которой она, к своему сожалению, изначально и не заметила вовсе. Просто в какой-то момент она осознала что ощущает чьё-то мнение… или даже намеренье. Просто всё стало чуть ярче. Просто появился некоторый интерес в каждодневных обязанностях. Просто стало легче дышать и появилось желание вдыхать полной грудью.
Со временем эта освобождающая связь становилась всё чётче и понятнее. Она начала воспринимать отдельные "эмоции" проявляемые её подругой и желания, а подруга в свою очередь иногда помогала привнося в серую ежедневность новые краски. Их связь лишь крепла.
Что-ж, общество быстро напомнило о том, что оно не любит ни выскочек, ни тех кто отличается от других. Началось всё с шепотков за спиной. В школьном клубе. В классе. Обычно этого достаточно, но…. у меня был друг и этот друг поддерживал меня так, как никто иной. И обычное воздействие призванное "исправить" отличающегося индивидуума было проигнорировано. Всё могло бы закончится на этом — просто навесили бы на меня ярлык "странной" и изолировали от большей части общества. Но школьным "нормалам" это показалось неприемлемым и тогда начались попытки подгадить. Мелочь — тут, пакость — там и вот против меня организуется настоящая травля.
Я даже не поняла как и откуда появилось столько злобы. Казалось что меня винили во всех грехах и неудачах что когда-либо с ними происходили. Это было какое-то помешательство, которое мигом захватило даже тех кто раньше "дружил" со мной. Они не делали что-то явного, но… осведомлённость организаторов и самых "активных" деятелей этого "движения" говорили о многом.
И тогда её друг, присутствие которой она теперь ощущала твёрдо и чётко выступил в её защиту, не позволяя навредить. Пара дней и теперь она даже не "одиночка" а буквально "проклятая". И хотя то что с ней хотели сотворить её соученики должно было вызвать негативную реакцию в их сторону — ничего не случилось. Просто теперь все в округе знали, что она — ведьма, которая мучает других и наслаждается этим. Даже "взрослые" которые должны были остановить этот беспредел в зародыше могли только отводить взгляд и нести полнейший бред — лишь бы отмахнуться от неё и никак не встревать в эту ситуацию.
Очередное предательство пришло оттуда — откуда она его не ждала никак и никогда. Её семья предпочла поверить всему тому бреду который несли не сумевшие навредить ей неудачники и… отмахнулась от неё, сдав в психбольницу. Причём не просто сдали, а подсыпали в еду снотворного и отдали её туда во сне.
С этого момента в её жизни начал разворачиваться настоящий ужас. Одиночная камера с мягкими стенами. Врачи с глазами как у мертвеца и такой-же мёртвой душой, которых она даже людьми назвать не может. Ни сочувствия, ни понимания, ни даже попытки выслушать. Просто механизм. Механизм который превращает людей в такие-же механизмы с мёртвыми глазами.
Первую неделю всё было… ужасно, но хорошо. По крайней мере её не пытались напичкать таблетками или обколоть до беспамятства, как женщину из соседней палаты, на которую она иногда поглядывала с помощью своей подруги. Что-ж, робкие лучи надежды были стёрты известием о том, что врач который будет её лечить, вернулся из отпуска.
О том, нужно ли ей лечение, никто даже вопроса не задал. И вскоре она поняла почему. В конце концов это учреждение создано, не для тог чтобы люди в нём выздоравливали, а для того чтобы их можно было "лечить".
Такой-же серый день наполненный скукой, ибо никаких развлечений ей не положено, и подбирающимся отчаяньем. Очередная беседа с очередным мужчиной с мёртвыми глазами, на которой она отвечает чётко, понятно и разумно, стараясь вставить свои вопросы в диалог. Живой труп, впрочем, эти попытки не волнуют и всё что не относится к его "программе" игнорируется с мертвенным спокойствием.
Уже вечером её перевели в другую палату. Гораздо дальше от входа и попытались связать, а когда не получилось и пара санитаров вылетела из палаты взашей, эту самую палату накачали усыпляющим газом. И тут даже её подруга не помогла.
Очнулась она связанной, слабой и под капельницей… Полгода спустя… на операционном столе.
О том как они прорвались оттуда она не помнит. Точнее она твёрдо знает что НЕ ХОЧЕТ вспоминать. Но много ли может одинокая девушка без поддержки семьи, денег, документов и даже нормальной одежды? Не много. Она пряталась практически по каждой доступной щели полтора месяца пока её не нашли "люди в чёрном". К тому времени она уже была худой как щепка, голодная и не один раз битая без предупреждения, ибо "добрые бездомные способные помочь в беде" бывают только в кино.
Возможность смотреть сквозь стены или больно бить — очень слабо помогает против брошенного в спину булыжника.
Как и против дротика с транквилизатором который прилетел буквально из ниоткуда.
Очнулась она уже в исследовательском центре. Очередном. И пожалела о том что когда-то вырвалась из под лезвия скальпеля, ибо там она бы умерла с гарантией. Она помнит как смотрела на результат такой-же операции — тот парень был совершенно точно мёртв. Теперь у неё такой роскоши не было. Зато был недостаток кислорода, электрошок, пытки нагретыми пластинами, обморожения от ледяной воды, наркотические приходы и даже афродизиаки. Казалось её даже не пытали, а просто медленно убивали, постоянно меняя способы. Под настроение.
Как выяснилось позже — её и за человека-то теперь не принимали, а считали просто приставкой к её подруге. Как сказал один из тех ублюдков, что творили эти ужасные вещи "Ты просто консоль. А Мы просто расшифровываем команды которые через тебя можно подать. Не держи зла".
В тот день он и ещё десяток человек вокруг умерли в мучениях. Моя подруга осознав ситуацию — просто выпила их жизнь исцеляя мои раны и убирая шрамы с моего тела. А через сутки пришёл очередной ублюдок с мёртвыми глазами и предложил переговоры, не обращая внимания на иссушенные трупы "исследователей".
Мне к тому моменту было уже плевать. Может моя подруга и исцелила раны на моём теле, но моему истерзанному болью и горем разуму это не помогло. Я даже о суициде задумывалась, но… это было так лениво что я даже не стала пытаться.
Так дни тянулись за днями. Я ела. Я пила. И я абсолютно не наслаждалась этим. Теперь у меня был доступ к развлечениям, но у меня не было никакого желания развлекаться. Теперь у меня был доступ к удовольствиям, но я их не испытывала.
Шло время. Моя подруга периодически общалась с "исследователями", моими
