Читаем без скачивания Батый. Золотая Орда - Олег Бажанов

Русь всегда была лакомым куском не только для немцев. И когда Григорий IX объявил о новом крестовом походе, вся Европа с большими надеждами стала смотреть в сторону Руси, готовясь к большому походу. Но монголы в ответ на вторжение на севере нанесли удар в самый центр Европы, вынудив европейских правителей больше думать о собственной безопасности. Тем стало не до грабительских походов по соседям. О быстроте распространения информации в то время могут служить записи от 1238 года, хранящиеся в Мельрозском монастыре в Шотландии. Цитата в переводе: «Тут впервые прошел слух по земле нашей, что нечестивое полчище татарское многие земли разорило». Обратите внимание: 1238 год – это поход Батыя на Русь, Киев ордынцы возьмут только через два года! Хорошо же была поставлена служба информации у монахов!

Наверное, с тех самых пор европейцы страдают «русской» болезнью: ужас от возможного вторжения русских – татар и казаков – у них в крови и передается по наследству генетически. Вот что писали в Германии в 1567 году: «…прошел общий слух, будто Великий князь Московский уже совершенно готов к новому походу на Литву и прилегающие страны… Имя московитов стало предметом великих страхов для всех соседних народов и даже в немецких землях…». Похоже, это они и сегодня так шумят по поводу России-агрессора из-за своей банальной вековой трусости.

А в 1240 году тевтонские рыцари, прикрываясь религиозными лозунгами, смело вторглись в Северо-Восточную Русь. Ими был захвачен Переславль-Залесский, их колонны подошли к Ростову. Передовые отряды рыцарей действовали уже в тридцати верстах от Новгорода. Здесь объединенное русско-татарское войско во главе с князем Александром Ярославовичем на берегах озера Неро разгромило крестоносцев. С пленными поступили по-монгольски: их привязали к конским хвостам и погнали лошадей. А Александр получил прозвище Нерский. Да-да, именно Нерский, а не Невский.

Шведы на реке Нере разбиты. Впрочем, это были и не шведы. В старых летописях «шведского» предводителя называют «королем римским», то есть одним из посланцев папы римского, которыми и были крестоносцы. А «шведами» их сделали в более поздних летописях, когда перед Петром I встала необходимость обоснования причины войны со Швецией – союзником России против Турции. Вот и пришлось переместить Нерскую битву ближе к шведским границам на реку Неву. И не только при описании «Невской» битвы в русских источниках видны следы поздней подделки, летописи писались и подделывались и намного позже произошедших событий.

В 1241 году Батый ответил захватчикам… Ранней весной монголы тремя клиньями пошли в Европу.

В числе важнейших преимуществ монгольской армии перед армиями европейских королей, позволяющих побеждать превосходящего по численности противника, была ее изумительная способность к маневрированию и продолжительной автономности существования на чужих территориях. Монголы не перегружали себя обозами.

И в прошлом, и в настоящем при планировании боевых действий во главу угла ставится вопрос об обеспечении армии продовольствием. В Западном походе Батыя решение этого вопроса осложнялось до крайности – в конных соединениях Батыя у каждого ордынца имелись по 2–3 коня. Легкая монгольская кавалерия не могла тащить за собой по незнакомым землям и пересеченной местности громоздкие обозные телеги, замедляющие движение и стесняющие маневр.

Штабисты всех уровней знают, что лишь при наступлении широким фронтом появляется лучшая возможность довольствия армии местными средствами. Это и была одна из причин, почему монголы вторгались в неприятельскую землю не сосредоточенным «кулаком» – одной массой, а по нескольким направлениям одновременно. А заключавшаяся в этом приеме опасность быть битым по частям компенсировалась высокой дисциплиной, хорошо отлаженной курьерской связью, быстротой маневрирования войсковых группировок, способностью монголов уклоняться от боя, когда он не входил в их расчеты, а также превосходной организацией разведки. При соблюдении этих условий успешные тактика и стратегия монголов укладывались в простое правило: двигаться врозь, драться вместе.

С помощью захваченных местных ресурсов – трофеев ордынская армия удовлетворяла свои нужды не только в продуктах, фураже и одежде, но и в средствах передвижения. Холодное оружие легко ремонтировалось на месте или использовалось трофейное. Также не стоит забывать про традиционные у монголов облавные охоты. Дичи в Европе того времени было с достатком.

Одной из немаловажных особенностей, обеспечивавших способность монгольской армии обходиться без налаженных коммуникаций, была высочайшая выносливость людей и конского состава, их привычка к лишениям, а также установленная в армии железная дисциплина. При этих условиях ордынские отряды проходили там, где армии других народов останавливались. С большим искусством монголы преодолевали водные преграды. Переправы через широкие и глубокие реки совершались вплавь: имущество складывалось на камышовые или бревенчатые плоты, привязанные к хвостам лошадей. Люди держались за гривы лошадей или пользовались для переправы надутыми воздухом бараньими желудками – бурдюками. И в бою могол погибал, но не отступал без приказа. Эта сверхспособность выживать и воевать в труднейших условиях создала монгольским воинам в Европе репутацию сверхъестественных, дьявольских существ, к которым не подходят человеческие мерки.

Основные удары ордынских войск по Европе весной 1241 года пришлись на Польшу и Венгрию. «Дьяволы из преисподней» – так называли монголов европейцы – неожиданно оказались у стен Кракова и Будапешта. Европейские армии несли огромные потери. Кроме огнестрельных орудий, немаловажную роль в победах орды сыграл «презренный» лук, недооцененный европейскими стратегами.

Папский посланец при монгольском дворе монах Плано Карпини, не лишенный военных познаний, отмечал, что победы монголов не могут быть приписаны многочисленности монгольского народа, который, напротив, довольно малочислен. Их победы зависят исключительно от их превосходной тактики, которая и рекомендуется европейцам как образец, достойный подражания. «Нашими армиями, – пишет он, – следовало бы управлять по образцу татар на основании тех же столь суровых военных законов».

Но, кроме суровых законов, для ведения успешных боевых действий в любой армии должны быть умные опытные командиры.

Эпоха Чингиз-хана и его внуков дала миру целую плеяду талантливых полководцев. Самый известный среди них – сын кузнеца непобедимый Субэдэй-багатур занимает особое место. Субэдэй с юных лет знал Чингиз-хана, был ему другом и стоял у истоков двух великих держав – империи Чингиз-хана и Золотой Орды. Он был великим человеком, по масштабу свершений не уступающим самому Чингизу.

Поход ордынцев в Европу был тщательно продуман монгольскими эмирами (генералами) под руководством Субэдэй-багатура и вместе с ними блистательно осуществлен учеником Субэдэй-багатура ханом Батыем, назначенным джихангиром в этом походе.

При переходе границы орды с Западной Европой армия монголов, в которую входили представители разных народов – от хорезмийцев и кипчаков до русских и прибалтов, была разделена Батыем на три колонны, каждая из которых успешно выполнила поставленную перед ней задачу.

Самая северная колонна под командованием царевичей Кадана и Байдара, внуков Чингиз-хана и двоюродных братьев Батыя, двумя потоками устремилась в Польшу и захватила несколько городов. На пути тумена Бурундая стоял Краков. Бурундай отправил к полякам послов с условиями мирной сдачи, но те убили их. Город был взят штурмом и подвергнут разграблению. Поляки собрали силы и обратились за помощью к герцогу Силезскому. Рыцари Тевтонского ордена поддержали их. Объединенная польско-чешско-тевтонская армия бросила монголам вызов. Его принял передовой корпус царевича Байдара. Затем к месту будущего сражения подошли и силы Кадана. Ордынцы по численности уступали противнику, в их рядах не было тяжеловооруженной конницы, но решили бой принять.

Союзные европейские войска стояли возле города Легница. Их авангард составляли рыцари, закованные в железные латы, с пиками наперевес. Кони под ними тоже были хорошо защищены. Вид у рыцарей был грозный, настрой – решительный.

В ночь перед битвой монголы накопали «волчих» ям перед своим строем, наставив острые колья и присыпав их соломой. Когда крестоносцы ринулись вперед своим знаменитым «клином», их атака неожиданно захлебнулась, не достигнув цели. Монголы, метко поражая врага из луков и оставаясь на месте, только посмеялись над неудачливыми противниками.

Такая неслыханная «бесчестная» выходка обозлила европейцев. Они всей массой кинулись на врагов в обход ям. Монголы организованно отступили, отстреливаясь на скаку из луков, и заманили преследователей на болото, где и добили их.