кажется, исчезают, когда он добавляет:
— Это не ужасная идея. Но зависит от того, насколько большой прием у Райдена нас ждет. Одного ветра может быть не достаточно.
— А что насчет одиннадцати ветров? — спрашивает Солана. — У меня восемь под кожей. Вейн и я можем отказаться от Южных, которые не дают нам замерзнуть.
— Все это не имеет значения, если мы не можем зажечь огонь, — напоминаю я им.
— Я решу этот вопрос. — Астон рявкает странную команду и щелкает пальцами.
Искры вспыхивают в темноте.
— Как ты это сделал? — спрашиваю я.
— Мы управляем воздухом, — говорит Астон. — А что питает огонь?
Он снова рявкает, и я понимаю, что он щелкает частями кости, чтобы создать достаточно трения.
Это за гранью противного, но все, о чем я беспокоюсь:
— Думаешь, это сработает?
— Может быть, — говорит Астон, медленная улыбка появляется на его губах. — Веди нас к выходу и держи порывы наготове. Я прослежу, чтобы ветры горели.
Глава 16
ОДРИ
Ветер шевелится.
Шелестя через трещины вокруг нас… каждый порыв шепчет те же слова, что я чувствую внутри себя.
Время пришло.
Гас настолько силен, насколько может… по-прежнему то приходит в сознание, то снова проваливается в забытье, но идет сам. И Райден отвлечен осязаемым безмолвием за пределами крепости.
Он стоит спиной ко мне, полностью сосредоточившись на окне, где его желтоватые изломанные порывы несут последние новости от его Буреносцев.
Его ответы спокойны и приглушенны. Воздух вокруг него излучает уверенность.
Но есть что-то жесткое в его осанке. Напряжение сочится из плеч.
Ясно, его ловушка занимает слишком много времени.
Так или иначе Вейн и моя мать ускользают от него.
Что означает, пришло время, изменить игру.
Но что мне делать?
Я все еще за решеткой.
Все еще замедлена моим травмированным компаньоном.
Все еще под присмотром Райдена, даже если его взгляд не направлен на меня.
Неугомонный Восточный шепчет среди скрытых глубин в стенах, предлагая силу, храбрость, спокойствие.
Но если я сделаю это, мне будет нужен новый план.
Мы не можем сбежать через Шреддер, не зная, схватили ли они Вейна.
Вейн.
От мыслей о его имени Западный гудит энергией, мерцая против моей кожи странными, осознанными образцах, будто он пытается сигнализировать мне… но у меня нет ключа, чтобы перевести сообщение.
Гас кашляет, и я чувствую облегчение, когда красный больше не сочится из его рта. Я помогаю ему сесть, и он кладет голову мне на плечо, ощупывая пальцами пятна крови на моей спине.
— Я в порядке, — шепчу я. Независимо от того, как Райден хотел меня отметить, это не сломит меня. — А как ты?
