Читаем без скачивания Выше только звезды - Марина Серова

Если бахилы я купила в аптеке, находившейся в другом корпусе, то с халатом получился облом. Правда, мне подсказали, как найти санитарку, которая делает бизнес на аренде халатов, но и там меня ждала неудача. Какой-то мужик забрал у нее последний халат прямо у меня из-под носа.

– Дочка, да ты не расстраивайся так, – сказала мне предприимчивая санитарка приемного отделения, – сейчас кто-нибудь вернет халатик. Одна женщина уже часа два как в терапию ушла, наверняка она скоро вернется за своей сумкой. Кстати, ты уже решила, что мне в залог оставишь?

– В какой залог?

– Думаешь, дашь мне двадцатку и уйдешь с халатом? Как бы не так! У меня так две штуки уже увели. Ладно, один халатик совсем старенький был, а вот второй почти новый. До смерти жалко! Зимой хорошо – посетители одежду в гардероб сдают, она и является залогом, а вот летом сложнее. Если решишь мобильник в залог отдать, то выключи его. Поняла? Мне звонки тут не нужны.

– Бабуля, а это ничего, что мой мобильник почти пятнадцать тысяч стоит, а ваш застиранный халатик – копейки?

– Так что же, ты мне не доверяешь? – обиделась санитарка и даже отвернулась от меня.

Разумеется, я ей не доверяла. Нет, дело было не в мобильнике, а в той информации, что в нем содержалась. Я вышла на улицу и снова позвонила в приемную главврача.

– Скажите, Николай Арнольдович еще не подошел?

– Подошел. Как вас представить?

– Иванова Татьяна Александровна.

– Минуточку, – сказала секретарша.

После некоторой паузы мужской голос ответил:

– Алло! Я слушаю вас, Татьяна Александровна.

– Николай Арнольдович, я нахожусь около вашей больницы. У меня есть к вам один важный разговор. Вы сможете уделить мне минут десять вашего драгоценного времени?

– Даже больше, если потребуется.

Вскоре я уже сидела в кабинете главного врача.

– Меня интересует состояние здоровья одного вашего пациента и перспективы его выздоровления, – я назвала фамилию и отделение.

– Очень хорошо, Татьяна Александровна, что лично у вас со здоровьем все в порядке, – сказал Шторм. – Что касается состояния вашего знакомого, то я сейчас позвоню в токсикологию и все выясню… Нонна Витальевна? Добрый день! Скажите, как там у вас Хохлов себя чувствует? Все еще не пришел в сознание? Какие перспективы? Да, я понял. Скажите, а каков анамнез? Да, я понял. Нонна Витальевна, я беру этого пациента под свой контроль. Да уж будьте добры… Ну что вам сказать, Татьяна Александровна? Буду с вами откровенен. Случай тяжелый, но не безнадежный.

– Но ведь он почти сутки не приходит в сознание?

– И вы знаете, что яд попал в организм Хохлова едва ли не в критической дозе? Другой мог бы и часа не протянуть.

– А что это за яд? – осведомилась я.

– Метиловый спирт. Как же вашего знакомого угораздило его выпить? Он, случаем, не собирался свести счеты с жизнью?

– Нет, похоже, его угостили каким-то спиртным напитком.

– Значит, это покушение на убийство? Тогда надо поставить об этом в известность правоохранительные органы.

– А может, не надо? Я ведь уже веду расследование.

– Ну если вы настаиваете, будем считать, что это несчастный случай и Хохлов принял метиловый спирт по ошибке. Татьяна Александровна, я поначалу решил, что у вас личный интерес к этому человеку. Но раз уж вы интересуетесь Хохловым по роду своей профессиональной деятельности, то я вынужден признаться…

– Признаться в чем? – не поняла я.

– Дело в том, что я несколько преувеличил шансы на благоприятный исход. Даже если Хохлов придет в себя, он может так и не вернуться к полноценной жизни. Третьи сутки будут критическими.

– То есть если Дмитрий Олегович не выйдет из комы в течение трех суток, то шансов на его полное выздоровление не останется?

– Вы знаете, Татьяна Александровна, я еще не перестал верить в чудеса. Довольно часто случается, что даже самые безнадежные больные встают на ноги, причем это происходит не только благодаря медицине, но и благодаря поддержке близких. Скажите, у Хохлова есть родственники?

– Да, жена, дочь.

– Я распоряжусь, чтобы им позволили находиться рядом с ним. Конечно, не постоянно, но я уверен, что даже пять минут общения могут благотворно повлиять на больного.

Я поблагодарила Шторма и вышла из кабинета. Уже в коридоре я достала из сумки мобильник и набрала номер клиентки.

– Алло! – отозвалась она.

– Анастасия Валерьевна, нам надо срочно увидеться.

– К сожалению, это невозможно. Я сейчас еду на встречу с клиентом, отменить или перенести ее нельзя, никак.

– Но у меня есть для вас очень серьезная информация! Чем раньше вы все узнаете, тем лучше.

– Татьяна Александровна, мы встретимся с вами сегодня вечером или завтра утром.

– Вы не поняли, это очень важно!

– Нет, Татьяна Александровна, это вы не поняли – у меня встреча с клиентом в селе Курдюмское! Я уже в трех километрах оттуда. Не возвращаться же обратно? Тем более что я не могу рисковать таким выгодным контрактом. Если все срастется, то для «Агафона» это станет спасением. Знаете, у меня сегодня такой удачный день! Орлов наконец-то вернулся из командировки. Я рассказала ему, что нас выселяют, и Константин Павлович обещал мне посодействовать, увидеть арендодателя и продлить договор.

– Анастасия Валерьевна, послушайте меня внимательно, нам сегодня обязательно надо повидаться! Это касается вашего мужа. Он… – Я не успела больше ничего сказать, потому что Хохлова отключилась.

Похоже, ей вновь было не до супруга. Бизнес стоял на первом месте. С какой радостью она сообщила мне, что в Тарасов вернулся Орлов! Теперь мне стало понятно, почему клиентка игнорировала мои звонки. Оказывается, она общалась с другом семьи. Впрочем, «друг семьи» – это уже не актуальное определение. Само существование семьи Хохловых в прежнем варианте находилось под большим вопросом. Дело даже не в том, что Дмитрий Олегович с некоторых пор не считал Константина своим другом – в настоящее время он уже ничего не считал, ни о чем не думал. Хохлов лежал в коме, и было еще неизвестно, выкарабкается он из нее или нет.

Я села в «Ситроен» и уже хотела ехать домой, но звонок мобильника меня задержал. Надо же, Анастасия Валерьевна соизволила мне перезвонить!

– Слушаю!

– Татьяна Александровна, извините, я была вынуждена прервать наш разговор. Дело в том, что меня остановили неизвестно откуда появившиеся гаишники. Пришлось заплатить штраф за разговор по мобильнику за рулем, – поспешила оправдаться Хохлова. – Я поняла, что вы съездили в Уткино не зря. Мы с вами обязательно сегодня встретимся и все обсудим. Я только что позвонила в ресторан «Сакура» и заказала столик на семь часов. К этому времени я постараюсь вернуться в город. Извините, я не спросила, у вас этот вечер свободен?

– Свободен, – подтвердила я.

– Тогда до встречи, – сказала Хохлова и отключилась.

«Ну хоть так, – подумала я и собралась было убрать мобильник в сумку, но передумала: – Хотя, стоит сделать еще один звоночек». Я нажала на кнопку быстрого набора.

– Папазян слушает! – раздалось в самом моем ухе.

– Гарик, привет! Как твои дела? Как Былинкина?

– Танечка, я так рад тебя слышать! Только зачем ты сразу же об этой женщине спрашиваешь?

– Как зачем? Я за тебя волнуюсь.

– Это очень приятно, но для волнений больше нет повода. Вопрос с Былинкиной, точнее с ее сыном, уже закрыт.

– Вот и хорошо. Очень за тебя рада, – сказала я, хотя для меня было бы предпочтительнее, если бы эта корпулентная дама продолжала морально воздействовать на Папазяна. Я помогала бы Гарику от нее отделываться различными способами, а он регулярно предоставлял бы мне за эту услугу важную информацию. Я немного помолчала, а потом пожаловалась: – А вот у меня – край! Опять адресок один понадобился.

– Раз, понадобился, значит, достану и вечерком скажу тебе его на ушко. Танюша, мы ведь встретимся сегодня вечером, да? – спросил Папазян, окрасив свой голос самыми сексуальными оттенками.

– Да, конечно, встретимся, – подтвердила я. – Только ты мне адресок пораньше шепни, и не на ушко, а по телефону, ладно?

– Ой, Танечка, ой, обманщица! Я тебе скажу адрес, а ты сразу передумаешь со мной встречаться.

– Гарик, я даже не знала, что ты так плохо обо мне думаешь. Обидел ты меня своим недоверием, сильно обидел…

– Ну прости, родная, я не хотел. Говори, чьи координаты тебя на этот раз интересуют?

– Сергея Касаткина. Отчества его, прости, я не знаю. А год рождения приблизительно тот же, что и у Волгарева.

– Хорошо, Танюша, как пробью этого человека, сразу же тебе перезвоню.

– Гарик, я буду ждать, – ласково пропела я и отключилась.

Я успела доехать до дома, сварить кофе, выпить чашку крепкой «Арабики», налить вторую и только после этого услышала звонок Папазяна.

– Танюшенька, у тебя ручка с бумагой под рукой?

– Конечно.

– Тогда записывай! – И Гарик продиктовал мне парочку адресов.