Читаем без скачивания Черный лед - Майкл Коннелли

– Послушай, Тери, – начал он. – Думаю, мы с тобой можем поговорить откровенно. На мой взгляд, здесь переплелись два… нет, целых три расследования. Возможно, это часть одного большого дела, как спицы одного колеса.

Тереза в недоумении посмотрела на него.

– Какие расследования, Гарри? О чем ты говоришь?

– Я понимаю, то, о чем я сейчас скажу, выходит за пределы твоей профессиональной компетенции, однако ты должна знать все, что поможет тебе принять верное решение. Я наблюдаю за тобой весь вечер и вижу: у тебя какие-то серьезные проблемы и ты не знаешь, на что решиться…

Босх сделал паузу, полагая, что Тереза остановит его. Но она молчала, и он рассказал ей об аресте Мервина Дэнса и предполагаемой связи Дэнса с убийством Джимми Каппса.

– Узнав, что Каппс был курьером, доставлявшим наркотики с Гавайев, я пошел к Муру, чтобы расспросить о «черном льде». Мексиканские и гавайские торговцы конкурируют между собой, и мне важно было выяснить подробнее, как и откуда поступают наркотики, кто их продает и так далее. Любая информация помогла бы мне полнее представить всю картину и сообразить, кому понадобилось убрать Каппса. Поначалу мне казалось, что Мур просто отшил меня, поскольку, когда мы встретились, он прикинулся, будто ему ничего не известно. Лишь сегодня я узнал, что он собирал для меня материалы по «черному льду». Фактически Мур разматывал дело, которым я занимался, а я об этом понятия не имел. Только теперь мне открылось: перед тем как исчезнуть, Мур работал почти в том же направлении, что и я. Сегодня я получил собранное им досье. В папку была вложена записка с просьбой передать дело мне.

– А что было в этой папке?

– Много чего. Среди прочего оперативный рапорт, в котором Мур утверждал, что основной центр производства «черного льда», возможно, некое ранчо неподалеку от Мехикали. – Тереза пристально смотрела на него, но молчала. – Как же это связано с шестьдесят седьмым «Хуаном»? А вот как: Портер ушел, и дело, которое он вел, передали мне. Я прочел его и узнал один любопытнейший факт. Слабо догадаться с первого раза, кто нашел тело, а на следующий день исчез сам?

– Черт! – вырвалось у Терезы.

– Вот именно. Не кто иной, как Кэл Мур. Что сие значит, мне до сих пор не ясно, однако именно Мур подписал рапорт о том, что нашел труп «Хуана». На следующий день он взял отгул, а еще через неделю самого Мура случайно отыскали в номере мотеля, где он якобы совершил самоубийство. Затем, утром, информация об обнаружении тела попадает в газеты и выпуски теленовостей, а в полицейский участок звонит некто Портер и заявляет: знаете что, ребята? Я завязываю. Стресс, мол, у меня. Ухожу из полиции к чертям собачьим. Скажи, может, ты что-нибудь понимаешь?

Тереза вдруг встала, подошла к двери, ведущей на террасу, и стала глядеть сквозь стекло на холмы по ту сторону ущелья.

– Сволочи, – прошептала она. – Они хотят спустить все дело на тормозах, и только потому, что это может кому-то повредить.

Босх тоже поднялся и подошел к ней сзади.

– Тебе нужно поделиться с кем-то своей тревогой. Поделись со мной.

– Нет, не могу. Лучше ты объясни мне, в чем дело.

– Я уже рассказывал. Собственно, мне почти нечего добавить к тому, что ты уже знаешь, да и вряд ли ситуация прояснится от этого. В досье, собранном для меня Муром, нет почти ничего существенного, кроме ссылки на информационный бюллетень АКН, где прямо указано на то, что «черный лед» поступает в Лос-Анджелес из Мехикали. Вот как я догадался, где находится самый крупный поставщик фруктовой мушки. Кроме того, Мур рос в Калексико и в Мехикали. Понимаешь? В деле слишком много совпадений, поэтому мне кажется, что это вовсе не совпадения. – Тереза все еще стояла, отвернувшись к двери, и Босх говорил ей в спину, однако в стекле он хорошо видел отражение ее встревоженного и растерянного лица. Ноздри Гарри щекотал аромат ее духов. – Самое интересное то, что Мур хранил эти материалы не в кабинете и не на квартире. Он специально положил папку в такое место, где ее не могли найти следователи ОРГУ или ОВР. На нее наткнулись ребята из его группы. Они увидели в папке записку с просьбой передать документы мне. До тебя дошло? – Ответом Босху был озадаченный взгляд Терезы, отразившийся в стекле. Она повернулась, шагнула в глубь гостиной, опустилась в глубокое мягкое кресло и запустила в волосы пальцы обеих рук. Гарри не сел, а несколько раз прошелся перед ней. Деревянные половицы уютно поскрипывали под его шагами. – Почему Мур написал эту записку? Почему просил передать папку с материалами именно мне? Вряд ли это была просто заметка на память, сделанная для себя самого. Он действительно собирал эти сведения для меня, следовательно, записка была написана на случай, если папка попадет в руки кому-то другому. О чем это говорит? О том, что, когда Мур писал ее, он либо знал, что скоро покончит с собой, либо…

– Либо боялся, что его убьют, – тихо закончила Тереза.

Босх удовлетворенно крякнул.

– Как минимум Мур понял, что слишком глубоко копнул. Что попал в беду и ему грозит опасность.

– Господи!.. – прошептала Тереза.

Босх приблизился к ней и, низко наклонившись, подал бокал с вином.

– Расскажи мне о вскрытии. Ты должна, Тери. Ведь ты сама видишь – что-то здесь неладно. Я читал дерьмовый пресс-релиз, опубликованный управлением. «Вскрытие не дало решающих аргументов в поддержку официальной версии случившегося…» Что за чушь собачья? С каких пор ты не в силах определить, сам ли человек убил себя выстрелом в упор или нет? Расскажи мне все, Тереза. Может, тогда мы вместе что-нибудь придумаем, поймем, как нам быть.

Тереза передернула плечами и покачала головой, но Босх понял, что она готова поделиться с ним своими сомнениями.

– Они объяснили мне, потому что я не была на сто процентов уверена… Гарри, ты не должен никому говорить, откуда у тебя эти сведения! Не должен!..

– Не беспокойся, на тебе это никак не отразится. Если мне и придется использовать эту информацию, то лишь для того, чтобы помочь нам. Тебя это не коснется, обещаю.

– Мне велели ни с кем не обсуждать того, что я узнала, поскольку я, видишь ли, и сама была не совсем уверена. Этот заместитель начальника управления, этот Ирвинг, этот наглый хрен с изюмом, прекрасно знал, что делает. Он постоянно напоминал: окружная комиссия очень скоро будет решать вопрос о моем назначении и о том, что на должность руководителя лаборатории может быть назначен только человек, имеющий понятие о служебной тайне. Ирвинг даже перечислил своих друзей, которые заседают в этой драной комиссии. Боже, как мне хотелось схватить скальпель и…

– Не думай об этом. Скажи лучше, в чем ты не была уверена на сто процентов?

Тереза одним глотком осушила свой бокал, и Босх наконец узнал всю историю. Вскрытие началось как обычно, но кроме Шихана и Частина – двух следователей, которым было поручено расследование, – анатомичку почтил своим присутствием заместитель начальника полиции. Он попросил немедленно вызвать технического сотрудника лаборатории, чтобы тот скорее снял отпечатки пальцев.

– Разложение зашло так далеко, – рассказывала Тереза, – что мне пришлось спрыснуть кончики пальцев спецотвердителем. Только после этого Коллинз, мой лаборант, снял отпечатки. Сличение он провел тут же, потому что Ирвинг приволок с собой личное дело. Отпечатки совпали на сто процентов. Это был Мур.

– А как насчет зубов?

– С зубами было трудно. Целых осталось совсем мало. Мы сравнивали обломок резца, найденный в ванной, с записями о стоматологическом лечении, которые тоже принес Ирвинг. У Мура был запломбированный канал. В этом зубе тоже. Еще одно совпадение.

Потом Тереза сказала, что вскрытие она начала сразу после того, как установили личность по отпечаткам. Очевидное тут же подтвердилось: выстрел в упор из двуствольного дробовика был смертельным. Смерть наступила мгновенно. И только в процессе исследования отделенных от тела органов она начала сомневаться, действительно ли это было самоубийство.

– Сила выстрела была такова, что привела к полному краниальному смещению, – объясняла Тереза. – Согласно установленному порядку мы обязаны провести подробное исследование всех жизненно важных органов, в том числе мозга, однако проблема заключалась в том, что из-за значительной площади поражения мозг почти полностью разрушился. Мне сказали, что картечины вылетели сразу из двух горизонтально расположенных стволов, и это было видно, поскольку район наибольших повреждений имел эллиптическую форму, вытянутую в горизонтальной плоскости. Вместе с тем значительная часть лобных долей и соответствующая им часть черепа не пострадали, хотя и сместились.

Понимаешь, что я имею в виду? Согласно схемам места происшествия, все произошло в ванной. Это… не слишком странно? Ты ведь, кажется, знал его…

– Не очень близко. Продолжай.