Неумолимо сползаю вниз, мысленно прощаясь если не с жизнью, то со здоровьем точно. После падения с такой высоты я обязательно сломаю себе что-нибудь.
«Вот дура», - мелькает в мыслях, когда я срываюсь.
Закрываю глаза и…
Сажусь на что-то теплое и мягкое. В душе – калейдоскоп эмоций. В голове – ни единой мысли, что происходит. Зато попе, которая сегодня нашла себе приключений, приятно.
- Лина? – доносится снизу рычание.
Одна широкая ладонь скользит между моих ног, от ягодиц к животику. И в неприличном месте поддерживает меня, как седло. Вторая – летит на талию, крепко сжимая ее.
Неведомой силой меня прокручивает вокруг своей оси. Я как цирковая гимнастка в руках умелого партнера. Того самого, с кем можно выступать без страховки.
Зажмуриваюсь и поддаюсь странным манипуляциям. Судорожно размахиваю руками в поисках точки опоры. И, найдя ее, мгновенно обнимаю. Дышу часто и тяжело, как после серьезной физической нагрузки.
Страшно. Сердце рвется, как у загнанного хищником зайчика. Ведомая инстинктом самосохранения, я буквально впечатываюсь в своего спасителя.
- Ты зачем на потолок полезла, женщина-паук? – насмешливые слова звучат на удивление ласково. Заставляют почувствовать себя несмышленым ребенком, который чуть не засунул два пальца в розетку, но был спасен любящим, заботливым взрослым.
- М-м? Я… - сильнее обвиваю руками мощную шею и погружаю пальчики в густые волосы, собранные на затылке. Зарываюсь в них, будто уже делала это раньше.
Приоткрываю один глаз. Неуверенно и настороженно. Потом второй.
И широко распахиваю оба.
- Р-роман Львович? – дрожит не только мой голос, но и я сама. От макушки до пяточек покрываюсь мурашками.
Я каким-то чудным образом оказалась на руках у варвара. Обнимаю его за шею, испуганно прижимаюсь к нему всем телом. Смотрю в его нахмуренное лицо, которое буквально в паре сантиметров от моего. И не моргаю.
Глава 18
Роман
- Правильно, мелкая, Роман Львович, - чеканю, не сводя глаз с его испуганного лица и не отпуская хрупкое, почти невесомое тело. - Собственной персоной.
Злой, голодный и возбужденный. Последнее скоро перерастет в хроническое.
Весь вечер звонки Ритки скидывал, потому что твердо решил разойтись. Чуть позже найду ей замену, а пока не до этого. Надо дела приводить в порядок после отпуска. И мне почти удалось отвлечь себя работой. Я даже остыл, расслабился. Настроился спокойно отдохнуть дома…
И что? Долбаное дежавю.
Ночь. Один фонарь в боксерке. Сюрприз в окне. И жди беды.
Хотя вот же она - у меня на руках.
Организм мгновенно реагирует, как бык на красную тряпку. Принимает стойку. Вместо того, чтобы бежать к черту от этой странной девчонки, я притягиваюсь к ней магнитом.
- Не представляете, как я вам рада! – неожиданно выпаливает Лина, продолжая душить меня в объятиях. Согревает своим жаром. Распаляет, вызывая самые низменные желания.
- Успела головой приложиться? - скептически выгибаю бровь.
- М-м-м? Не-ет, - тянет недоуменно. – Только немного локоть содрала, пока за подоконник цеплялась, - жалуется мне, кивая на правую руку.
Покосившись на небольшую ссадину, усмехаюсь:
- Могу подуть и поцеловать.
- Не надо, - хмурится, восприняв мои слова всерьез. Ерзает, пытаясь освободиться. - У меня все хорошо. Вы вовремя меня поймали.
- Обращайся. Но лучше не влипай больше в неприятности, - опускаю ее на пол. - Ты так и не объяснила, как здесь оказалась. Смена администратора давно закончилась, - цежу со стальными нотками. Потому что догадываюсь, ради кого она здесь. – Кстати, где Коля?
- В тренажерке убирает, а я здесь решила ему помочь, - подтверждает мои худшие опасения. Мгновенно мрачнею. – К слову, это незаконно. Вы не имеете права постоянно привлекать его к работе сверхурочно. Нельзя возложить на сотрудника чужие обязанности, в данном случае уборщика, без его письменного согласия и дополнительной оплаты, - важно меня отчитывает, уперев руки в бока.
- Чего? – морщусь, смотря на нее сверху вниз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Того! Вы нарушаете трудовой кодекс, - вздергивает подбородок. – Если учесть, что происходит это систематически, на вас вообще в суд можно подать.
Лина как щелкнувшая зажигалка рядом с газовым баллоном – и я взрываюсь. Не потому что боюсь ее угроз, а потому что понимаю, зачем она все это говорит. Волнуется о женихе-«трудоголике»? Где он вообще шляется, пока его невеста попой в окне застряла?
- Слушай меня внимательно, мелкая, и запоминай, - тычу пальцем в ее грудь, благо, прикрытую футболкой. – Я в этом спортивном центре царь и бог. Будешь умничать, и тебя привлеку к труду. Сверхурочно. Придумаю, чем тебя занять. Фантазия богатая… - и осекаюсь.
В голове одна за другой всплывают самые пошлые картинки. И на каждой, как назло, Лина. Фигуристая, сексуальная, нежная. В меру пугливая. Неопытная. И чистая от сладкого ротика до пальчиков ног.
Я солгал. Хреновая у меня фантазия. А рядом с Линой действует в одном направлении. Которое ей явно не понравится.
- Тиран и самодур, - припечатывает меня словами и смотрит так яростно, будто клеймо на лбу выжигает. - Собственно, как я и думала.
- Не боишься дерзить мне в замкнутом пространстве? – надвигаюсь на нее, вынуждая отступить к рингу. - Мы здесь наедине, между прочим. И звукоизоляция отличная, - нависаю и цепляюсь руками за оградительные канаты по обе стороны от нее.
Вижу, как округляются и темнеют ее глаза. Превращаются в два блюдца из дорогого кофейного сервиза. Фарфорового, выполненного на заказ, уникального.
- Ай, точно, - юркнув под моим локтем, она со всех ног мчится к двери.
Опешив от ее реакции, медленно поворачиваюсь.
- Эм, подожди, - растерянно провожаю ее взглядом. – Я не хотел тебя пугать. Ну, преувеличил немного, - оправдываюсь, шагая за ней.
Но Лина не слушает. Подлетев к двери, хватается за ручку. Дергает ее безжалостно, тянет на себя, смешно пыхтит. Однако двухслойное стекло не двигается ни на миллиметр.
- А вы как вошли? – оглядывается на меня с надеждой.
- Спокойно, - приближаюсь к ней со спины. Становлюсь почти вплотную, тайком наслаждаясь теплом ее тела. – Через дверь, - подаюсь вперед, одной рукой приобнимаю девчонку за талию, удовлетворенно отметив, что она от меня не шарахается, а второй – берусь за ручку.
- А я выйти не смогла, - тараторит обиженно. Как маленькая. В такие моменты остро хочется ее пожалеть. Но быстро вспоминаю, какая она вредная, и желание пропадает. – Поэтому я в окно и полезла. Хотела позвать кого-нибудь на помощь, но оно оказалось глухим. Знаете, это тоже нарушение. Форточки должны открываться. Вдруг пожар? И никто выбраться не сможет. А аварийный выход из зала где? Нет его! Я искала!
- Тш-ш, товарищ инспектор, не бубни, - шикаю на нее. – Отойди-ка, - аккуратно отодвигаю ее от двери. – Сейчас разберусь, не бойся, - выдаю уверенно. Строго и по-мужски, чтобы у девочки даже сомнений не возникло. Не женское это дело – с дверью бороться.
Приложив силу, которой природа меня наградила щедро, я поворачиваю заклинившую ручку. С трудом и не сразу, но она все же поддается. Скрипит, трещит, приходит в движение. Щелкает и…
Остается в моей ладони.
Хреново.
- Хм, - кручу ее, задумчиво изучая, а затем исподлобья смотрю на Лину.
Она долго не может отвести красивых темных глаз от оторванной ручки. Разглядывает треснувшие запчасти, не моргая и открыв рот. На удивленном личике мелькает целый спектр эмоций, как в калейдоскопе. Взгляд мучительно медленно скользит по мне, поднимается к лицу. Ловит мою виноватую улыбку.
И, сделав глубокий вдох, Лина обескураженно выпаливает:
- Вы что наделали? – возмущенно хлопает меня по плечу. – Вы специально все сломали?
- Конечно, - киваю, сохраняя невозмутимое выражение лица. Вгоняю ее в шок своим ответом. - Весь день только и думал о том, как заманить тебя в вонючий боксерский зал и запереться тут с тобой, - продолжаю ерничать, чтобы хоть немного остыть и отвлечься от созерцания привлекательной фигурки.
