— Заткнись уже со своим троном, астра фатида! — фыркнула Ярость, деликатно повернувшись спиной, — Что там пленник? Не очнулся?
Ожог вышел из-под струй, встряхиваясь, как дикий зверь. Полил на лицо распластанного рядом с источником человека еще немного воды из сложенных ковшиком ладоней, пару раз хлестнул его по щекам. Никакого эффекта — освобожденный пленник «шив» пока не пришел в себя.
Настоящий человек — на полуобнаженном теле не было внешних признаков азур-мутаций. Только многочисленные шрамы, следы недавних избиений и странные татуировки. Мужчина, худой и костистый, как мумия, очень долговязый, с вытянутым голым черепом. Немолодой — на щеках и висках серебрилась седая щетина, но и не совсем старик. Он провисел в холодильнике у «шив» как минимум сутки, и его явно чем-то накачали, каким-то ядом или наркотическим снадобьем, ничем иным нельзя было объяснить странный зеленоватый оттенок кожи и пульс, вдвое замедленный по сравнению с нормальным. Но ран, угрожающих жизни, у пленника не было, поэтому Инкарнаторы рассчитывали, что он вскоре очнется.
— Пока нет, — бросил Ожог плещущейся под водопадом Ярости. Он отошел от бесчувственного человека и начал перебирать трофеи, безжалостно отбраковывая ненужное и откладывая в сторону то, что могло пригодиться. Оружие дикарей по большей части было самодельным безумием из заточенных костей и кусков острого металла — почти все громоздкое, неуклюжее, дробящее. Однако нашлось и кое-что интересное. Например, отличный цельнометаллический топор, затупленный и замызганный, но явно фабричной репликации, хоть нейросеть и не смогла опознать модель. Несколько неплохих ножей. Древняя фляжка из гибкого полимера. И другое, свидетельствующее о несомненной связи дикарей с внутренними секторами Мира-Кольца.
Было и странное. Инкарнатор еще раз взглянул на необычный предмет, который носил на шее предводитель шив — нескольких изогнутых, сине-белых зубов, нанизанных на манер ожерелья. Они слабо фонили А-энергией, и Ожог был готов поклясться, что никакие это не зубы, а нечто вроде кристаллов сущностей, выпадающих из А-Тварей, прошедших эволюцию. Интерфейс Стеллара отображал лишь:
Азур-артефакт.
???
В Тимусе их знакомили с концепцией азур-трансформаций. А-энергия на атомарном уровне изменяла саму структуру вещества, причем — непредсказуемым образом, из-за чего материя приобретала новые, порой весьма причудливые свойства. Ядра эволюционировавших существ были их квинтэссенцией, живым аккумулятором Азур, катализатором и одновременно проводником паранормальных свойств. Ожог знал, что подобные артефакты используются при изготовлении специального оружия и доспехов для Инкарнаторов. Значит, эта штука может оказаться полезной. Но как выяснить, какой именно эффект производят странные «зубы»? Он не знал, и нейросеть тоже не могла подсказать — требовался офицерский уровень доступа. Правила системы Стеллара уже откровенно подбешивали Ожога — на кой дьявол вообще нужна эта система и интерфейс, если в критической ситуации нельзя получить не то что помощь, а просто — жизненно важную информацию?!
Придется обойтись тем, что есть. В лапах каннибалов, на самом деле, мало что уцелело даже из сверхпрочных вещей Утопии, а к тому, что сохранилось, не хотелось даже прикасаться лишний раз, хотя Ожог не мог отнести себя к лицу брезгливых. Недавно захваченная экипировка пленников — другое дело, ее еще не успели испортить.
Судя по всему, людей изначально было трое. Что случилось с двумя остальными, представить было несложно, учитывая гастрономические пристрастия дикарей. От жертв остались три легких скафа, которые когитор опознала как кустарно переделанную реплику бета-комплекта «Спейс». Подобное снаряжение использовалось как стандартное аварийно-спасательное на всех космических объектах Утопии, наверняка в товарных количествах имелось на Мире-Кольце, поэтому сам факт их использования не особо удивлял. Но вот внесенные в конструкцию изменения, конечно, поражали. Кто-то безжалостно вырезал всю электронику из многослойного покрытия, удалил датчики, внешние коннекторы и разъемы, варварски изуродовал изящный, облегающий как вторая кожа скаф, нашив пластины полимерной брони везде, где только можно. Гермошлемы вообще отсутствовали, их заменяла примитивная кислородная маска, закрывающая все лицо. К двум «Спайсам» прилагались родные наплечные рюкзаки, а к третьему — настоящая миоэлектрическая конечность, универсального типа, с вполне рабочими на вид манипуляторами. Ожог видел очень похожие в Тимусе, они крепились на спину и плечи и управлялись мускульными рефлексами либо напрямую, через аугментацию. Легионеры обычно использовали их для переноски и операций с тяжелым оружием. Здесь цель явно было иной — один из манипуляторов оказался оснащен грузовой хватательной кошкой, второй — чем-то вроде примитивного сварочного аппарата.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Шивы явно выпотрошили рюкзаки жертв и забрали все полезное, но Ожог все равно разложил в ряд найденные предметы:
Несколько насадок для манипуляторов — набор разнокалиберных сверл, универсальные ключи-коннекторы, технорезак с запасными кругами. Древние на вид баллоны с неизвестным содержимом и кучей оборванных шлангов. Свернутые в рулон нечто, опознанное системой как «ремонтные пластыри». Ворох ремней с карабинами, веревки, крючья. Парочка потрепанных разгрузок. И оружие, конечно же, не обошлось без него.
Двухствольный обрез дробовика неизвестной модели оказался полностью раздолбан — его явно активно использовали как дубину. Два примитивных кинетических пистолета, очень старые реплики бета-вооружения частей планетарной безопасности. Дальность — несколько десятков метров, пробивное воздействие рассчитано на обычного человека без брони, абсолютно негодная штука в здешних условиях. Еще была странная металлическая палка с обгорелым раструбом на конце и обрывком шланга — нейросеть определила ее как часть самодельного огнемета, но увы, устройство разломали и сплющили еще сильнее, чем обрез, явно вымещая свою злобу.
И рисунки. Все три скафа были раскрашены — в яркие, ало-голубые, желтые и черные оттенки. Зубастые пасти, шестеренки, звезды и странные символы, все разные — тут явно постаралась живая человеческая рука. Небесталанно, но кричащая яркость и эклектичность изображений будто выплескивали скрытую депрессию художника.
Ожог задумался. Несомненно, это вещи принадлежали выжившим из жилых секторов. Изношенные, несущие следы кустарных модификаций, они явно побывали в деле. И они не были похожи на снаряжение людей с дронами, охотившихся за ним. Значит, внутри Мира-Кольца сохранилось несколько осколков человеческого социума? Возможно, у них есть Репликаторы. Вероятно, и даже скорее всего, что они конкурируют друг с другомза ограниченные ресурсы. Экипировка и снаряжение говорили, что людям приходилось преодолевать техногенные разломы и участки Мира-Кольца без атмосферы (иначе зачем нужны маски, баллоны с воздухом и альпинистские кошки?) и что они несли набор инструментов для починки коммуникаций. Ремонтники? Технические специалисты? Очень интересно, кому и зачем это надо…
Вздохнув, Ожог принялся надевать прямо на голое тело эластичный комбинезон из металлизированной ткани — составную часть «Спейса». Один, разодранный на торсе, до сих пор красовался на бесчувственном пленнике, а два оказались свободны. Несмотря на непритязательный внешний вид, кровавые пятна и многочисленные прорехи, самая приятная находка — настоящая человеческая одежда! К невообразимым лохмотьям дикарей не хотелось даже прикасаться. За спиной шумно чертыхалась Ярость, натягивая второй комбинезон, упорно не желающий сходиться на груди. Крайне забавное зрелище, на которое, впрочем, не стоило обращать внимание — напарница болезненно реагировала на особенности нового носителя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
3700/9900 Азур. Сегодня он получил семь Нейросфер, но четыре было вложено в процессе охоты: мышечная система (3) и нервная система (3). Часть первичных усилений организма — костные, нервные, мышечные, эндокринные рекомендовалось развить до максимума всем Инкарнаторам, во-первых, для полной боевой эффективности, а во-вторых, они были неминуемым этапом подготовки к первой Эволюции.
