Читаем без скачивания Дело гангстера боится - Дарья Калинина

– Кроме Кости.

– Да, вряд ли родители послали на дело своего драгоценного мальчика. А сам он слишком туп, чтобы провернуть такое самостоятельно и не попасться.

– Кстати говоря, к ужину у нас ожидаются важные гости.

– И кто же?

– Не догадываешься?

– Неужели Кусков и Ерофеев?

– Ерофеев с сыном, – кивнула Леся. – По этому поводу намечается грандиозное застолье. Тушеная курица с пряными травами, свиные котлеты на косточке и еще куча всего. Изольда проговорилась, что мясо было вытащено с самого дна морозильной камеры. Запасы в ней сделаны еще при жизни господина Терентьева. Понимаешь?

– Да ты что? Полгода они питались запасами, которые были сделаны при жизни старого хозяина?

– Чижиковы живут очень скромно. Ты же сама видела, на обед была жареная рыба, купленная у местных рыбаков за копейки, и борщ, правда, на свинине. Но вот ужин намечается получше. Хозяева не хотят показать, как плохи у них дела.

– Дела плохи, а хозяйка себе новых туалетов только сегодня тысяч на тридцать приобрела.

– Значит, у Елены Николаевны есть какой-то собственный источник доходов, которым она не собирается делиться с остальными.

– А мне кажется, что покупки держались в тайне именно от прислуги. Семья в курсе того, что их мамочка любит принарядиться.

– Изольда сказала, Чижиковы им уже два месяца совсем не платят жалованья, обещая, что все отдадут после вступления в права наследования.

– Два месяца? – поразилась Кира. – Да ты что? И женщины это терпят? Не увольняются?

– Сама поражаюсь. Тем более что хозяев своих они откровенно ненавидят. Ты хоть не ела хозяйский борщ?

– Нет.

– И не ешь никогда, – посоветовала подруге Леся. – Ничего не ешь из того, что готовит Изольда для хозяев. Я сама лично видела, что перед тем, как подать блюдо к столу, Изольда в него плюнула.

– Фу! – скривилась Кира. – Какая гадость!

– Так что ты ешь только то, что я сама для тебя приготовлю, – предупредила подругу Леся. – Ну, или спрашивай, я скажу, можно это есть или нет.

За объяснениями, почему все трое слуг господина Терентьева упрямо продолжают оставаться в доме, где обстановка стала, мягко говоря, несколько напряженной, подруги пошли все к тому же Андрею, которого нашли в дровнике, где он вел учет сложенным там поленьям.

– Идея сестрицы Аленушки сосчитать все поленья, – уныло сообщил он подругам. – Она опасается, как бы лишнее полешко у нее из-под носа не увели. А как же, дрова-то все купленные, каждое из них что-нибудь, да стоит!

Про скупость хозяйки подруги были уже наслышаны.

– А ты нам сказал, что новые хозяева вам всем троим жалованье прибавили, – попеняли они Андрею. – Как же так?

– Так они только на словах нам его прибавили. Но если первый месяц мы еще получили свои деньги, то на второй нам заплатили половину, потом треть, потом четверть. А последние два месяца мы вообще ничего не получаем, хотя хозяйка клянется, что после вступления в права наследования озолотит каждого из нас. Выплатит все, что нам должна, и еще сверх того доплатит.

– А пока у хозяев с деньгами напряженно?

– Владимир Николаевич оставил кое-какие средства в домашнем сейфе. Но там были деньги на хозяйство. При должной экономии их хватило Чижиковым почти на полгода. Но сейчас те деньги уже подошли к концу. Как и прочие припасы.

– Никто из Чижиковых не работает?

– Нет. Прапорщик в отставке. Костя еще учится. Ну а Елена Николаевна могла бы работать по специальности, медики всюду нужны, но не работает.

– Как же хозяева дальше будут жить?

– Ну, через неделю суд, – пожал плечами Андрей. – Что-нибудь да решится. И еще я знаю, что Елена Николаевна таскает кое-какие безделушки в скупку.

– Ворует из дома ценные вещи?

– Она думает, что никто не замечает ее делишек, но плохо же она нас троих знает. Валерия заметила пропажу некоторых вещей первая. Еще бы, ведь она убирается в доме, ей ли не знать, что и где стоит. Потом она сказала о своих подозрениях мне, я стал следить за сестрицей Аленушкой и увидел, как в один прекрасный день перед тем, как уйти из дома, она стянула со столика бронзовую статуэтку, а на ее место поставила горшок с цветком.

Так вот откуда у хозяйки взялись деньги на дорогие туалеты. Но зачем ей воровать у самой себя? Ведь все вещи, что находятся в доме, будут принадлежать Чижиковым.

– В том-то и дело, что никто не знает, в чью пользу решится дело о наследстве. Завещание-то до сих пор не найдено! Первое, где все четко было прописано, хозяин отозвал, а второе до нотариальной конторы не дошло.

– А что было в первом завещании?

– Про Виталика там не было ни слова.

– А про кого было?

– Владимир Николаевич оставлял сам дом, другую свою недвижимость и счета в банках своей сестре и ее семье. Акции завода отходили его компаньонам, если только кто-то из родных Владимира Николаевича не пожелал бы принять активное участие в делах завода. Ну, и нам полагались денежные премии.

– Кому это – вам?

– Мне, Валерии и Изольде.

– Что? Что за премии?

– Каждая из женщин получала по тридцать тысяч долларов, а я пятьдесят.

Так вот что держало Изольду и Валерию в доме господина Терентьева! Они надеялись, что суд учтет намерение старого хозяина и выделит им какую-нибудь долю из наследства. Тридцать тысяч долларов для таких простых женщин были приличной суммой. Но все равно, почему они, да и Андрей тоже терпели издевательства новых хозяев? Ведь явиться на суд они могли не только из дома господина Терентьева, но и из любого другого места.

– Не думаю, что тут все так просто. Пока дело о наследстве не решено окончательно, нам надо держаться поближе к Чижиковым, чтобы успеть узнать, если они чего-нибудь задумают против нас. А с таких скупердяев станется!

И все же у подруг сложилось ощущение, что Андрей не вполне искренен с ними. Чего-то он явно недоговаривал, да и остальная прислуга тоже.

Но пока что девушкам надо было возвращаться к своим прямым обязанностям. К приходу важных гостей хозяйка потребовала от Валерии, чтобы весь дом блестел. Ну а старая прислуга быстро переложила эту обязанность на плечи Киры.

– Натрешь до блеска все, что сможешь. Тряпки и паста для полировки в кладовой. Работай, а я передохну.

Кира не возражала. Полируя ручки дверей и латунные накладки, она продвигалась по дому, все подмечая и наблюдая. Так, Чижикова снова примеряет купленные ею сегодня обновки. Очень глупо с ее стороны думать, будто никто ничего не видит и не понимает. Впрочем, Чижикова явно не большого ума тетенька. И на врача она никак не тянет, максимум на старшую сестру.

Чижиков дремлет в гамаке. Ну, с ним все просто. Бывший прапорщик – человек нехитрых интересов. Вкусно поесть, мягко поспать, да еще чтобы все перед ним трепетали или делали вид, что трепещут. Супруги вполне подходили друг другу. Оба не блистали интеллектом, но были верны однажды сделанному выбору.

А вот отпрыск супружеской четы Костя удивил девушку. Вместо того чтобы гонять мяч во дворе, тренироваться, он сидел возле компьютера. Впрочем, подкравшись к нему, Кира быстро убедилась, что ее первоначальное впечатление все равно верно. Парень увлекся сказочной баталией, с азартом паля по монстрам из оружия, напоминающего маленькую гаубицу. Появление Киры рядом с собой он отнюдь не приветствовал. Промычал что-то недовольное и попытался пихнуть девушку ногой.

Но Кира твердо помнила, что с Костей ей необходимо подружиться, и для этого использовала испытанное и хорошо зарекомендовавшее себя средство – лесть.

– Ой, какие жуткие твари! – притворно испугалась она, таращась на экран, где и впрямь носились весьма страшненькие создания. Черные, мохнатые и очень шустрые монстры метались по экрану, оставляя за собой некрасивые грязные следы.

– Это горки, – снизошел до ответа Костя.

– Кто?

– Помесь орков и гоблинов, – охотно просветил Киру парень. – Они свирепые и злобные.

– Да я уж вижу! А как ты с ними справляешься?

– У меня есть лазерный меч. И пушкелка. Из пушкелки я могу стрелять варелками или лурками. Они тоже опасные, но варелки круче.

– Кем? Варелкой?

– Помесью василиска и горка.

– Они тоже свирепые?

– Еще какие! – откликнулся Костя. – Злобные, с когтями. Только они еще и летать умеют.

– И летать умеют!

– А ты как думала, иначе как бы я ими из пушки стрелял? Я стреляю, они летят!

– Что? – неподдельно поразилась Кира. – И крыльями машут?

– Сейчас я тебе покажу, – кивнул Костя и впрямь выстрелил каким-то круглым шаром из своей пушки.

То, что вначале было принято Кирой за ядро, внезапно в полете выпростало крылья, откуда-то прорезалась маленькая злобная головка, вытянулось длинное, покрытое перьями туловище. И, наконец, прямо перед носом Киры остро блеснули когти чудовища.

– Ох, мама родная! И оно кусается?

– Еще как!

– И сильное?

– Способно поднять рыцаря в полном облачении. Вместе с щитом, копьем и мечом.