Папский престол опять остался вакантным, и в этот момент выбор пал на отличавшегося возвышенным образом мыслей епископа города Сутри, который намеренно взял имя Бенедикта VII (974-983) в знак уважения к своему злополучному предшественнику Он не только отказался признавать Бонифация[84], но и отлучил его от церкви. Однако Бонифаций не собирался сдаваться: как-то летом 980 года он даже сумел вернуться в Рим и вновь водвориться в Ватикане. Лишь в марте следующего года Бенедикт и Оттон II вместе смогли изгнать его вторично. На сей раз это уже было настоящее изгнание, поскольку Бонифацию пришлось бежать уже не в византийские владения в Италии, а в самый Константинополь.
Одним из дополнительных мотивов в пользу такого выбора убежища стало то, что здесь в это время шла ожесточенная борьба после длительного периода анархии и смут — Бари и Таранто, соответственно, тридцать и сорок лет находились под арабским владычеством — византийцы возвратили себе контроль над этими землями в конце IX столетия. К несчастью, Оттон I увидел в браке своего сына с Феофано основания для претензий на «реституцию» всех византийских владений в Италии как часть приданого снохи, и война была неизбежна. В 981 году Оттон II двинулся маршем в Апулию, чтобы изменить ситуацию в свою пользу здесь раз и навсегда. Однако его постигла катастрофа. Византийцы быстро заключили временный союз с сарацинами, которые вскоре наголову разгромили имперскую армию близ Стило в Калабрии. К счастью для себя, Оттон отлично плавал. Он вплавь добрался до проходящего мимо корабля, сумел скрыть свою личность, а затем, когда судно достигло Россано, перепрыгнул через борт и поплыл к берегу. Император остался жив, но не смог пережить перенесенного унижения и умер от малярии в Риме в сентябре 983 года в возрасте двадцати восьми лет. Одним из последних деяний Оттона II стала замена папы Бенедикта, который умер за два месяца до него, имперским канцлером по делам Италии Петром, епископом Павии. Первым делом нового папы, который решил скромно отказаться от собственного имени и вступить на престол под именем Иоанна XIV (983-984), стало погребение императора в соборе Святого Петра — единственного императора, который был когда-либо похоронен там.
Видимо, Оттон принял это решение в одностороннем порядке и без консультаций с кем-либо (нет никаких свидетельств о выборах папы по всем правилам), а потому можно полагать, что папа Иоанн до самой смерти был лишен поддержки, даже со стороны императрицы Феофано, которая поспешно вернулась в Германию, чтобы отстоять интересы своего трехлетнего сына Оттона III. Поэтому у него не было надежды уцелеть, когда ненавистный антипапа Бонифаций неожиданно возвратился из Константинополя в Рим, получив щедрую финансовую поддержку от императора Василия II (впоследствии прозванного Болгаробойцем). Иоанна схватили, жестоко избили и, как обычно бывало в таких случаях, заключили в замок Святого Ангела, где он умер через четыре месяца от голода или яда. Однако Бонифаций зашел слишком далеко. Даже для римлян убийство двух пап — это было уже чересчур. Он продержался на папском престоле одиннадцать месяцев, приказав ослепить кардинала-диакона, которого заподозрил во враждебных ему действиях, и затем, 20 июля 985 года, неожиданно умер. Был ли он убит? На сей счет нет надежных свидетельств, однако его посмертная судьба позволяет думать именно так. С него сорвали папские одежды, а его голое тело проволокли по улицам и выставили под статуей Марка Аврелия. Здесь оставленные на произвол толпы останки антипапы Бонифация подверглись неописуемым издевательствам — и поделом.
* * *
Новый папа, Иоанн XV, оказался приемлемым кандидатом и для курии, и для своего родственника Иоанна Кресценция (глава фамилии Кресценциев), в то время — фактического правителя Рима. (Поскольку Феофано с маленьким сыном находилась в Германии, империя ничего не имела против.) Следует заметить, что Иоанн представлял собой значительно улучшенный вариант Бонифация. Однако, несмотря на это, он отличался жадностью, алчностью и склонностью к бесстыдному непотизму и еще задолго до того, как стал папой, был непопулярен среди клириков и народа. Хотя он имел достаточно сильные связи с иностранными правителями и епископами (кстати сказать, именно Иоанн первым провел обряд канонизации), в Риме ему приходилось довольствоваться ролью марионетки Иоанна Кресценция, который обеспечивал ему некоторую защиту. Однако в 988 году Кресценций умер, а его брат Иоанн Кресценций II, наследовавший ему, захватил власть в папском государстве и держал папу под домашним арестом — так, в 991 году синод французских епископов жаловался, что он отказался допустить их посланцев к его святейшеству; папскому канцлеру Льву пришлось признать — его хозяин пребывает в столь горестном и угнетенном состоянии духа, что не сможет дать им удовлетворительный ответ. Четыре года спустя, преследуемый Кресценцием и ненавидимый духовенством, Иоанн бежал из Рима и нашел убежище в Сутри. Летом того же года он отправил посланцев к юному Оттону III, которому было тогда всего пятнадцать лет, с просьбой о помощи. Оттон ответил немедленно, и угрозы нового марша имперской армии на Рим оказалось достаточно, чтобы римляне пошли на мир.
Иоанна пригласили обратно в Рим и со всеми почестями вновь водворили в Латеранском дворце. Однако еще задолго до того, как армия достигла города, его свалил сильный приступ лихорадки. Через несколько дней он скончался.
Оттон тем временем оставался в Риме. Это был необычный ребенок. Императорский трон перешел к нему в возрасте трех лет, он вырос, унаследовав честолюбие от отца и ярко выраженный романтический мистицизм от матери, всегда мечтал о великой византийской теократии, которая распространяла бы свою власть на германцев и греков, итальянцев и славян во главе с Богом и двумя вице-королями — им самим и папой (именно в таком порядке). Погоня за этой мечтой вовлекла Отгона III в итальянские дела даже еще больше, чем его отца. Коронованный в Риме в праздник Вознесения 996 года своим двадцатипятилетним кузеном Григорием V (996-999) — первым папой из числа немцев, которого он благоразумно возвел в сан по пути, — император построил себе новый великолепный дворец на Авентине; он жил там в условиях, в которых причудливо сочетались и роскошь, и аскетизм, его окружал строгий придворный византийский церемониал, он ел с золотого блюда в подобавшем его папскому величию одиночестве, иногда отдавая свой пурпурный далматик на плащи для паломников и совершая прогулку босиком до удаленной на некоторое расстояние часовни.
Оттон, был он аскетом или нет, вскоре решил, что римское лето — это для него слишком. В июне он оставил его в поисках места с более прохладным климатом. Три месяца спустя, когда император благополучно возвратился в Германию, римляне, предводительствуемые Кресценцием, низложили папу Григория и изгнали его из города. Папа нашел убежище в Сполето, откуда предпринял две попытки силой оружия вернуться в Рим, но оба раза неудачно. Затем он перебрался в Павию, где на синоде, состоявшемся в феврале 997 года, отлучил от церкви Кресценция. Последний ответил тем, что объявил папский престол вакантным и передал его калабрийскому греку Иоанну Филаготу (Джованни Филагото), который принял имя Иоанна XVI (997-998).
Несмотря на свое происхождение, Филагот уже занимал достаточно видное положение в римской церкви. Десятью годами ранее Феофано назначила его первым наставником Оттона III, a затем архиепископом Пьяченцы — эта кафедра была преобразована специально для него из обычной епископской. В 994 году он ездил в качестве специального посланца в Константинополь, чтобы найти невесту для юного Оттона III, однако вернулся с пустыми руками. Он прибыл в Рим под видом паломника, его принял Кресценций, который предложил ему занять папский престол. Трудно сказать, почему Филагот принял предложение Кресценция. Ему было прекрасно известно, что папа, коронованный по всем каноническим правилам, жив-здоров, да и император, по воле которого это произошло, состоял в родстве с ним, доверял ему и готов был оказывать поддержку. Он оказался бы всего лишь антипапой и марионеткой Кресценция; как же он мог ожидать, что удержится на троне?
Но ему и не удалось добиться этого. В марте, всего лишь через месяц после, с позволения сказать, восшествия на престол, его низложили. Вскоре его официально отлучили от церкви. В декабре Оттон III со своим ставленником папой Григорием и войсками снова двинулся на Рим. Он достиг его в феврале 998 года, и город немедленно открыл перед ним ворота. Антипапа Иоанн едва успел бежать в Кампанию, однако вскоре его схватили. Ослепленному и жестоко искалеченному, ему пришлось претерпеть примерно те же мучения, что и префекту Петру полустолетием раньше, — его голым провезли по улицам, посадив на осла задом наперед. Его официально низложили и лишили духовного сана, а затем отправили в темницу в один из римских монастырей, где он просидел еще три года, пока милосердная смерть не унесла его.
