— Оглянись вокруг. Нас здесь впятеро меньше, чем мужчин.
— А может, дар цепного восприятия распределяется именно по такому закону?
— Ерунда! Просто все осталось по-прежнему. В мире хватает женщин, способных работать на Массе Причера, — темные глаза Этрии сверкнули, — но они тяжелы на подъем. Поэтому они и торчат на Земле, предпочитая забавляться колдовством и прочими детскими играми.
Чаз осторожно поднял чашку и, не глядя на Этрию, отхлебнул кофе. Потом так же осторожно поставил чашку на место. Когда он снова взглянул на девушку, то увидел перед собой прекрасно-безмятежное лицо.
— Ну, в этом ты должна разбираться лучше меня, — равнодушно заметил он.
— Вот именно! — Этрия улыбнулась. — Ну как, ты готов к выходу на Массу?
Чаз кивнул. Они вышли из столовой, поднялись на верхний этаж и через десять минут, уже в скафандрах, шагали бок о бок по палубе, направляясь к клети лифта.
— Переключись на мою частоту, — прозвучал в наушниках голос Этрии. — Тогда мне будет слышно все, что ты говоришь. Когда у новичков начинаются галлюцинации, то это легко определить по тому, что они говорят.
— Галлюцинации? — эхом отозвался Чаз, они уже поднимались вверх по мачте. — Ты хочешь сказать, что в первый раз со мной произошло именно это?
— Конечно. А что же еще?
— Не знаю. Просто я как-то не воспринял это как галлюцинацию.
— Нет, это была именно галлюцинация. Такое случается сплошь и рядом, даже с теми, у кого есть опыт. Тебе еще повезло. А то бывает, что вся Вселенная скручивается в спираль и как сумасшедшая начинает вращаться вокруг тебя. Ты ведь знаешь, что в физическом смысле Массы не существует и все ее характеристики — лишь результат работы нашего мозга. Поэтому ее влияние абсолютно субъективно. Если окажется, что ты подвержен нездоровым галлюцинациям, то Леб будет вынужден отстранить тебя от работы.
— Понятно, — мрачно кивнул Чаз.
— Но волноваться рано. Как ты себя чувствуешь?
— Я вообще ничего не чувствую, — ответил Чаз.
И это было правдой. После первой попытки он несколько раз выбирался на платформу, бродил между мачтами и катался на фуникулерах.
— Если вдруг что-то почувствуешь, дай мне знать, — предупредила Этрия. — Кроме того, что существует сама Масса, есть еще сила ее воздействия. Ты должен ощутить это на себе. Например, когда Масса начнет сгущаться вокруг тебя. Необходимо научиться уменьшать и контролировать эту силу, и тогда ей не застать тебя врасплох — как тогда, в первый раз.
Клеть остановилась на уровне одного из тросов, и они, пересев на фуникулер, заскользили в усеянную звездами пропасть.
— Интересно, что произойдет, если научиться управлять всей силой Массы? — спросил Чаз.
— Ты этого не выдержишь, — прозвучало в наушниках. — У нас были такие, кто так и не научился сдерживать влияние Массы. Всех их просто смело с пути. Если не контролировать силу воздействия Массы, то появляются галлюцинации.
С изрядной долей скептицизма Чаз закинул эту информацию подальше в память, решив, что разберется с этим потом.
— Надо просто, — голос Этрии в наушниках звучал немного натянуто, — воспринимать влияние Массы как можно спокойнее. Позволить ей как бы просачиваться через тебя. Ты как?
— Превосходно.
— Вот и отлично. — Этрия остановила фуникулер на середине троса. — Я готова к работе. Если почувствуешь мое влияние или влияние Массы — скажи. Может быть, я смогу тебе помочь... а может, и нет. В любом случае дай знать.
— Ладно, — ответил Чаз.
Он откинулся на спинку сиденья. Наступила тишина. Этрия молчала. Интересно, движется ли она по медвежьей лапе? И сколько времени понадобится ей, чтобы — хотя бы мысленно — преодолеть расстояние в несколько световых лет — от плеча медведя до того места, куда указывает медвежья лапа?
Чаз попытался настроиться на мысли о Массе, но присутствие Этрии мешало ему даже через двойную оболочку их скафандров. И тут он снова вспомнил об Эйлин. Нет, тогда, в первый выход на Массу, ее голос не мог быть галлюцинацией. Конечно, что касается Массы, то тут ничего нельзя утверждать наверняка, но насчет голоса Эйлин у него не возникало сомнений. Чаз был уверен, что именно благодаря Массе ему удалось на несколько секунд войти в контакт с Эйлин; а то, что получилось однажды, можно повторить еще раз.
...Вот только бы наладить контакт с самой Массой. Чаза пробрал озноб. Его беспокоили не галлюцинации, а то, о чем говорил Джай. На поиски контактов, по его словам, может понадобиться месяца три — если не больше. Интересно, сколько времени они согласятся ждать? Хотя бы примерно... Чаз порылся в памяти. Он где-то читал о тех, кому не хватило даже шести месяцев. На Землю такие не возвращались. Как и те, кто не выдержал эмоциональный контакт с Массой. Этрия говорила, что их оставляют на административной должности, но никогда не пускают на палубу.
Неожиданно наушники ожили. Но вызывали не его, а Этрию. Поскольку Чаз настроился на частоту ее передатчика, то стал свидетелем разговора девушки с Лебделлом Марти.
— Этрия? — раздался голос Марти. — Ты на Массе?
— Да, — тут же откликнулась девушка, словно она ждала вызова, а вовсе не пыталась постичь бесконечность с помощью образа добродушного белого медведя. — В чем дело, Леб? Я с Чазом Сантом. Я подумала, что, быть может, ему пойдет на пользу, если он выберется вместе со мной на Массу.
С минуту Марти молчал.
— Понятно, — наконец произнес он. — Извини, что помешал, но часть оборудования, доставленного на прошлой неделе, куда-то подевалась — если, конечно, его вообще привезли. Ты не могла бы оторваться и помочь мне кое-что отыскать?
— Сейчас буду. — Раздался легкий щелчок, и Марти оборвал связь. Этрия повернулась к Чазу:
— Извини, Чаз. Мне нужно вернуться. Ты со мной?
Она нажала на кнопку, и фуникулер заскользил по изгибу серебристого троса, направляясь к ближайшей мачте.
— Нет, — ответил Чаз. — Раз уж я здесь, то еще немного побуду на Массе. Может, что-нибудь удастся нащупать.
— Как хочешь. — Доехав до мачты, фуникулер остановился, и Этрия выбралась наружу. — Держи связь на основной частоте. Если вдруг появятся галлюцинации, тебе понадобится помощь, чтобы спуститься вниз.
— Хорошо, — ответил Чаз, глядя, как она удаляется. Клеть лифта быстро достигла палубы; Чаз сверху наблюдал, как Этрия спешит к ближайшему шлюзу с лифтом.
Оставшись один, Чаз настроил переговорное устройство на основную частоту и услышал привычное гудение. Внезапно он почувствовал, как что-то коснулось его правой руки. Волна страха захлестнула сознание.
Чаз резко крутанул ручку настройки, уходя с основной частоты, но было уже поздно. В его сознание успело проникнуть нечто болезненное и неестественное, что никак не могло быть влиянием Массы. Он явственно ощутил угрозу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
