Отчет об анализе взятых проб прилагается.
Выводы экспертов говорят о том, что, хотя все образцы несут остаточные эманации, магия, которая экспонировалась на них, была слишком слаба по уровню и непродолжительна, чтобы делать какие-либо утверждения о ее природе.
Резолюция: дело передать в ведение отдела архивных расследований Института парасвязей для окончательного решения.
26 мая 20.. года
Густав Шаус, старший унтер-офицер, маг-бригада № 3, Заречный отдел, г. Гражин»
— М-да, — сказал Джек, захлопывая папку. — Другого имени для собаки он придумать не мог, ну конечно.
Дочитал он как раз вовремя: Артур остановил машину возле южного окончания пресловутого моста, на улице Жацкого.
Нельзя было не заметить, насколько он оживился, даже по сравнению со своим обычным поведением. Артур не сидел на месте ни минуты, он облазил мост сверху донизу, практически обнюхал все перила, поскреб осклизлые, покрытые тиной камни под мостом на небольшом каменном уступке, где, видимо, жили те двое упомянутых бродяг.
Мост был довольно высоким: плавным каменным горбом изгибался над неспешно текущей рекой, и в центре от перил до поверхности воды было не меньше двенадцати метров.
Джек прошел на середину, поглазел по сторонам. Энца присоединилась к нему, затем Артур, в третий раз перебежав на ту сторону и обратно. Айниэль стояла возле машины, записывала в блокнот замечания коллег и свои наблюдения.
— Ну что? — бодро спросил Артур у молодых людей. — Свобода! Осмотреть надо все.
И, достаточно ловко для своей комплекции перемахнув через перила, спрыгнул в реку, подняв целый столб брызг.
Энца с Джеком переглянулись. Посмотрели на Айниэль, которая с каменным лицом наблюдала расходящиеся по реке круги. Энца подошла ближе, перегнувшись через перила, посмотрела на воду. Артур не появлялся.
Поплыл против течения? Нырнул до дна?
— Эм… Айниэль? — спросила девушка. — А это так надо?
— Нет, — злым голосом ответила та. — Он нарушает инструкцию! И плавать не умеет, насколько я знаю.
Тогда и Джек рванул к перилам, выглядывая, не покажется ли где голова с проплешиной.
Пусто. Река успокоилась, мутная, желтовато-коричневая, она невозмутимо продолжала нести свои воды вперед.
— Ну… кхм, — неуверенно начала Энца. — Надо, наверно, его доставать. Давай я, Джек, а ты скорую вызывай.
— Не надо скорую, — быстро сказала Айниэль. — Я сама его полечу, у меня сертификат второй степени на оказание медицинской помощи. Надо его только вытащить.
Напарники переглянулись.
— На всякий случай, — тихо сказал Джек, — возьми у меня…
Энца помотала головой:
— Не буду сейчас.
Она наклонилась развязать кроссовки, но Джек схватил ее за локоть.
— Не время выделываться, — прошипел он. — давай быстро. Вдруг там и правда горбана?
Энца стряхнула его руку, исподлобья посмотрела.
— Не буду, — упрямо сказала она. — Эта Айниэль смотрит… да все обойдется как-нибудь.
Она с трудом стянула так и не расшнурованные кроссовки и, пресекая дальнейшие разговоры, перемахнула через ограду. Джек выругался вслед, потом спохватился, сплюнул через плечо, сложил пальцы в знак, отводящий беду.
Энца, извернувшись головой вниз, без всплеска вошла в воду, за ее спиной трепетали как крылья широкие длинные лезвия, которые она использовала, чтобы замедлить падение.
И опять тишина. Проходящие по мосту люди, оборачивались, на набережной внизу парочка местных любопытствующих остановилась и, опершись о перила, глазела в ожидании чего-нибудь интересного.
«Чертова дура, — взбешенно подумал Джек, — застеснялась она! Горбана ослепит и выжрет ее там… и где этот толстый плешивый ублюдок?»
Некстати зазвонил телефон, Джек не глядя ответил, продолжая вглядываться охряную муть воды.
— Что?.. Мне некогда, Роберт… В смысле? Мы на работе. Нет, не знаю, когда… Твою мать!.. — вдруг заорал Джек, сунул телефон в карман джинсов и бросился бежать.
Когда Энца рыбкой вошла в толщу воды (сильно опасаясь напороться на какой-нибудь крупногабаритный мусор, которым обычно изобилуют городские реки), то попервоначалу она ничего не увидела: вокруг была одна муть. Неясные солнечные лучи косыми копьями пронзающие воду много света не давали. Когда привыкла, стала различать и темные колышущиеся ленты водорослей и бесформенные пятна на дне. Тот самый мусор, затянутый илом. Смутно угадывались какие-то деревянные ящики и шины.
Оставалось только удивляться, как только такие прихотливые и капризные существа как русалки или горбаны тут прижились. В реках и лесах Старого света они стали редки именно из-за возросшего загрязнения.
Энца поворачивалась в воде, пытаясь углядеть Артура. Воздуха хватало, пока еще был резерв энергии, только вот лезвия пришлось еще немного покрутить, чтобы приспособиться к воде.
У правого глаза мелькнуло что-то, совсем близко, Энца инстинктивно отшатнулась в сторону и тут же шею пронзила резкая боль.
Девушка взмахнула лезвием, одновременно ныряя вперед, чтобы перевернувшись, оказаться лицом… к чему-то странному.
Зависнув на миг вверх ногами, Энца увидела сначала лес колышущихся бледных палок, потом поняла, что это конечности, тонкие и многосуставчатые, с черными крючками на концах. Такой же крючок застрял в ее шее сзади, отсеченный удачным ударом, вместе с сегментом этой то ли руки, то ли ноги.
Прямо под лесом несколько темных пятен, размером с человеческое тело, будто бы стоят на дне. Дальше полоса мрака от берега до берега: тень от моста.
Энца извернулась под водой и рванула вперед, вспарывая воду лезвиями. Конечности горбаны неожиданно ловко избегали их, и все метили ей в глаза, но и Энца пока еще уворачивалась, на самом деле начиная уже чувствовать, что тонкий слой воздуха, который она способна была держать, начинает исчезать.
Надо было палки какие-нибудь захватить, с досадой подумала Энца. Воздушные лезвия забирали в себя так нужный ей сейчас воздух.
Сосредоточиться! Тот парень-любитель из отчета был прав, это горбана. На физическом уровне горбана — мешок с гнилостным газом, десятком-другим ловких гибких конечностей, завершающихся хитрыми крючками, и длинной черной «шевелюрой», которая росла у нее на животе. Что надо делать: вспороть мешок, отсечь как можно больше этих руко-ног и всплывать, ни в коем случае не трогая черные длинные волосы, которые стрекают ядом. Яд сам по себе не смертелен, но парализует, что под водой, собственно говоря, фатально.
Пока Энца не могла добраться до горбаны, та ускользала, пытаясь хлестнуть Энцу, зацепить ее крюками, и девушка уже начинала сдавать, теряя силы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
