значения мнению подружек. Ни одна девушка шестнадцати лет не станет встречаться с парнем вопреки. Я выбрал, на мой взгляд, самую влиятельную — черноволосую пигалицу, стоявшую к Молчановой ближе всех и не позволявшей остальным говорить с Лидой слишком подолгу. Значит, с неё обработку и начнём.
На следующей перемене найти фиолетовую мне не удалось. Куда-то запропастилась. Не иначе решила навестить уборную. Что ж, не страшно. В принципе, осталось только выяснить, какой кружок она выбрала. Хотел подслушать разговор, но придумал способ получше. После уроков заявил Артёму, что хочу обойти все кружки и поглядеть, что там и как. Парень обрадовался и с готовностью составил мне компанию.
Мы заявлялись в аудитории, и я расспрашивал обо всякой ерунде, делал задумчивый вид, качал головой, а затем интересовался, кто уже записался. Мол, хочу знать, нет ли среди членов кружка моих знакомых и одноклассников. Мне с удовольствием показывали списки. Кажется, преподаватели были заинтересованы в том, чтобы набрать как можно больше учеников. Может, им поголовно оплачивали работу? Ну, или у них имело место своеобразное соревнование. Так или иначе, минут через сорок я увидел имя и фамилию фиолетовой в списке театрального кружка.
Чёрт! Не везёт, так не везёт. Но ничего не попишешь. Работа есть работа.
— Пожалуй, выберу Мельпомену, — проговорил я, вздохнув. — Говорят, сцена раскрепощает.
— Ты ж не хотел! — удивился Артём.
— Да вот подумал, что нужно работать над собой. Преодолевать и всё такое. Меч закаляется, когда по нему бьют молотком.
Выдав подряд все эти сентенции, я попросил записать меня в студию.
— Тогда и меня, — кивнул Артём. — Что будете ставить?
— Для начала — «Ромео и Джульетту», — ответила преподавательница, женщина лет пятидесяти с очень пышной зелёной причёской. — С завтрашнего дня начнём смотр кандидатов на роли, а потом — репетиции.
— Про любовь, значит. А деревья там есть? — задумчиво спросил Артём.
— Деревья? — удивилась преподавательница. — Даже не знаю. Мы ещё так серьёзно не думали над декорациями.
— Я имел в виду, роль дерева, — пояснил Артём.
— Нет, такого точно не будет!
— Тогда я в деле! — просиял парень.
Когда мы вышли из аудитории, спросил:
— А кого ты искал? Я в списке этого кружка только троих наших одноклассников заметил. И, вроде, ты с ними не дружишь.
— Да никого. Просто интересно было, куда кто записывается. И где народу поменьше. Не люблю конкуренцию. Тут у нас есть шансы получить приличные роли, по крайней мере.
— Если пройдём завтрашний отбор.
— Надо постараться.
Артём вздохнул.
— У меня за плечами только роли деревьев и прочей ерунды.
— Да, я помню. Но главное, что опыт есть. У меня его вообще нет.
— Коля, а ты видел, кто там ещё состоит? — осторожно спросил после паузы Артём.
— Ты про Лукьянова?
— Ага. Заметил, значит.
— Ещё бы. Но это ерунда. Не собираюсь его избегать.
Я ездил в школу на своей машине, так что от Павла и Ани больше не зависел. Однако они всё равно поджидали меня. Так что поехали вместе. По дороге болтали о разном. Я навёл разговор на театральный кружок.
— Серьёзно? — удивилась Аня. — Решил туда записаться? Никуда же не хотел.
— Ну, вот надумал. Будем ставить «Ромео и Джульетту».
— И на какую роль нацелился?
— Ясное дело, на главную.
Главное, чтобы фиолетовая получила Джульетту. Хотя с её самомнением ради другой она бы и не записалась.
Аня рассмеялась.
— Боюсь, не выйдет, — сказал она. — Нет, я не сомневаюсь в твоём таланте. Упаси Боже. Но, видишь ли, главные роли всегда дают тем, кто в кружке уже занимался. А ты новичок. Но, думаю, Меркуцио или Тибальта ты получишь. С твоей-то внешностью.
— А что с ней? — напрягся я.
— Шутишь? С ней всё отлично!
— А, ну тогда ладно.
Однако слова княжны заставили меня задуматься. Скорее всего, она права. На смотр рассчитывать особо не стоит. Хорошо, если достанется второстепенная роль. Надо придумать что-то другое. Хм… Знать бы ещё, что.
Глава 20
Подарок для Жени Аня помогла мне выбрать, как и обещала, так что теперь он стоял на комоде, сверкая золотой лентой на фоне синей коробки. Внутри покоился плеер с наушниками. Стоило ради этого напрягать княжну. Мог бы и сам купить. Вместо этого два часа таскался с Аней по торговому центру.
Потренировавшись, дочитал книгу и взял новую — посвящённую фехтованию на мечах. Попробовал следовать указаниям и картинкам. Понял, что фуфло. Явившаяся в зал Маша увидела, чем я занят и высмеяла.
— Давай я тебе лучше сама покажу, что нужно.
Так что до вечера я размахивал клинком. Нанести ни одного удара княжне не удалось, зато сам получил целую кучу. Мелкая меня не щадила. Хорошо хоть, тренировочные мечи не заточены. А то покрошила бы меня в капусту.
Спал, как убитый.
На следующий день ждал конца уроков. Кто бы мог подумать, что меня так будет тянуть в театральную студию. Конечно, дело не в любви к искусству, и всё же.
Преподавательница представилась Ариной Фёдоровной. Рассадила нас полукругом на стульчиках и поинтересовалась, все ли помнят трагедию Шекспира. Большинство подняло руки. Ну, да, она ж входит в школьную программу.
Я заметил злобные взгляды, которые иногда бросал на меня исподтишка Лукьянов. На его запястье белела эластичная повязка. Похоже, я чуток перестарался. Хотя это как посмотреть. В целом, ему ещё повезло.
— Ребята, прежде чем мы начнём смотр, хочу сказать, что у нас возникли непредвиденные проблемы. Дело в том, что мы собирались ставить осовремененную версию «Ромео и Джульетты». Перенести действие в наши реалии. Произведение для этого вполне подходящее. Есть поединки и всё такое. Так что я поручила нашему драматургу Андрею поработать над текстом, — она взглянула на Лукьянова. Вот так новость! У этого придурка литературный талант? — Однако он, к сожалению, повредил на тренировке руку и поэтому временно не может писать. В связи с этим у нас два варианта. Либо ставить трагедию, как есть, либо кому-то из вас придётся переписать пьесу на современный лад. Кто готов?
Леса рук не было. Ученики переглядывались и пожимали плечами, а то
