может. Но тогда ему придётся сражаться сразу со всеми, кто явился на переговоры. Да ещё и подвергнуть опасности свою собственную жизнь.
Оттенки божественной силы я здесь тоже чувствовал. Но её было не так много, чтобы всерьёз опасаться.
Мы вышли в просторный холл, стены которого были инструктированы рубинами и старичок остановился. Развернувшись, склонился в глубоком поклоне.
— Его Небесность и его гости ждут вас за этими дверьми.
А ведь мы прилетели даже чуть раньше. Решили подстраховаться? Или просто подумали, что ожидание не имеет смысла?
Когда мы двинулись к дверям, дорогу заступил один из закованных в доспехи воинов, что стояли по обе стороны от входа.
— Внутрь может войти только глава рода и один сопровождающий.
Я окинул взглядом своих сопровождающих. Оболенский единственный, кто обладал опытом, который можно было отнести к дипломатии. Но как раз по этой причине его нужно было оставить с остальными. Потому как, предоставленные самим себе, эти трое могли сотворить всё, что угодно.
— Со мной пойдёт адъютант.
Разум стража плеснул удивлением, но тот его никак не выказал — лишь молча шагнул в сторону.
Вот зал встретил нас тишиной. И настороженными взглядами. Крупный мужчина, что сидел во главе стола, вовсе казался отлитой из металла статуей — не шевелил ни единым мускулом, впившись в меня взглядом.
Моё место оказалось рядом с Рио Фудзивара. Японец молча кивнул, когда я опустился на стул. Прохор встал на пару метров позади, копируя позу иных сопровождающих.
Первым молчание нарушил сам император.
— Как прошло ваше путешествие до Пекина?
Мощный, наполненный силой голос прокатился по залу, я разжал губы в едва заметной усмешке.
— Великолепно. Даже удалось немного вздремнуть.
Сделав паузу, указал взглядом на бумаги, которые лежали передо мной.
— Там ведь тот самый вариант договора, который мы предварительно согласовали?
Лица у всех остались невозмутимыми, но я видел, как их разумы засветились лёгкой тревогой. Император же, чуть помедлив, всё же выдал ответ.
— Мы позволили себе внести небольшие корректировки.
Я кивнул. И не притрагиваясь к документам, поинтересовался.
— Какие же? Могу я спросить, что вас на это сподвигло? Вы так рьяно желаете продолжения конфликта?
Глава империи Цин всё же не выдержал — ярость прорвалась наружу, заставив его лицо на момент исказиться гневной гримасой.
— Вы уничтожили мою страну. А теперь смеете угрожать мне за столом переговоров?
Японцы делали вид, что происходящая перепалка их никак не касается, а правитель вьетов, который оказался бодрым смертным с длинными седыми волосами, напротив, с интересом переводил взгляд от меня к императору и обратно.
— Разве уничтожил? Я всего лишь нанёс небольшой удар по вашей экономике. Хотя мог бы действовать иначе. Например заставить весь Пекин провалиться под землю.
Вот теперь главы островных кланов зашевелились, бросая на меня косые взгляды. Видимо пытались понять насколько правдива озвученная угроза. И наверняка примеряли её на себя.
Монарх вьетов причмокнул языком, а император подался чуть вперёд.
— Пекин? Под землю? Нет в мире настолько сильных Одарённых! Фокусы с электричеством вышли у тебя ловко. Но не думай, что я поверю в твоё всесилие.
Я с показательно удручённым видом качнул головой.
— Ну что же вы так категоричны. Правильнее будет сказать — не было таких Одарённых. А теперь уже есть. Одна из них стоит прямо за дверями этого зала. И ей вполне по силами, погрузить столицу на пару километров вглубь.
Глава Цин бросил быстрый взгляд в сторону запертых дверей. Сведя брови к переносице, вернул внимание на меня.
— Зачем ты мне это говоришь? В чём смысл раскрывать свои секреты ещё до битвы?
В этот раз я изобразил вполне натуральное удивление.
— Битвы? Так война ведь закончилась. Империя Цин проиграла. А говорю я это, лишь для того, чтобы ни у кого не возникло соблазна изменить положение вещей. Знаете, как это бывает, смотришь ты на карту и хочется чуть передвинуть границы. Да так, чтобы чужая земля стала твоей, а не наоборот.
На пару мгновений замолчав, продолжил.
— Хочу, чтобы вы поняли — для того, чтобы сокрушить врага, мне не обязательно являться самому. Хватит моих людей. Небольшого отряда, который сотрёт с лица земли крупные города, после чего начнёт методично истреблять вражескую знать.
Конечно, пока Найхва не была способна уничтожить целый город. Какой-то отдельный его квартал — вполне возможно. Скорее всего, даже несколько за один удар. Но погрузились бы эти дома не на такую солидную глубину. А скорость была бы такой, что все патриции успели бы благополучно удрать. Да и тем, кто остался бы внутри своих дворцов с особняками, ничего не угрожало бы. Щиты достаточно сильны, чтобы выдержать подобное давление.
Но это только пока. Как только богиня перейдёт на несколько ступеней выше, у неё получится и провернуть такое с целым городом. Тем более, сидящие за столом смертные, не были в курсе её возможностей. А вот о том, что я каким-то образом уничтожил промышленность империи Цин, напротив, знали достоверно.
Император молчал, о чём-то раздумывая и смотря на меня. А вот сидящий рядом Фудзивара, вдруг пошевелился и подал голос.
— Знаете, я предлагаю вернуться к основной версии договора. Вот это всё, конечно интересно, но мы же не рассматривали данный вариант всерьёз. Так, взглянули ради интереса и всё.
Нобу Гэндзи согласно кивнул.
— Полностью поддерживаю. Думаю нам нужно вернуть на стол настоящий договор и обсудить его.
Глава дома Цин сдерживался с таким трудом, что в какой момент показалось, попросту сейчас взорвётся от накатывающих эмоций. Но нет — обошлось. Вместо этого, он лишь махнул рукой и смертный, что стояли за высокой спинкой его резного стула, двинулся вперёд, забирая бумаги.
Когда он выскользнул из зала, унося с собой документы, я прошёлся взглядом по лицам присутствующих и безмятежно улыбнувшись, озвучил вопрос
— Знаете, меня очень интересует один момент. Что именно вам пообещали франки? И отчего вы им поверили?
Глава XIII
Безусловно, все присутствующие попробовали сохранить невозмутимость. Получилось правда, у них из рук вон плохо — застывшие черты лиц выдавали явственное напряжение. Неужели думали, что я не в курсе дипломатических усилий де Блуа?
Единственным, кто не превратился в каменную статую, а напротив, с интересом на меня смотрел, оказался правитель Дайвьета. Этому смертному скорее было интересно послушать, что именно я скажу. Страха или опасения я в нём точно не ощущал.
Первым из японцев, отреагировал Такао Хейси. Шевельнув сведёнными в замок пальцами рук, медленно перевёл на меня взгляд и ровным тоном проговорил.
— Даже если мы ведём переговоры с другими родами, это исключительно внутренние дела кланов. И никоим образом не нарушает наши договорённости с родом Афеевых.
Я с благожелательной улыбкой кивнул.
— Безусловно. Если речь не идёт о вопросах, которые напрямую связаны с моим родом. Например, гарантии нейтралитета японских кланов после начала военных действий. Или шанс Цин вернуть свои земли. А может быть кто-то вовсе предложил вам рассматривать Владивосток в качестве потенциального приза.
Во взглядах японцев появилась изрядная доля настороженности. Император Китая с мрачным видом сверлил меня взглядом, а вьет скривил губы в ироничной усмешке. Нервное напряжение усилилось настолько, что вылилось в невольные выплески силы — ауры Одарённых перехлёстывались, давя друг на друга и заставляя воздух вибрировать.
Пару секунду подождав, я продолжил.
— Вы не учитываете одного простого факта. Мощь рода Афеевых не раз продемонстрирована в деле. Более того — вы видели лишь небольшую её часть. Если речь пойдёт о самом нашем существовании, то я не стану церемониться.
От нового главы клана Абэ плеснуло ощутимым раздражением. Видимо вспомнил уничтоженную родовую крепость с родовым алтарём и ушедший под землю город. Впрочем, всё могло быть куда хуже — на дно океана мог целиком отправиться весь остров.
Такао молчал. Зато послышался голос Нобу Гэндзи.
— При всём уважении к вам, политика кланов остаётся нашим собственным делом. Тем не менее мы прекрасно помним о заключённых договорах и принесённых клятвах. Клан Гэндзи не собирается их нарушать. Вы можете быть спокойны.
Седой вьет неожиданно издал тихий смешок. А когда на него обратилось несколько сурово-вопросительных взглядов, пожал плечами.
— Забавно видеть, как великий Гэндзи склоняет голову перед северными варварами. Ещё забавнее понимать, что белокожие снова
