– И чья же? – с безразличием спросила Мэри.
– Моя…
– Тогда мне плевать! Оставь меня в покое, – прошипела служанка и принялась снова развешивать белье.
– Возможно, не только моя, – продолжала настаивать Кэтрин, – но и Томаса, да отчасти и твоя. Я же вижу, что ты неравнодушна к управляющему.
– А это здесь не причем! – прошептала она, резко обернувшись к Кэт. – Ты станешь его женой, мне нет до этого дела!
– А если не стану? – спросила Кэт, приподняв одну бровь, и тут же заметила, как в глазах служанки блеснула надежда.
– И каким же образом? Только не говори, что ради моих чувств откажешься от свадьбы, – усмехнулась недоверчиво Мэри.
– Скажу больше: я даже не соглашалась на нее, – ответила Кэтрин со всей искренностью.
– Это как?
– Так, мне просто не дали выбора. Я не могу тебе всего рассказать, но поверь, к свадьбе с Томасом меня принудили! – она взяла служанку за руку и посмотрела ей в глаза с отчаяньем и надеждой. – Но я готова на все, чтобы ее избежать. И возможно, ты единственный человек на земле, который может мне в этом помочь.
– Да я-то что могу? – растерялась Мэри, неуклюже отдернув руку.
– Ты можешь помочь мне сбежать незамеченной, – прошептала Кэтрин, оглядываясь по сторонам.
– С ума сошла? – также тихо воскликнула изумленная служанка.
– Да, сошла. От отчаяния и страха, – произнесла девушка дрогнувшим голосом. – Думаешь, Томас женится на мне из-за глубоких чувств? Нет, он делает это назло, чтобы сломить мою волю и при этом угодить графу. И моя жизнь с ним будет не чем иным, как адом.
– Глупости! Ты плохо знаешь его. Томас хороший человек, – пылко возразила Мэри, защищая своего возлюбленного.
– Возможно, не знаю так хорошо, как ты, но то, что успела узнать, внушает мне страх и опасения, – призналась Кэтрин, все еще надеясь пробудить в собеседнице сострадание или же взыграть на ее ревности. – Поэтому и прошу тебя помочь мне. Даже не ради меня, а ради своих чувств к Томасу.
– Ты хоть понимаешь, о чем просишь? – вытаращила глаза служанка. – Да с меня шкуру живьем сдерут, если узнают, что я тебе помогла.
– Не узнают, – пообещала Кэтрин, хотя сама полностью не была в этом уверена. – Мы обставим все так, будто бы я сама убежала, без чьей-либо помощи.
– Ничего не выйдет. Мы лишь нарвемся на очередные неприятности, – отмахнулась она, встряхнув посиневшими от холода руками мокрое покрывало.
– Все выйдет, если действовать осторожно, – не унималась Кэт, пытаясь убедить служанку, но в какой-то момент ей показалось все напрасным. – У меня нет выхода, я в любом случае попробую бежать, с тобой или без тебя. Но с тобой у меня больше шансов.
– Хорошо, хорошо, – вдруг прошептала девушка. – Я помогу, будь ты неладна. Но если вдруг что-то случится, то это будет на твоей совести!
– Я неимоверно благодарна тебе, все будет хорошо. Нужно надеяться только на лучшее, – пылко произнесла девушка. – Приходи после полуночи ко мне в комнату – обсудим детали.
– Хорошо, – махнула служанка головой.
Кэтрин вернулась в дом, почти порхая. Согласие Мэри придало ей сил, и теперь она была уверена в успехе. Сегодня ночью Кэт рассчитывала обговорить все моменты намеченного плана, а уже завтра попытаться воплотить его в реальности. Больше оттягивать не было смысла, ведь неизвестно, когда граф назначит ненавистную ей церемонию. И лучше бы к этому времени ей быть подальше отсюда.
Как и было обговорено, Мэри бесшумно вошла в комнату Кэтрин после полуночи. Девушка, с нетерпением ожидавшая ее, тут же спросила:
– Тебя никто не видел?
– Думаю, что нет, – ответила та, неторопливо сев на край кровати. – Я шла в темноте, без лампы.
– Хорошо, – вздохнула Кэт, усевшись рядом со служанкой.
– Так что от меня требуется? – спросила взволнованно Мэри.
– Будет замечательно, если ты сможешь раздобыть мне теплую одежду, – начала Кэтрин не с самого сложного, чтобы сходу не напугать помощницу.
– Надеюсь, это будет не самое сложное поручение из отведенной мне работы, – словно прочитав ее мысли, произнесла служанка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Нет, не самое. К тому же мне нужна лошадь, а ты могла бы мне помочь ее выкрасть.
– Я? Каким образом? – изумленно округлила глаза Мэри.
– Ну, на днях я случайно заметила, как ты общалась с конюхом, и, по-моему, он к тебе неравнодушен, – поделилась девушка своими предположениями.
– Глупости, – отмахнулась сначала служанка, но, немного обдумав услышанное, все же согласилась. – Даже если и так, то как нам это поможет?
– Ты могла бы попросить его покатать тебя на лошади, а потом, неожиданно сославшись на то, что передумала или испугалась, отвлечь, – озвучила Кэтрин свой дерзкий план. – А я тем временем умыкну запряженную лошадь.
– Но ведь в случае чего конюх сразу же меня сдаст?! – возразила испуганно Мэри.
– Не сдаст, – уверенно заявила Кэт. – Потому что тогда и он сам ответит за невнимательность. Думаю, ты легко сможешь убедить его молчать, ссылаясь на то, что лошадь сама убежала и вы здесь вовсе не причем.
– Я, конечно, попробую, но…
– Мэри, я прекрасно понимаю, что тебе будет сложно из-за чувств к Томасу. Но ты же все это делаешь именно ради него. К тому же выглядеть все должно как игра, просто ради развлечения, словно не взаправду, – попыталась ее поддержать Кэт, заметив растерянный вид собеседницы.
– Я понимаю, – тяжело вздохнув, пожала та плечами. – Когда ты думаешь бежать?
– Завтра после полуночи.
– Уже завтра? – удивилась служанка, сдвинув брови.
– Да, у меня нет больше времени ждать.
29 глава
За ночь Кэтрин не удалось сомкнуть глаз, хотя она и понимала, что необходимо отдохнуть, потому что вряд ли в ближайшие дни ей удастся поспать. Но сон так и не приходил, а мысли о предстоящем побеге бередили мозг и терзали душу сомнениями. Девушка вглядывалась в темноту, пытаясь найти успокоение, но лишь сильнее бередила начавшуюся тревогу. Теперь ее жизнь находилась в руках Мэри, и если та решит доложить обо всем, то бедной девушке несдобровать. Кэт хотела бы доверять служанке, но полностью довериться не могла, ибо та никогда особо не проявляла к ней дружелюбия.
Кэтрин поднялась с кровати задолго до рассвета. Она не могла больше лежать в теплой постели, которая словно была пронизана тысячами игл. И солнце не спешило вставать из-за горизонта, увеличивая нервное состояние девушки. Впереди целый день, а ее уже пробивала дрожь, да и страхи кружили голову. Кэт пыталась заставить себя начать думать о хорошем, но все мысли возвращались к Мэри. Моментами она корила себя за то, что доверилась практически незнакомому человеку, и это сейчас, когда на кону стояло все: ее свобода, ее жизнь, ее невинность. То единственное, чем дорожит Кэтрин, и то, что легко отнимут, если девушка задержится в поместье чуть дольше.
Лишь дождавшись первых лучей солнца, которые слабо пробивались сквозь щели в закрытых ставнях, Кэт поспешила вниз, надеясь немного отвлечься за работой. В коридорах еще царил мрак, вечерние лампы давно догорели, а вновь никто их не успел еще разжечь. Напряжение словно окутало девушку густой вуалью. Оно читалось в ее движениях, в дыхании, в торопливой поступи. Но более всего – в рассеянности, ибо Кэтрин даже не заметила темную фигуру перед собой и влетела в нее, больно ударившись носом.
– Осторожней, немудрено так и голову свернуть, – упрекнул холодный, но до мурашек знакомый голос.
Девушка испуганно подняла глаза, всем своим существом желая превратиться в мышку и немедля сгинуть в какой-нибудь щели между каменных стен. Только его ей сейчас не хватало, и без того страх и тревога сводят с ума. Благо, в темноте граф не мог разглядеть растерянность и нервозность, без сомнения, отражающиеся на ее лице.
– Простите, – слишком тихо произнесла Кэт, боясь, что голос может выдать ее. Но между тем сердце, которое чуть не выпрыгнуло из груди при столкновении с мужчиной, барабанило по ребрам так, что казалось, звук неистовых ударов эхом разносится по пустым коридорам.
