– Я сделал, как приказано, – сообщил Альтаир. – Я все выяснил и теперь знаю, что нужно сделать, чтобы добраться до Монферрата.
– Расскажи, а я решу.
– Влияние Уильяма настолько велико, что некоторые называют его Мастером. Но и у него есть враги. Он и король Ричард предпочитают не встречаться друг с другом.
Джабаль удивленно приподнял бровь.
– Да. Они никогда не были близки.
– В этом моё преимущество. Приезд Ричарда огорчил Уильяма. Как только король уедет, Уильям вернется в крепость, чтобы всё обдумать. Он потеряет бдительность. Тогда я и нанесу удар.
– Ты уверен?
– Абсолютно. Если что-то изменится, буду действовать по обстановке.
– Тогда я разрешаю тебе идти. Оборви жизнь де Монферрата, и тогда мы сможем назвать этот город свободным.
Джабаль передал Альтаиру перо.
– Я вернусь, когда дело будет сделано, – отозвался Альтаир.
ГЛАВА 18
Альтаир вернулся в крепость. Он думал, что там ничего не изменилось, но пока шел по улицам к цитадели, почувствовал, что это не так. Что-то витало в воздухе. Волнение. Ожидание. До него донеслись обрывки разговоров о приезде Ричарда. Кто-то сказал, что король сейчас в крепости, говорит с де Монферратом. И, по-видимому, король был в ярости, узнав о гибели трех тысяч заложников, взятых в плен при захвате города.
К своему удивлению, Альтаир ощутил трепет. До него доходили слухи о репутации Ричарда Львиное Сердце. О его храбрости. О жестокости. И увидеть его во плоти…
Альтаир пересек рынок. Людей стало еще больше, прошел слух о приезде Ричарда. И все жители Акры, независимо от того, как они относились к английскому королю, хотели увидеть его.
– Он придет, – прошептала женщина рядом с Альтаиром.
Ассасин почувствовал, что толпа несет его с собой, и впервые с приезда в город понял, что едва может держать голову поднятой. Но толпа скрыла его, а охранники были слишком озабочены прибытием государя, чтобы заинтересоваться подозрительным типом.
Толпа рванула вперед, унося с собой Альтаира. Он не стал выбираться из людского потока, позволив нести себя к массивным воротам, над которыми на ветру трепетали, будто тоже приветствуя Ричарда, стяги крестоносцев. У самых ворот стража отогнала толпу назад и позвала подмогу, чтобы остановить народ. Но на площадь перед главными воротами прибывало всё больше и больше людей. Стражники живым щитом встали между толпой и воротами. Некоторые держали руки на рукоятях мечей. Другие, угрожающе рыча: «Назад!» тыкали пиками во взбудораженную, недовольную толпу.
Вдруг со стороны ворот донеслись взволнованные крики, и ворота со скрежетом начали подниматься. Альтаир вытянул шею, чтобы лучше видеть. Сперва он услышал цоканье лошадиных копыт, а потом увидел шлемы королевских телохранителей. В следующий миг вся толпа опустилась на колени, и Альтаир последовал их примеру, но его взгляд оставался прикован к королю.
Ричард Львиное Сердце, высоко подняв голову и расправив плечи, сидел на великолепном жеребце, украшенном эмблемой короля. Каждый бой, каждая пересеченная им пустыня, оставили отпечаток на лице Ричарда; глаза его устало блестели. Его окружали телохранители, ехавшие верхом, а рядом с королем шел ещё кто-то. По ропоту толпы Альтаир понял, что это Уильям де Монферрат. Он был старше короля, не такой крупный, не такой сильный, как Ричард, но более ловкий. Альтаир подумал, что он вполне может оказаться отличным мечником. Уильям, идущий рядом с королем, выглядел недовольным. Ричард затмевал его, так что Уильям рядом с ним не был заметен. Де Монферрат не обращал никакого внимания на собравшуюся толпу, погруженный в свои мысли.
– Три тысячи жизней, Уильям, – голос короля звучал так громко, что услышал весь рынок. – Я же приказывал держать их в тюрьме, чтобы потом обменять на наших людей.
– Сарацины не выполнили бы свою часть договора, – ответил де Монферрат. – И ты сам это знаешь. Я оказал тебе услугу.
– О, да! – прорычал Львиное Сердце. – Невероятную услугу! Теперь они и разговаривать с нами не станут, разве что на поле битвы!
Они остановились.
– Я хорошо их знаю, – сказал де Монферрат. – Смерть их воинов вселит в них ужас, а не ярость.
Ричард смерил его презрительным взглядом.
– Скажи, откуда ты так хорошо их знаешь, если с головой ушел в политику и забыл, что такое бой?
Де Монферрат сглотнул.
– Я сделал то, что считал правильным. И справедливым.
– Ты поклялся хранить посланное нам Богом, Уильям. Но делаешь ты нечто иное. Ты всё это разрушаешь.
Де Монферрат выглядел так, словно его затошнило. Потом, словно напоминая о том, что вокруг них собрались подданные короля, он поднял руку.
– Это жестокие слова, мой сеньор. Я думал, что заслужил ваше доверие.
– Ты регент Акры, Уильям. Ты правишь вместо меня. Это не доверие? Может, ты мечтаешь о моей короне?
– Ты не понимаешь, – пробормотал Монферрат. И не желая терять лица перед собравшимися, добавил. – Хотя и это не ново…
Ричард рассердился.
– Я бы предпочел не тратить впустую своё время, а заняться войной. Продолжим в следующий раз.
– Не смею вас задерживать, – вежливо отозвался де Монферрат. – Ваша светлость.
Ричард бросил на собеседника последний испепеляющий взгляд, напоминая, кто здесь носит корону, и ускакал. Его люди бросились следом.
Толпа начала подниматься с колен. Де Монферрат что-то сказал одному из своих людей, Альтаир прислушался.
– Боюсь, таким, как он, нет места в Новом Свете. Сообщи всем, что я хочу поговорить с солдатами. Я хочу, чтобы каждый делал то, что следует. Любая халатность будет караться. Я не в настроении ни с кем возиться. – Потом он повернулся к остальным своим людям: – За мной!
Волна людей, среди которых были не только люди де Монферрата, но и торговцы, надеявшиеся продать в крепости свои товары, хлынула в ворота. Альтаир, зажатый между мешками торговцев, тоже прошел туда. Наконец, гвардейцы сумели взять ситуацию под контроль и захлопнули ворота. Внутри раздраженные солдаты согнали торговцев во двор, где купцы могли бы продемонстрировать свои товары. Альтаир увидел де Монферрата, который шел вдоль стены, окружавшей двор крепости, к внутренним вратам. Ассасин нырнул в сторону и проскользнул в щель между стеной и зданием, стоявшим во дворе. Альтаир задержал дыхание, ожидая услышать крик остроглазого стражника, который видел его исчезновение. Тишина. Альтаир посмотрел вверх и с радостью увидел в стене дома щели, за которые можно было зацепиться. Он полез вверх.
Лучник.
Разумеется. Альтаир так обрадовался, что часовые внизу его не заметили, что забыл рассмотреть крыши зданий. Ассасин украдкой посмотрел на крышу, выжидая, когда стражник отвернется и отойдет от края. Нужно было, чтобы лучник оказался на середине крыши, иначе его тело заметят и поднимут тревогу. Когда стражник оказался в нужном месте, Альтаир изо всех сил метнул нож, сверкнувший на солнце, и попал прямо в спину часового. Тот крякнул и упал, к счастью, не с края крыши. Альтаир подтянулся, влез на крышу и, присев, пошел дальше, не сводя взгляда с лучника на соседней крыше, готовый исчезнуть из поля его зрения, если он обернется. Внизу по улочке в крепость шел де Монферрат, отдавая приказы и оскорбляя каждого, кто встречался ему на пути.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
