Читаем без скачивания Не женское дело. Земля неведомая. Своя гавань. Лев и ягуар - Елена Горелик

— А что? Я бы с радостью, — широко улыбнулся Дубина Сэм.

— Ты тоже вроде бы неплох, — Галка прищурилась. — Пока рот не раскроешь. А когда раскрываешь, все думают — лучше бы он молчал, сошёл бы за умного.

— Так ведь ты мне того… нравишься…

— Случайно не с тех пор, как я тебя в песочке вываляла? — напомнила вредная девчонка, вызвав смешки пиратов. — Ладно, твоя кандидатура тоже отпадает. Меня за такого мужа точно засмеют… Кто у нас дальше? Ты, Джон? — она ткнула пальчиком в грудь третьего, самого молодого из собравшихся. — Не вопрос, на рожу смазливый. В бою тоже неплох, голова светлая — все паруса уже выучил, в отличие от меня. Плаваешь хорошо. Летаешь вот не очень. Особенно за борт, когда думаешь, что ты тут самый крутой, и можешь справиться со мной в одиночку. — Эти слова неожиданно вогнали молодого парня в краску, а остальные заржали уже в полный голос. — А ты, Ричи? Всё бы ничего, да ты ни по-французски, ни на родном английском двух слов связать не в состоянии, а уж о том, чтобы по-русски, и вовсе мечтать не приходится. Я девушка образованная, мне как будто нужен муж, у которого язык приделан, как положено, а не задом наперёд… Ты, Тэд? Как пришли в Порт-Ройял, спустил всё до гроша за картами. Хороший из тебя получится муженёк, нечего сказать… Ты, Жером? Говорят, ты ни одной юбки в порту ещё не пропустил. А мне, по-твоему, будет в радость выковыривать тебя из шлюхиных постелей?.. О, Ральф! И ты здесь?.. Знаете, парни, что он отмочил на днях? Ну, это просто песня! Представляете, подговорил двух таких же, как он, охламонов затянуть меня в кубрик. Впрочем, шептались они так «тихо», что их и на грот-марсе, наверное, было слышно. А башками своими осиновыми не подумали, что это могло кончиться резнёй на борту?.. Теперь перейдём к руководящему составу, отсутствующему на нашем совещании… Кэпа не предлагать, гоблины не в моём вкусе. Штурман весь такой из себя правильный, что даже не знаешь, с какой стороны к нему надо подходить, не нарушая правил хорошего тона. Это я для него слишком невоспитанная. Дядька Жак нам всем за отца, к тому же он лет двадцать пять как женат… Кто же остаётся?

— Ну, если ты так будешь рассуждать, то тебе тут никто не пара, — хмыкнул Дуарте.

— Ты тоже в списке кандидатов, Жозе? — Галке он нравился, но она уже мечтала стать капитаном… — Ты ведь и правда ко мне, как положено, с предложением руки и сердца подъехал. Со второго захода. Даже цветочек подарил, спасибо. Обещал любить, на руках носить, никому не отдавать. Помнишь? Зато я помню, как на острове ты собирался делить меня с четырьмя приятелями. Было, Жозе? Было. А я, кроме всего прочего, ещё и злопамятная… Ты, Билли?

— Нет, Воробушек, — вздохнул Билл. — Я не в списке. Ты мне как сестра.

— Ну да, это после того мы с тобой побратались, как я тебе по загривку настучала, — девушка улыбнулась уже без ледяного холода. Ситуация медленно, но верно оказывалась под её контролем. — А до того? Ладно, кто старое помянет… В общем, всем уже всё ясно? Мне, чтобы чувствовать себя человеком, мужик под боком не нужен. Без обид, парни. Просто я не такая, как все.

— Тебя, наверное, никто ещё не обнимал как следует, — проговорил Дуарте. Отказ девушки, которая без шуток нравилась ему, стал первым за эти годы ударом по его самолюбию. Но стерпел, мысленно кляня себя последними словами за происшествие на острове. Что ж, головой надо было думать, а не одним местом. — Тогда бы ты по-другому говорила.

— Может быть, — согласилась Галка. — Только не хочу я замуж, хоть стреляйте. Штаны мужу стирать, рубашки штопать, пироги печь, платочки крестиком вышивать, а там, глядишь, детки пойдут. Пелёнки, горшки, прочие прелести, и всё это — на берегу. Ведь не потащит же любящий супруг жену с младенцем в море… Да я удавлюсь от тоски на третий день. Честное слово, лучше погибнуть при следующем абордаже, чем такая жизнь.

— Значит, ты не выбираешь никого? — Билли как будто обрадовался, но виду не казал, чтобы не сглазить.

— Верно, — кивнула Галка. — Чем принадлежать всем понемногу или одному, но ненадолго, лучше вообще быть самой по себе. Зачем заморачиваться с этим делом, если результат заранее известен? А так будет проще жить и вам, и мне. Идёт?..

…В ту ночь она впервые нормально выспалась, зная, что никто не придёт ломиться в хлипкую дверцу конуры, которую на этом корабле точно сделали для незваных гостей. А потом был второй подряд абордаж с хорошей добычей, третий… И кто-то — наверняка Бертье, больше никто бы такого не придумал — пустил слух о том, что с этой девушкой на борт «Орфея» пришла удача. Вот тут Галка поняла: победа. Что такое для пирата спугнуть удачу, она уже знала.

Чужой век, чужое море. Они приняли её, явившуюся из иной эпохи, предварительно испытав на излом, как и всех прочих. Галка не сломалась. Не сдалась, когда, казалось, иного выхода просто не было. Удача тоже сказала своё слово. Может, прав был Пьер?.. Она никогда раньше не выигрывала там, где требовалась удача, даже в автоматах на трамвайных остановках. Всего, что имела, добивалась упорным трудом. А здесь? Другой мир, другие правила игры.

Но и Галка тоже стала другой.

ЧАСТЬ 3

Фортуна: вид сзади

Чем море берёт человека за душу? Может, неземной радостью солнечных бликов на волне, когда солнце стоит почти над самой головой? А может, вечерним прохладным шёпотом, нескончаемым разговором воды и песка? Или мутной, полупрозрачной зеленью штормовой волны? Никто не знает…

Сегодня команда снова гуляла по кабакам Порт-Ройяла. В седьмой уже раз на её памяти. «Орфей» бросил якорь сегодня на рассвете. Затем последовал делёж добычи, и теперь над портовыми притонами дым стоял коромыслом. А она сама отправилась в облюбованный трактирчик, где хозяин-француз недорого, а главное, вкусно кормил. Владик готовил совсем даже неплохо, но нужно было дать желудку отдых от солонины и рыбы. Оно, конечно, сытно, не поспоришь. Но когда две недели приходится есть только это, иногда добавляя маисовые лепёшки вместо хлеба, волей-неволей соскучишься по нормальной пище.

Хозяин, едва завидев постоянную — и весьма щедрую — посетительницу, расплылся в любезной улыбке, засуетился. Лично подал заказанный девушкой черепаховый суп, целый поднос фруктов и бутылочку баснословно дорогого в этих местах бургундского. Настоящего, не какой-нибудь там подделки, сварганенной из местных сортов винограда. Хозяин знал, что постоянная клиентка не только исправно платит за съеденное, не требуя сдачи, но и отменно учтива в обращении. Это никак не вязалось со слухами, которые о ней ходили, — мол, отчаянная голова и драчунья, каких мало. Болтали даже, будто в последние два рейда «Орфея» именно она возглавляла абордажную команду. А «Орфей» уже месяцев восемь как не знал неудач. К сожалению, трактир стоял не на набережной, и команда столь удачливого судна бузила по другим заведениям. Хорошо хоть эта девушка заходит, не стесняется. Отчего же не уважить гостью, отличавшуюся от прочих посетителей полными золота карманами и приятными манерами?

Галка сидела за отдельным столиком, почти рядом со стойкой, и имела возможность в любой момент заказать любое блюдо, какое ей понравится, но решила ограничиться супчиком из черепахи. Вкусная вещь, что и говорить. А уж если под хорошее вино, так просто неповторимо. Такой обед обычно поднимал у неё настроение, но сегодня это средство не действовало. И на то была своя причина. Седьмой подряд удачный рейд «Орфея» не только поднял до небес, если так можно выразиться, рейтинг капитана Причарда, но и заметно увеличил его состояние. И это, увы, стало сказываться на нём не в лучшую сторону. Только вчера, накануне прибытия в порт, кэп взъярился на Билла, и чуть было не схватился за оружие. А за что? Билли всего лишь выразил всеобщее мнение, что Причард, так сказать, обнародовал не весь перечень добытого. Не вмешайся Эшби и Галка, неизвестно ещё, чем бы это кончилось. Но не понравилось ей это до чёртиков.

«Оборзел наш кэп, — думала она, неспешно попивая вино. — Братва базарит, завёл приятельские отношения с губернатором. Ещё бы: инглезы всегда ценили в человеке его состояние, а не то, каким способом оно добыто. Если так пойдёт и дальше, начнёт ещё, как Морган, развешивать оппозицию по реям… А что делать? Чёрную метку ему слать? Тоже мне, Билли Бонс нашёлся. Бунтовать в открытую? Это можно, но нужен веский повод, и дать его должен он сам. Иначе выйдет не по законам Берегового братства, и тогда на фиг пошлют уже меня… М-да, задачка на засыпку…»

Задачка, может, и была на засыпку, только для кого-то другого. Причард не ошибся. Если и ходил по палубе «Орфея» человек, способный реально организовать бунт против него, то это была Галка. Алина-Воробушек. Девушка, совершившая по тем временам невозможное: ей удалось завоевать почти безграничное доверие команды. И не только тем, что она учила своих друзей-пиратов бою без оружия. Не только тем, что заковыристо ругалась и лезла в драку, если что-то было не по ней. Не одной своей безбашенной отвагой, с которой она бросалась в бой. Даже не редкой для любого времени способностью быть со всеми на равных. С ней, как поговаривали пираты, была удача, а вот этот аргумент для них перевешивал всё остальное.