Лёгкий ветерок уже забросал его горстями песка. Корт выбрал направление и зашагал прочь от своего убежища.
В двадцати шагах на песке он нашёл игольчатую ящерицу, пронзённую ножом. В этот момент Корт понял, что должен делать.
Спустя три дня после ухода, он вернулся домой.
***
Корт клялся себе, что этот раз точно будет последним. И что в этот раз он не проиграет. Глубоко вздохнув, он откинул уже знакомый полог.
На этот раз Гвирн был не один. Он и ещё трое атлургов что-то горячо обсуждали, собравшись вокруг стола. Как много раз делал и Корт со своими людьми. От воспоминаний в груди кольнуло. При виде Корта атлурги резко замолчали.
— Корт. Вот так сюрприз, — холодно отчеканил Гвирн. — Вот уж кого точно не ожидал увидеть. Теперь-то.
Мужчины заулыбались. Один закашлял в кулак, скрывая смешок.
— Гвирн. У меня есть к тебе предложение. Я хочу заключить сделку. Поверь, тебе понравится, — на этот раз мягко улыбнулся Корт. Он склонил голову набок в ожидании.
Гвирн мгновенно оценил его настрой и принял решение.
— Все. Выйдете. Мне с Кортом надо поговорить.
***
Не прошло и недели с прошлого Утегатола, как собрался новый. Обычно народ собирался на сход не чаще нескольких раз в год. Но в последние месяцы ничто не было обычным. Как и сейчас. Никто не знал, в чём причина, но все знали, что этот Утегатол собрали Гвирн с Кортом. Вместе. Это обещало быть чем-то особенным. Поэтому весь город растревоженным ульем снова гудел под сводами Зала Кутх.
На этот раз под Помостом Кангов не было ни Совета, ни глашатая. Перед народом бок-о-бок стояли двое.
Корт заговорил первым.
— Я знаю, что вы удивлены. И что я потерял ваше доверие. Но я всё же выступлю ещё раз, потому что то, что я скажу, изменит судьбу Утегата. Мы с Гвирном собрали сегодняшний Утегатол, потому что пришли к согласию относительно того, что будет лучше для народа.
Корт выдержал паузу. Нашёл взглядом Леду. Она стояла, заломив руки, как всегда, впереди, чтобы он мог её видеть. Леда не знала, что он хочет сказать. Как и никто другой. И у этого была причина.
— Сегодня я, Корт — изгой, ругат и атлург — отрекаюсь от борьбы за власть. Я всецело признаю Гвирна Кангом над собой и над народом.
Корт замолчал. В Зале царила ледяная тишина. Заговорил Гвирн.
— С выходом Корта из борьбы у меня не остаётся других соперников. А потому, если народ и Совет дадут согласие, я стану следующим Кангом Утегата.
Гвирн поднял руки. И, словно это была команда, атлурги разразились возгласами одобрения. После нескольких минут хаотических криков, один за другим в воздух начали взмывать кулаки. Очень скоро вся масса людей хором скандировала одно слово, вскинув вверх руки и топая ногами:
— Канг! Канг! Канг!
Это звучало, словно призыв к бою. Корта проняла дрожь. Да и Гвирна, несмотря на невозмутимый вид, должно быть, пробирал озноб. Стать предводителем такой силы — это могло стать мечтой и делом всей жизни. Сейчас Корт наконец-то понял это. За обладание такой мощью можно было убивать и умирать.
Спустя несколько минут Гвирн снова поднял руки. Атлурги затихли. После грохота сотен ног, казалось, зал до сих пор дрожит. В голове стоял гул.
— Братья! — крикнул Гвирн. — Пусть церемония назначения Кангом ещё не проведена, но ваша реакция означает для меня, что вы меня уже избрали. И потому, в качестве следующего Канга Утегата, я хочу озвучить своё первое решение. Вы позволите мне это сделать?
— Да!
— Говори!
— Ты наш Канг!
— Хорошо. — Гвирн улыбнулся одними уголками губ. — Тогда вот моё слово. В качестве жеста примирения, принимая капитуляцию Корта, я разрешаю ему собрать отряд добровольцев, если таковые найдутся, и отправиться в Город-за-Стеной.
Также я даю согласие на то, чтобы Корт привёл оттуда людей и поселил их в горах. С тем условием, что они будут сами обеспечивать себя едой и водой. Не будут брать воду из источников и охотиться в горах. В остальном народу нет до этого дела.
Также, в качестве услуги лично Корту, памятуя о его заслугах перед народом, я разрешаю ему разместить людей в Утегате на первое время. Но не более нескольких десятков человек и сроком не более чем на несколько месяцев. Опять же, при условии, что они будут обеспечивать себя всем сами. Сейчас население Утегата невелико, и у нас есть свободные лурды.
После того, как эти люди разместятся в Красных Горах, Корт сможет привести ещё людей. Конечно, всё это не бесплатно. После того, как изгои устроятся на новом месте, они будут выплачивать нам дань в виде воды и продовольствия. Я считаю такое соглашение разумным. Надеюсь, вы примете это.
***
— У меня не было иного выбора. Простите.
Корт, Леда, Уги и Дар собрались за столом у Корта дома.
— Это спорное утверждение. Если бы ты посоветовался с нами перед тем, как принимать решение, возможно, мы бы что-то придумали.
Уги был мрачен. Ни он, ни Дар не одобрили того, что Корт сделал. Леда стояла у Корта за спиной и молча держала его за руку.
— Я знал, что вы ни за что не согласитесь с моим решением. Простите, что подвёл. Мне не быть Кангом. Я с самого начала сомневался, что справлюсь с этой задачей. И я не справился. Но, возможно, это и к лучшему. Я думаю, это не мой путь.
Согласитесь ли вы и дальше идти рядом со мной, уже совсем другой дорогой, или пойдёте своим путём — это ваше решение. Но даже если я останусь один, я сделаю то, что должен.
— Ты не останешься один, — мягко подала голос Леда и вышла из-за спины Корта.
Она выглядела печальной, но её взгляд был по-прежнему твёрд. Она всегда будет на стороне Корта и последует за ним, куда бы он ни шёл.
— Я пойду с тобой в Город-за-Стеной. — Леда гордо вскинула голову и посмотрела на сидящих мужчин. — Уги, Дар, вам решать, что вы будете делать дальше.
Нам больше не бороться вместе за власть в Утегате. Но я считаю, что город и его жители по-прежнему находятся в опасности. И сейчас, возможно, даже в большей, чем когда-либо.
Гвирн делает то же, что делал Турраг. Замалчивает проблемы. Преуменьшает масштаб бедствия. Да, мы не смогли переиграть его на его поле. Но это не значит, что мы не можем сражаться другими способами.
Если вы верите Корту так
