Читаем без скачивания От убийства на волосок - Джек Ритчи

— Пусть будет по-твоему, — неохотно согласилась Луиза. — Но при всех обстоятельствах нам не следует есть обед.

— Разумеется. А теперь … тссс… Роджер пришел. Я слышу, как Элен направляется сюда.

Раздалось позвякивание посуды, и в комнату вошла Эллен, неся поднос с тарелками и столовыми приборами. За ней появился Роджер. Его глаза поблескивали сквозь толстые стекла очков.

— Доктор Робертс заказал мне изготовить для вас специальное лекарство, тетушка Луиза, — сказал Роджер. Он широко обнажил зубы в улыбке и достал из кармана пузырек, подбросил и поймал его. — Чистый золотой песок будет дешевле этого лекарства. Но через неделю вы себя почувствуете как молодая кобылка.

— Благодарю вас, Роджер. Я приму лекарство позже.

— Его нужно пить перед едой. Таково указание врача. Вот лекарство. Проглотите.

Он протянул ей на ладони розовую малюсенькую капсулу и другой рукой подал стакан воды. Луиза умоляюще посмотрела на Марту, затем проглотила пилюлю.

— Вот и хорошо, моя дорогая. Лекарство нужно принять еще один раз сегодня. Перед сном.

— Вы не видели Тобби? — спросила Марта. — Его все еще нет.

Роджер облизал губы. Эллен быстро сказала:

— Тобби? Нет, мы его не видели. Но я уверена, он объявится. Ему, очевидно, захотелось побродяжничать.

— Я, кажется, слышала, как он мяучит в подвале. Так жалобно. — Марта с беспокойством посмотрела на племянницу и ее мужа. — Пожалуйста, Роджер, спуститесь сейчас в подвал и посмотрите, там ли Тобби.

— В подвал? — Эллен и Роджер недоуменно переглянулись.

— Я не могу понять, как он может там оказаться? — спросил Роджер, обращаясь к жене.

— Ну, пожалуйста, Роджер. Спустись и посмотри, — ответила Эллен и добавила: — Вы тоже слышали, как он мяукал. Луиза?

— О. да. Я почти уверена, что он в подвале.

— Особого труда не составит убедиться, там он или нет, не правда ли, Роджер, — заметила Эллен. — Возможно, кот забрался туда два дня назад, когда я доставала консервы.

— Хорошо. Я пойду и посмотрю. — Роджер приподнял и опустил плечи, словно ему не оставалось ничего другого делать.

— Итак, в подвал на поиски старины Тобби!

Он вышел в холл, и они услышали, как он стал спускаться по лестнице в подвал. Немного погодя до них донесся его приглушенный голос:

— Кота вроде бы здесь нет.

— Эллен, пожалуйста, спустись тоже и помоги Роджеру. У него такое слабое зрение, — настойчиво попросила племянницу Марта. — Тобби может прятаться за кучей угля.

— Хорошо, тетушка, — ответила Эллен и спустилась в подвал, где находился ее муж. — Тобби, Тобби, — послышалось, как она зовет кота. — Иди сюда, Тобби!

Марта быстро проковыляла в холл, тихо опустила дверь, ведущую в подвал и задвинула тяжелый засов.

— Вот и все! — воскликнула она торжествующе. — Теперь мы спасены!

— Но мы замерзнем! — заныла Луиза, когда Марта почти выволокла ее из постели и одела в теплое пальто. — Они заберут нас обратно!

— Нет, этого они не сделают.

Марта надела свое пальто, натянула на голову шаль и посадила Луизу в инвалидную коляску. Роджер и Эллен, обнаружив, что их закрыли в подвале, громко стучали в дверь, закрытую на засов.

— Тетушка Марта, — кричала Эллен. — Выпустите нас. Зачем вы так поступили?!

— Эй, тетушка! — вторил жене Роджер. — Шутка вам удалась. Но выпустите нас. Тобби здесь нет. Мы все осмотрели.

— Его там нет, потому что они убили его, — Марта убежденно сказала Луизе.

Она вытолкнула инвалидную коляску в холл, а затем через входную дверь по нескольким ступенькам во двор. В почти непроницаемой темноте осеннего вечера выл ветер. Шуршали и скрежетали голые ветки деревьев.

Луиза испуганно заохала, но Марта, не обращая на это внимания, откатила сидевшую в коляске сестру по тропинке примерно футов на сто от дома. Затем она развернула коляску и поставила тормоза на колеса.

— Жди меня здесь. Я сейчас вернусь.

Марта похромала обратно к дому, не обращая внимание на доносившиеся из подвала умоляющие вопли. Закутавшись в пальто, Луиза ждала ее в темноте. Холодный ветер трепал платок на ее голове, словно иголками колол кожу лица. Вскоре Марта появилась, держа в руке узелок с пожитками.

— Марта! — закричала Луиза. — Я замерзаю. Что ты намерена делать?!

— Сейчас ты увидишь. — Марта, тяжело дыша, остановилась у нее за спиной и оперлась на свою трость. — Сейчас ты увидишь, Луиза. Внимательно посмотри на дом.

Луиза посмотрела. Сначала она заметила в боковом окне, где располагалась их комната, желтый язычок пламени. Несколько мгновений язычок колебался в нерешительности, затем взметнулся к потолку. Разрастаясь, он превратился в чудовище из огня, которое с каждой секундой продолжало увеличиваться, становясь все ярче и сильнее. Ветер своими порывами подгонял огонь и очень скоро все строение воспламенилось.

— Пожар! — крикнула Луиза. — Дом горит!

— Я разлила керосин из бидона, что стоял в холле, по полу нашей комнаты и подожгла его, — сказала Марта. — Не забывай: Эллен и Роджер намеревались убить нас. Они убили наших любимцев. Мы должны были как-то защитить себя. У нас не было другого выхода.

Голос Марты задрожал от напряжения.

— И запомни. Мы никому не скажем о том, что они замышляли и что произошло. Они наши родственники. Никто нам не поверит. Пусть все думают, что произошел трагический несчастный случай. Ты меня понимаешь?

— О, да, да! — ответила взволнованно Луиза. — Ты такая умная. Кто-нибудь увидит огонь и вызовет пожарную команду. Не так ли?

— Так. На пожар кто-то обязательно должен поспешить. Это был единственный способ позвать кого-нибудь нам на помощь. Единственный, учитывая нашу беспомощность. Теперь никто не помешает нам вернуться в наш особняк.

Старухи замолчали, наблюдая за пожаром. Они молча смотрели, как занялась огнем и рухнула крыша, а за ней и стены. Где-то вдалеке послышалась пожарная сирена.

— Мне так тепло от этого огня, — пробормотала Луиза, выставив вперед ладони с растопыренными пальцами навстречу пышущему смертью жару. — Мне так хорошо…

Когда, наконец, взвизгнули тормоза пожарной машины, и выскочившие из нее люди развернули шланги и другое оборудование, в сущности, им уже нечего было делать.

Горевшие в камине поленья уютно потрескивали. Марта и Луиза сидели в гостиной дома судьи Бекка, наблюдая за маленьким огнем и видя в нем счастливые картинки своего ближайшего будущего.

— Скоро мы снова будем дома, — тихо сказала Луиза. — Котята будут играть на ковре, и Мэри Томпсон украсит нашу компанию. Миссис Роджерс обещала прислать молодую женщину, которая за двадцать пять долларов в неделю будет работать у нас служанкой. Мы вполне можем себе это позволить.

— Нам определенно хватит денег, чтобы безбедно прожить до конца наших дней, — охотно согласилась Марта. — Кажется, судья идет.

Дверь открылась, но вместо человека в гостиную прокрался большой сиамский кот. Он прыгнул к Марте на колени и удовлетворенно замяукал.

— Тобби! — воскликнула Луиза.

— Тобби! — отозвалась эхом Марта.

— Я подумал, что кот станет для вас приятным сюрпризом, — сказал судья Бекк довольно сухим тоном, входя в гостиную. В свои шестьдесят лет он сохранил величественную осанку и держал себя очень прямо. — Что-то должно сглаживать даже самые тягостные минуты жизни. Один из пожарников подобрал кота недалеко от пепелища.

Судья пожал формально руки старухам и затем шумно просморкался в носовой платок.

— Извините, — сказал он. — Простудился еще до поездки в Бостон. Ужасный город. Шум. Суета.

— Как — вы были в Бостоне? — изумилась Марта. Ее рот внезапно побелел.

— Я там провел три дня. Зря потратил время, должен вам сказать.

Судья уселся в кресло и покачал головой.

— Какая трагедия! Деревянные дома — часто огненные ловушки. Но лучше уже не говорить об этом. Лучше не копаться в пепле, насколько я понимаю. Теперь, когда Роджера и Эллен не стало, я хочу поговорить с вами… о вас.

— О, с нами все в порядке, — заметила поспешно Луиза. Мы поселимся снова в нашем особняке. И мы хотим, чтобы Мэри Томпсон жила с нами. Она не должна оставаться больше ни одного дня в таком кошмарном месте, как интернат для престарелых.

Судья снова просморкался. Затем мрачно уставился на золотую цепь от своих карманных часов.

— Марта… Луиза… — Он сделал паузу. — Мне нелегко вам это сказать, но моя поездка в Бостон имела прямое отношение к вам.

Две пары блестящих от напряжения старческих глаз уставились на судью.

— Прямое отношение к нам? — переспросила одна из сестер.

— Да. Дело касалось того наследства, которое оставил ваш отец. Как известно, оно состояло из определенной суммы денег, которую вы давно потратили, и из акций и ценных бумаг одной из железнодорожных компаний в Торонто.