которого подняли за ворот, как котенка, и поставили на колени, главарь молвил:
- Мы мирные торговцы, но ты нарушил порядок, устроил драку, оскорбил и унизил моего подручного. Ты оскорбил меня, сказав что мы ссым в горючку. Даже если ссым, то что с того? Не нравится - не покупай! А возмещаем мы все вдвойне. Избейте его, обоссыте, потом выкиньте вон.
Подручные с энтузиазмом принялись выполнять поручение, а главарь двинулся к нам.
- Звиняйте, гости, иногда у нас бывают недовольные покупатели. Вы-то не такие?
- Неет, мы не такие. - успокоил я бандита.
- Вот и славно, вот и хорошо. Чувствуйте себя как дома. У нас есть еда и голые бабы. Мы всегда рады гостям с золотыми рублями.
Сказав это, главарь удалился. Несчастного торгаша уже обоссали и потащили прочь, один из громил забрался в фургон, и отогнал его от цистерны. Я подкатил к заправщику, и спросил:
- По чем горючка?
- Рубль за бутылку.
Я так все золото потрачу даже не доехав до Москвы. Эти упыри точно ссут в цистерну, но да наплевать, если соотношение мочи с горючкой не фифти-фифти, то дотянем.
- Наливай. - сказал я, и открыл бак.
Торгаш быстренько наполнил бутылку, и протянул мне. Я понюхал горлышко, да, мочой пованивает, такую горючку лучше не пить, и вылил бутылку в бак. Следом еще девять бутылок. Итого десять рублей только меня заправить под горлышко. В перехватчики вошло по восемь-девять литров, я открыл сундук на своем мотоцикле, и отсчитал нужное количество монет, передав их заправщику. И заметил, что он с любопытством смотрел, как я роюсь в ящике, и не он один. Возможно, нас попытаются ограбить. Клуб расселся на мотоциклы, и мы выехали на Дорогу. До вечера надо успеть уехать подальше, до Москвы еще далеко…
Чертовски приятно ехать по Дороге Проклятых. Идеальное, чуть пружинящее покрытие, ни ямки, ни трещинки. Будь у нас такие дороги… На них было бы не протолкнуться, и постоянные аварии, которые устраивают летчики. Даа. Не надо нам таких дорог, ни к добру это. Гнали мы знатно, я надеялся что у Бэт и Зака глаза не вытекут. Ближе к закату достигли реки,уж не знаю что за река, но огромная. Была. Это Волга? Наверное. Сначала мы ехали по перешейку, слева раньше был берег, от которого осталась только засохшая бурая грязь, с влипшим в нее навсегда строительным и металлическим мусором. Ближе к центру русла тек вялый поток мутной воды, окруженный лужами с топкими берегами. Вскоре перешеек кончился, и я увидел противоположный берег. Только моста не было! Его обломки лежали по сторонам от черной ленты Дороги, а она опускалась вниз и шла по дну русла, а следом прямо по воде!
Я даже скорость снизил, и пару раз моргнул, сильно сжав веки. Нет. Полотно Дороги Проклятых шло прямо по поверхности воды. Было чертовски страшно въезжать туда, но раз путь проложен так - значит проехать можно. Медленно я двинулся к Дороге на воде, мне все еще не верилось, что это возможно, но мотоцикл катил по черному покрытию, лежащему на поверхности мутной, текущей под ним воды, как ни в чем не бывало. В зеркала я видел, что мой клуб сбавил скорость, Бэт даже остановилась, но после того, как проехал Виль, тронула свой мотоцикл. Слева и справа от нас из воды торчали обломки моста. Поборов свой страх, я открутил газ, и понесся вперед. Проскочив воду мы снова выбрались на сушу.
Солнце опускалось к горизонту, когда показались очередные руины на обочине Дороги, где можно было остановиться. Останки двухэтажного кафе, сложенного из красного кирпича, сверху имели мансарду, которая давно провалилась, и лежала грудой мусора на крыше и вокруг. На парковке стоял остов фуры, и пара легковушек, старый асфальт покрывала нетронутая грязь. Хоть я и видел, что никто вокруг не ходит, но это не значит, что нас никто не ждет внутри.
Взяв оружие наизготовку, и Виля в напарники, я отправился на осмотр. Дверь была выбита, и лежала внутри, осторожно заглянул и осмотрелся. Мусор, грязь, и трупы. Посветив фонарем, увидел на стенах старые отметины от пуль, и рассмотрел, что принадлежали трупы людям, убитым здесь. Трупы старые, давно лежат, на них еще сохранились обрывки одежды и высохшая кожа. По положению тел я сделал вывод, что группа людей оборонялась тут от наступающего врага. Два тела лежали около двери, и по одежди немного отличались от тех, что были в глубине. Ни оружия, ни какой либо экипировки не было, это все забрали победители. Оборонявшихся я насчитал троих, и еще трое было на кухне. Этих казнили, руки убитых связаны проволокой, одна голова отделена от тела, и положена на стол.
Дерьмовое место, прямо скажем. Но искать что-то другое времени нет. Можно было бы ехать всю ночь, но накопилась усталость. Я решил посмотреть второй этаж кафешки, и осторожно поднялся наверх, где находились жилые комнаты. Темный пыльный коридор, отделка стен и потолка облезла и осыпалась, мебель в комнатах не сохранилась, присутствовали следы костров, поэтому нам жечь было нечего. Зато не было мертвых тел, уже неплохо. Я махнул из окна своим, и они поднялись наверх, Лию привела Фрэя. Лицо провидицы было слегка растерянным.
На ночь устроились в комнате, где мусора было меньше, насобирали гнилых досок с мансарды, Садри ловко нарубила упавшие стропилы, притащили сухой травы и веток для костра и лежанок, кормить я решил сухпайками, и очень надеялся, что консервы не протухли. Разогрев порцию каши на костре, я вскрыл упаковку, и придирчиво осмотрел содержимое. Выглядит не очень, но пахнет съедобно, гнили и плесени нет. Попробовал, и убедился, что есть можно. Раздал всем по банке каши, галеты и шоколад оставил на черный день.
В сухпаях нашелся и растворимый чай. Как растворимый кофе, только чай. При этом он не осветляется лимоном, это мне товарищ, сильно просветленный в военной теме рассказал, я потом проверил - и действительно, растворимый чай не меняет цвет от лимона. Клубу каша из сухпаев понравилась, одна только слепая ела молча. Я плюнул на запас, и открыл шоколадную пасту. Она высохла, но вкус свой сохранила. Фрея пришла от пасты в восторг, Бэт, Садри и Рала ей вторили. Виль оценил, Зак пожалел, что так мало. Лия осталась безучастна, что же с ней происходит? Раньше она была куда разговорчивее, язвила по поводу и без.
