– Ну так, ребята... – начал Джон.
На что те ответили дружным смехом.
– Да ладно тебе, сядь. Садись. Сюда, двигай стол, Джаспер сядет на кровать. Ведь всего три стула, а Джон вряд ли захочет сидеть у тебя на коленях, крошка.
Марго решила узнать:
– Сколько же вы тут вдвоем торчите?
– Почти что двадцать четыре... часа. Думала, скажу – дней? Куда там! Мы попали сюда как раз перед бурей и все время присматривали за скотиной. Возьми хлеба. Сам делал. Очень удобно им подбирать подливу. Вот так. Попробуй, у тебя получится. Хорошо! Только руку чуть больше заворачивай. Вот, уже лучше. Тише, Джон, я до нее даже не дотронулся.
Джаспер спросил Марго проникновенно:
– Как ты решилась выйти из дома с этим мужланом? Женщине опасно оставаться с ним наедине. Уже темнеет, а с темнотой у него отрастают волосы и режутся клыки.
Марго посмотрела на Джона.
– Скоро уже?
Тут оба ковбоя от всей души захохотали.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Джон не спешил уезжать. Над их временным пристанищем опускалась ночь. Развеселившиеся ковбои шумели, привлекая внимание Марго, рассказывали разные необычные, на их взгляд, истории, правда, слава Богу, без пошлостей. Впрочем, пару раз они пытались вставить кое-какие намеки, но Джон их вовремя остановил.
Эти двое так ржали над собственными словами, что Марго по-настоящему озадачило, чего же они такого хотят сказать смешного, что сами, не успев договорить, падают под стол со смеху. На самом деле просто мужчины умеют придавать одним и тем же словам разное значение. Можно сказать, что они говорят на другом языке и видят все по-другому – действительно, другая раса.
Джон внимательно наблюдал за Марго и терпел двух шутников, хотя, правда, иногда и сам смеялся вместе с ними. Но не проронил ни слова.
Он только покачал головой, когда они предложили ему продолжить свое путешествие дальше одному, а о Марго Пулвер они, мол, позаботятся. Конечно, нелегко это, но они – джентльмены и постараются.
Итак, они знали ее имя. Спрашивается, откуда?
Когда за окном совсем стемнело, Джон поднялся и потянулся, разминаясь. Джаспер извинился и вышел. Джон спросил Марго:
– Может, хочешь умыться?
– Где?
Нед стал объяснять:
– Есть у нас тут уборная. За чистоту там отвечает Джаспер.
То, что в туалете нужно наводить чистоту и что за это отвечает Джаспер, не очень-то воодушевляло. Марго заколебалась.
Нед был сама простота. И так искренен, что его голубые глаза казались небесно-прозрачными.
– Он его недавно вымыл. Смотрите, не поскользнитесь на льду.
Эти двое так любили розыгрыши, что нельзя было наверняка сказать, где у них правда, а где вымысел.
Джон проводил Марго. Туалет оказался девственно чистым, с водопроводом.
Когда Марго вышла оттуда, Джон ее уже ждал, а их лошади были оседланы предупредительными хозяевами.
Марго пожала им обоим руки, не забыв поблагодарить за гостеприимство.
Ей тепло отвечали:
– В любое время рады принять вас. Мы здесь еще неделю будем, заезжайте, с вами приятно побеседовать о... том, что люди едят кроме бобов. – И прибавили: – Вы нам откроете глаза на мир.
– Кончайте там, – оборвал их Джон.
Но они не удостоили Джона вниманием: они поедали глазами Марго, вскарабкивающуюся на лошадь.
Марго с Джоном тронулись в путь. Ковбои все так же стояли и смотрели им вслед, тогда Джон развернулся и махнул им рукой, чтобы они шли в дом.
– Зачем ты это сделал?
– Они думают, я повез тебя в лес, и хотят узнать, какой дорогой мы поедем.
– Что такое?
– Делать-то им все равно нечего, у них куча свободного времени. И, Марго, ты должна знать, что, будь ты там одна, они бы только и делали, что суетились вокруг тебя, помогая и ухаживая, но держали бы рот на замке. Не так уж часто им приходится сталкиваться с леди.
Только в этот момент Марго поняла наконец, каким человеком был Джон Браун. И почему ее тянуло к нему, именно к нему. Этот случай в пастушьей хижине показал ей настоящего Джона. Терпеливого, умного мужчину.
Она невольно улыбнулась, вспоминая, как он вел себя с Джаспером и Недом. Он не особенно возражал против их плутовских выходок. Ведь хотя они и заперли двери, дразня Джона, но не сделали же так, чтобы он совсем не вошел. Не было ничего с их стороны, что бы унизило Джона, наоборот, они позволяли ему выиграть в ее глазах. Джон запросто вышиб дверь, сломав трухлявый засов.
Джон не суетился и не раздражался. Он спокойно, с достоинством сносил все выходки этих проказников, а когда они заходили чересчур далеко в своем стремлении подразнить Марго, останавливал. С ними он вел себя хладнокровно и уверенно, одного взгляда или слова было достаточно, чтобы поставить негодников на место.
А Джон ведь Лемона считал лидером. Объединяющей личностью. Это удивляло Марго, вряд ли это было действительно так.
У отдохнувших лошадей появилась резвость, они рвались вперед, вытягивали шеи, фыркали и пританцовывали.
Марго хорошо сидела в седле и справлялась со своей лошадью. Джон наблюдал за ней.
– Знаешь, кажется, ты можешь проехаться на пегом, – не подумав, ляпнул он.
– Ха!
– Забудь, Марго, я не то сказал. Я не дам тебя в обиду. Это Лемон говорил, что ты можешь. А я был против. Поэтому Лемон и предложил мне прокатиться с тобой вместе, посмотреть, как ты держишься в седле. Я согласен, ты, наверное, сможешь ездить на пегом. И даже сможешь приручить его.
Марго скользнула по Джону таким озорным взглядом, что он едва не вывалился из седла.
– Не делай этого, – сказал Джон.
– Чего?
– Не смотри на меня так. Во всяком случае, не тогда, когда я пытаюсь совладать с этим упрямым, безмозглым ослом.
– Вот с этой милашкой?
– Я могу поменяться с тобой лошадьми.
– Хорошо, давай.
– Что ты! Я шучу.
– Ты отлично справляешься с этой лошадью. Если я не сумею, тогда и на пегом мне не удержаться.
– Может, ты и права.
Она спешилась, он последовал ее примеру. Джон держал обеих лошадей под уздцы, пока Марго взбиралась на его место.
Лошадь оказалась на удивление смирной.
– Ты врал, – с этими словами она наградила его еще одним своим замечательным взглядом.
– Теперь ты начнешь упрекать меня в лести. Но ты хотя бы падать умеешь?
– Меня, так же как и тебя, обучили этому в первую очередь.
Они продолжили прогулку. Джон ничего не говорил, но Марго заметила, что он был несколько взволнован.
– Дорогая, – сказал он, – я правда не хочу, чтобы ты садилась на этого скакуна. Честное слово, не хочу. Лемон полон надежды, что я переменю свое мнение, но я не переменю его. Я не хочу, чтобы тебе было больно.
– Понимаю. Если ты на самом деле против, я не сяду на пегого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
