уход, и не менее пяти дней изображала тяжко больную, жалуясь и оплакивая «ужасные раны».
Травница же бодро выпорхнула из постели и по пути вновь принялась задавать вопросы.
Ей тоже хотелось разобраться в том клубке лжи, что опутал селение. И, кажется, первая ниточка была найдена.
В храме действительно обнаружилась травница, вернее – ее дочь. Вместе с близкой подругой она ходила на рынок. Там и завела разговор о травах, стоя рядом с лавкой, где торговали мыльными притирками.
– О, господин! – причитала послушница, заламывая руки. – Я не желала дурного! Всего лишь предостерегла мою подругу от покупки одной из притирок, что содержала ядовитую кровохлебку. Конечно, ее сок опасен лишь в течение суток, но ведь надобно беречься! А потом еще рассказала, как выглядит эта трава и связанную с ней легенду. Мама знаниями делилась…
И теперь эти знания использовались для убийства людей!
– Может, та женщина, которая меня ударила, искала противоядие? Или хотела, чтобы я его сделала… – донесся до него тихий голосок.
Аид слегка обернулся, чтобы увидеть девушку. Умна, но наивна, словно дитя! Нужно будет отселить ее подальше от гарема, где кипят такие интриги, что порой возникает желание послать всех наложниц к вшивому гулю в задницу.
– Та женщина сначала следила за нами, а потом пыталась тебя убить.
– Удар был слаб!
– Нельзя было попросить честно? К тому же она выпила укрепляющих настоек, чтобы тащить тебя на плече. Не всякий мужчина способен бежать столь легко, даже если его ноша легче снежинки.
Ильва смущенно опустила голову.
– С-северянки все небольшие, – пролепетала, соблазнительно прикусывая нижнюю губу.
Шайтан!
Аид едва удержался от искушения завернуть в ближайший переулок и как следует насладиться податливым ртом. Каким местом он думал, соглашаясь на этот проклятый спор?!
Видит Праматерь, Владыка и Всевышний, его терпение на исходе. Но для начала им надо разобраться с тем, кто наводил смуту в Хаб-Хи.
И Аид пришпорил лошадь, стремясь быстрее добраться до лавки с мыльными принадлежностями.
Едва заметив их, хозяйка выскочила навстречу.
– О, господин! Какая честь видеть вас!
И с несвойственной для тучных людей прытью рухнула на колени.
Как следует насладившись неподвижной фигурой женщины, Аид спрыгнул на землю и в одно движение снял с лошади северянку.
– Ой! – от неожиданности Ильва вцепилась в его плечи.
Аид самодовольно усмехнулся. Ильва может отрицать сколько угодно, но ее тело уже привыкло к его прикосновениям! Это хорошо. Вопреки демонической сущности, он бы не хотел чувствовать сопротивления рабыни. Хотя и мог бы принудить ее к смирению. Но Ильва уже попалась, и, возможно, их маленький спор скоро будет завершен.
– Боиш-ш-шься высоты? – прошипел, прижимая девушку ближе.
– Н-нет, господин.
Северянка мягко попыталась отстраниться, но он не позволил. Довольно игр в кошки-мышки! Он будет поступать так, как ему хочется.
– Встань, – обратился к торговке.
Женщина проворно вскочила на ноги, успевая отряхнуть светлый шелк платья.
– …Три с половиной луны назад в твою лавку приходили послушницы из храма Праматери, – продолжил, внимательно вглядываясь в лицо женщины.
Та слегка нахмурила подведенные сурьмой брови и медленно кивнула:
– Помню, господин. Они приходили.
– И о чем вели речь?
Торговка вспыхнула, гордо вздергивая подбородок.
– О, они говорили, господин! Так говорили, что едва не распугали всех покупателей! Где ж это видано – обвинять честную женщину? В моих товарах яд, а?! Каково? Отрава! Да чтоб у них язык…
Женщина осеклась, сердито раздувая ноздри. Полная грудь ходила ходуном, а на щеках расцвели багровые пятна.
– … Ложь это! – притопнула ногой. – Клевета, недостойная послушниц великой Праматери! Так я им и сказала. А они оправдываться начали! Как рот открыть посмели…
Похоже, торговка не врала. К тому же Аид отправил одного из слуг поспрашивать местных и собрать сплетни. Ничего особенного не нашлось. Обычная горластая купчиха, рдевшая о своей выгоде.
– Кто-нибудь еще стоял рядом?
Женщина вновь нахмурилась, задумчиво перебирая толстыми пальцами бусы, что в обилии украшали шею.
– Рядом с моим шатром стояло несколько женщин. Одну я хорошо знаю – Карина прислуживает господину Суфею, да продлит Всевышний его годы…
Северянка сдавленно ахнула. Аид же стиснул кулаки так, что когти впились в кожу. Но и это не помогло отогнать навалившуюся растерянность и отторжение. Его друг не мог быть причастен!
– А остальные женщины? – выдавил из себя.
Торговка пожала плечами и коротко рассказала, как они выглядят. Но Аид был уверен: разгадка кроется в доме Суфея.
***
Опять они в библиотеке. Демон копается в книгах, она ему помогает… Только вместо робости в сердце растет неприятие: старый демон – не убийца!
Ильва понятия не имела, почему это ее так заботит, но успокоиться не могла.
– Господин, – шепнула, не в силах выносить тягостного молчания. – Можно мне сказать?
– Говори.
И ведь даже взгляда на нее не поднял!
Сидел себе весь такой строгий и холодный, закованный в черную броню одежды, на алом поясе вновь кинжалы, острые, словно когти демона. И лицо – будто маска из темного камня, лишь глаза полыхают углями.
Ильва осторожно перевела дух.
– Не верю, что ваш друг причастен.
– У демонов нет друзей, – последовал равнодушный ответ.
Ильва сердито тряхнула головой. Какой же он упрямый! А кто братался с Суфеем, едва спрыгнув с лошади?
– Не верю, что ваш знакомый причастен, – повторила по-другому. – Это же невыгодно!
Демон поднял взгляд, а у нее сердце в пятки рухнуло! О, какие глаза! Опять сплошь черные, и только радужка переливается огненными всполохами, как раскаленный уголек.
– Много ли ты знаешь о выгоде, северянка?
Ильва набрала в грудь больше воздуха, но тут же выдохнула – демон прав. Она далека от интриг и всего этого.
– Я могу сделать особое зелье, господин, – произнесла после некоторого раздумья. – Оно заставляет человека говорить правду. Только… Готовить его долго. И тошнит потом. Сильно.
– На демонов не действуют зелья.
Аид говорил вроде бы спокойно, но почему ей упорно мерещилась боль, которую мужчина тщательно скрывал? Он ведь действительно хорошо относился к Суфею!
– Может, тогда подействует разговор? И потом… Его сыновья…
– Племянники.
Хм… ну ладно. Ей все равно.
– Племянники, – послушно исправилась. – Они ведь живут рядом. Что мешало Карине работать на кого-то из них? Или сказать по неосторожности.
Демон слегка прищурился. Но на этот раз Ильва не спешила уступать в поединке взглядами. Глупо, да. Аид не нуждался в помощи, и тем более в задушевных беседах. Но она все равно хотела помочь.
– А потом по неосторожности свернула себе шею, – недобро усмехнулся на ее вопрос.
Да, с женщиной поступили жестоко. Но именно она впустила в дом наемницу, оказавшуюся,
