В России должна быть искоренена дурная традиция «кормления», т. е. «частного наживания на публичной должности». Публичные должности, от самой малой до самой большой, должны давать человеку удовлетворяющее его вознаграждение и должны переживаться им не как «кормление», а как служение: «Конец взятке, растрате и всякой продажности!.. Только этим возродим Россию».
Одна из основных опасностей ведущего слоя состоит в завышенной оценке государственной власти, ее значения и призвания. Государственная власть должна иметь свои пределы: все творческие состояния души и духа, предполагающие любовь, свободу и добрую волю, не подлежат ведению государственной власти и не могут ею предписываться. «Государство не может требовать от граждан веры, молитвы, любви, доброты и убеждений. Оно не смеет регулировать научное, религиозное и художественное творчество. Оно не может предписывать доказательства чувств или воззрений. Оно не должно вторгаться в нравственный, семейный и повседневный быт. Оно не должно без крайней надобности стеснять хозяйственную инициативу и хозяйственное творчество людей». Ведущий слой призван вести, а не гнать, не запугивать, не порабощать людей; он призван чтить и поощрять свободное творчество ведомого народа. Лучший способ вести – живой пример.
Новая русская элита должна строить Россию не произволом, а правом. Законы и правительственные распоряжения должны соблюдаться и исполняться прежде всего самими чиновниками, поскольку чиновник есть первый, кого закон связывает. Закон связывает всех: и Государя, и министра, и полицейских, и судью, и рядового гражданина. От закона есть только одно «отступление»: по совести, в сторону справедливости, с принятием на себя всей ответственности. «Грядущей России нужен не произвол, не самодурство и не административная продажность, а правопорядок, утверждаемый живым и неподкупным правосознанием».
Новая русская элита в деле правления должна блюсти и крепить авторитет государственной власти. Невозможно строить правопорядок без этого авторитета. Он пошатнулся еще при Императорском правительстве; он был расшатан и подорван при Временном правительстве; он был опять восстановлен, правда в формах противоправных, свирепых и унизительных, советскою властью. Новая русская элита призвана упрочить авторитет государства на совсем иных, благородных и правовых основаниях: «на основе религиозного созерцания и уважения к духовной свободе; на основе братского правосознания и патриотического чувства; на основе достоинства власти, ее силы и всеобщего доверия к ней. Необходимо помнить, что этот авторитет есть всенародное, исторически накапливающееся достояние. Он слагается из поколения в поколение; он живет в душах незримо, но определяюще; он призван служить орудием национального спасения. И вот борьба за грядущую Россию окажется борьбой за новый авторитет новой национально-русской власти, ибо безавторитетная власть не оборонит и не возродит Россию».
Все эти требования и условия будут, однако, несовершенны и неопределяющи, если не будет соблюдено последнее. Новая русская элита должна быть «одушевлена творческой национальной идеей». «Безыдейная интеллигенция не нужна народу и государству и не может вести его… Да и куда она приведет его, сама блуждая в темноте и в неопределенности? Но прежние идеи русской интеллигенции были ошибочны и сгорели в огне революций и войн. Ни идея «народничества», ни идея «демократии», ни идея «социализма», ни идея «империализма», ни идея «тоталитарности» – ни одна из них не вдохновит новую русскую интеллигенцию и не поведет Россию к добру. Нужна, новая идея – религиозная по истоку и национальная по духовному смыслу. Только такая идея может возродить и воссоздать грядущую Россию»[194].
Представляется, что задачи возрождения культуры в посткоммунистической России, выдвинутые религиозными мыслителями именно сегодня как никогда актуальны – по ним можно, на наш взгляд, «сверять часы» современной России. Многое из этих идей наших соотечественников в настоящее время мы пытаемся осуществить, многое, к сожалению, пока остается лишь в проекте, а некоторые из идей требуют серьезного осмысления со стороны политического руководства страны, поскольку остались вне поля зрения, но являются фундаментальными, связанными с перспективами социокультурного обновления России и, в конечном счете, с вопросом о существовании России как суверенного государства.
Теперь действительно многое зависит от нас, от каждого из россиян. Надо только «совлечь с себя ветхого человека, начать возрождение России с себя самих. Найти в себе силы делать все, чего потребует от нас спасение России, как бы тяжело это ни было…»; ибо «мир нуждается в России. Мир, может быть, не в состоянии жить без России. Ее спасение есть дело всемирной культуры»; «Будем верить в Россию. Иначе стоит ли жить?»[195].
Таким образом, проведенный анализ показал, что
– исходя из того, что, никто, кроме нас самих, россиян не «родит идею восстановления и возрождения нашей родины и ее культуры», никто «не в состоянии дать нам готовый рецепт», религиозные мыслители выдвинули конкретные программы развития страны в посткоммунистическую эпоху, считая, что «русскому народу необходимо духовное возрождение и обновление» (Ильин И. А.); Г. П. Федотов написал серию статей под общим названием «Проблемы будущей России» (опубликованы в 1931 г.); И. А. Ильин также опубликовал серию статей под общим названием «Наши задачи» (опубликованы в Париже в 1956 г.);
– понимая, что возрождение и обновление посткоммунистической России будет зависеть от состояния русской души и русского духа, что «первой предпосылкой культуры является сам человек» (Г. П. Федотов), религиозные философы дали нелицеприятную оценку духовного состояния человека сталинской эпохи (они застали именно эту эпоху): по И. А. Ильину, состояние русской души должно быть обозначено, как «униженное и развращенное»; с точки зрения Г. П. Федотова, «мы стоим перед фактом духовного искалечения народа»; как отмечал В. И. Иванов, «обезбожение человека – его обездушение; обездушенный, он обезличен и обесчещен»;
– в этой связи основной задачей становится необходимость осознания этой «униженности и развращенности», что может осуществиться в «великом и всенародном акте покаяния»; по мысли Ильина, очистившиеся должны помочь не очистившимся «восстановить в себе живую христианскую совесть, веру в силу добра, верное чутье к злу, чувство чести и способность к верности»;
– среди задач духовного возрождения и обновления России, которые поставили в своих трудах религиозные мыслители, выделены три взаимосвязанные задачи, требующие специальной кропотливой работы со стороны семьи, церкви, государства и других социальных институтов: (1) создание новой системы национального воспитания; (2) формирование нового национального самосознания; (3) формирование новой духовной элиты;
– исходя из того, что невозможно успешно реформировать страну без опоры на вновь созданную национальную систему воспитания, И. А. Ильин выдвигает задачу формирования ценностных ориентаций поколений, вступающих в жизнь; фактически он утверждает ведущую роль ценностно-ориентационной, и, прежде всего нравственной составляющей образования – необходимо открыть человеку глаза на его «включенность в ткань мира, на ту ответственность, которая с этим связана, и на те обязательства, которые из этого вытекают; вызвать в нем чутье и вкус к делам совести, веры, чести, права, справедливости, церкви и родины»;
– Г. П. Федотов призывал к тому, чтобы ни один маленький народ (прежде всего его интеллигенция), не только не чувствовали унижения от соприкосновения с национальным сознанием русского («великоросса»), но и находили у него помощь и «содействие своему национально-культурному делу»; представляется весьма дальновидным суждение Федотова о том, что если юношество малых народов России «будет учиться не в Москве, не в Петербурге, а в Париже и в Берлине, оно не останется с нами»;
– проблема формирования новой духовной элиты оказалась в центре внимания И. А. Ильина, который полагал, что Россия будет нуждаться, прежде всего и больше всего, в новом ведущем слое; поэтому основная «задача русского национального строительства» будет состоять в выделении и продвижении в верхние социальные слои преданных России людей, «национально чувствующих, государственно мыслящих, волевых, идейно творческих, несущих народу не месть и не распад, а дух освобождения, справедливости и сверхклассового единения».
2.3. Проблема духовного возрождения человека в русской религиозной философии
Сложные и противоречивые процессы, связанные с современным состоянием социально – экономической и государственной жизни России, привели к тому, что духовные идеалы и ценности оказались на периферии общественного сознания. Негативные процессы в значительной степени затронули все сферы духовной жизни и обусловлены как снижением влияния на духовное формирование россиян системы отечественного гуманитарного образования, так и активным проникновением в Россию продукции массовой культуры. Поэтому в современной ситуации оказывается важным не только осознание реальной роли и значимости духовных идеалов и ценностей в жизни общества, но также и выдвижение в центр внимания отечественного обществознания и институтов власти проблемы формирования духовной культуры личности, без опоры на которую невозможно реальное продвижение экономических реформ.
