Читаем без скачивания Охотники на вампиров - Игорь Пронин

– Других бы сюда не впустили.

– Чтоб я так жил…

– Боишься, что проснётся Спящий?! – загоготал Дно. – Вот тогда он поможет нам порядок навести. Верно, Полстакана?

– Пей молча, – попросил его более осмотрительный друг. – Мы же на работу ещё толком не устроились. Помни, что уйбуй у нас тупой.

Шарп расстелил салфетку на стойке и, загораживая её плечом от болтливых Красных Шапок, пытался гримасами привлечь внимание бармена, но Виолиций был слишком расстроен то ли уходом Роксаны, то ли поведением гостей и в нужную сторону не смотрел, норовя скосить взгляд в сторону дверей, за которыми исчезла командорша.

А в тот самый миг, когда наёмнику почти удалось склонить голову конца к салфетке, бармен шумно выдохнул и сообщил:

– Я отлучусь. Если что надо – обращайтесь к напарнику…

– Погоди немного, – взмолился Шарп пухлой концовской спине. – Пять минут!

– Я устал! – пропищал Виолиций, исчезая за маленькой дверцей в подсобное помещение бара. – Увидимся!

«Вот и славно, мой лопоухий похотливый друг, – подумал Шарп. – Самое лучше, что ты можешь сейчас сделать, – это запереться в маленькой комнате и посидеть в ней… А если ты выйдешь, я тебя…»

– А тут прикольно, – сообщил Дно, вытирая потный лоб той самой салфеткой, на которой наёмник писал воззвание к концу. – Надо сюда ходить.

И выразительно посмотрел на Шарпа.

– На сегодня всё! – сообщил тот, посмотрев на часы. – Завтра позвоню и скажу, куда приезжать.

– Зачем приезжать? – не поняли дикари.

– На работу.

– Мы не работаем, нам нельзя.

Всё начиналось по новой. Сначала Шарп хотел разораться, однако тот факт, что конец укрылся в подсобке, привёл наёмника в благодушное настроение, и он просто напомнил:

– Теперь вы храбрые охранники. Крутые, как драконы.

– Как рыцари ложи Драконов, – приосанился Дно.

– И как рыцари тоже.

– По самой последней! – потребовал Полстакана. – На посошок, стременную и всё такое ваше, человское. И поедем, а то у нас уйбуй тупой.

– Можно сначала по предпоследней? – внёс своё предложение Дно. – А то мало ли как последняя пойдет? Надо потренироваться.

– На вас уже масаны недовольно поглядывают, – доверительно сообщил Шарп. – Там, из кустов.

– Мы им не нравимся? – нахмурился Дно.

– Хуже, если понравимся! – Полстакана сел ровнее. – Давай, Шарп, давай, заказывай последнюю, и едем отсюда! Жуть меня от них берёт.

Дикари заткнулись, сменщик Виолиция обслужил троицу, и Шарп окончательно успокоился.

Денёк выдался нервный, но, в сущности, удачный. Главное, что ничего плохого не произошло. Все заботы перенесены как минимум на завтра, а до завтра много чего может случиться… например, Альфонсо попадёт под троллейбус и разольёт масло… или сначала разольёт масло, а потом попадёт под башенный кран… или…

«Только пусть сначала заплатит!»

И в этом случае всё действительно закончится хорошо…

Однако день, как выяснилось, продолжался, потому что, когда наёмник с бормочущими от удовольствия Шапками подходил к воротам, на территорию клуба въезжал грузовик, на подножке которого…

– Не может быть!

На подножке грузовика стоял Виолиций и что-то стремительно объяснял шофёру.

– Скотина! – Шарп развернулся к стоящему у проходной масану. – Это что?

– Грузовик, – равнодушно ответил кровосос. – Машина такая. С кузовом. Ты должен был встречать раньше.

– Я знаю, что такое грузовик!

– Рад за тебя.

– Зачем он здесь?

– Кровать привезли.

«Знаменитую. Редкую. Дорогущую кровать для какого-то китайского императора… Тьфу! Какого-то китайского императора для какого-то масана… Кровать тут! Виолиций тут! А их никак нельзя сводить вместе! Альфонсо меня убьёт!»

– Вы двое валите в Форт, завтра созвонимся.

– Ты же хотел, чтобы мы тебя подбросили.

– Такси вызову.

– Ладно, будь здоров! – согласился Полстакана. – Готовь гонорар, чел, мы охраним всё, на что укажешь…

Но Шарп уже не слышал – он рысью мчался вслед за грузовиком, мечтая хорошенько врезать Виолицию по шее. Или ещё по какому-нибудь месту, чтобы обезопасить хоть на недельку от больших неприятностей и его, и себя, и даже командоршу с её вызывающим декольте.

«Я о нём беспокоюсь, стараюсь спасти его тонкую шкурку, а он? – злился Шарп. – Действительно втюрился в эту командоршу! В замужнюю женщину! Скотина аморальная! С виду только тихоня и пай-мальчик, а на уме лишь похоть и разврат!»

– Выгружайте здесь! – скомандовал Виолиций грузчикам, оказавшимся в кузове. – Вот, в этот павильон аккуратно занесите и распакуйте… Только очень аккуратно, вы все подписали соглашение о возмещении ущерба в тройном размере! Учитывая стоимость предмета, даже ваши внуки станут рабами за малейшую царапину.

– Ишь ты какой суровый, оказывается! – удивился запыхавшийся наёмник. – Ты зачем из подсобки выбрался? Кто тебе разрешал?

– А мне не надо, чтобы кто-нибудь разрешал! – храбрясь, ответил конец, на всякий случай отступая от наёмника подальше. – Я сам себе разрешил!

– Зачем ты здесь?!

– Дядя велел задержаться и проследить за разгрузкой. – Виолиций постепенно смелел. – А ты чего раздухарился, Шарп, пьяный, что ли? И ещё сразу тебе говорю, что с твоими двумя уродами я репетировать не собираюсь. Они всё испортят! Мне нужно настроение не репетициях, понимаешь? Тонкая душевная атмосфера! Это же искусство! А ты притащил двух каких-то придурков…

– Сколько ты денег дал, на столько и притащил, – отрезал наёмник. – Заплатишь как надо, приведу к тебе украинских блогеров, они злые, как собаки, никого не пропустят…

– Нет, лучше уж Красные Шапки… – решил конец. Но развивать мысль не стал, привлечённый такелажными работами. – Что вы делаете?! Как вы её поворачиваете?! Осторожнее, вы же не дрова грузите!

Виолиций кинулся к перепуганным грузчикам, а у Шарпа зазвонил смартфон. Он его уже просто ненавидел: ничего хорошего от такого аппарата! Само собой, это оказался тот, кого наёмник меньше всего хотел бы услышать.

– Кровать в клубе?

– Да. – Шарп инстинктивно огляделся. – Ты рядом?

– Тебя не касается. Не уходи далеко от кровати – на ней всё и случится. Выбери удобную позицию для съёмки и жди.

– Кровать втаскивают в очень маленький павильон, там не спрячешься! – не глядя соврал Шарп, который ещё не побывал внутри строения.

– Окна есть?

– Разумеется.

– Вот ты и ответил на свой вопрос.

«Проклятый рыцарь!»

– Я уверен, что сегодня ничего не случится. Роксана…

– Меня твоё мнение не волнует! Делай то, что велено, у нас договор. И если мне скажут, что ты не пытался…

– Стоп! Что значит: вам скажут? За мной следят?

– А ты думал, я тебе просто так такие деньги плачу?

– Копейки.

– Их тоже нужно отрабатывать.

– Послушайте… Чем больше участников в игре, тем вероятнее огласка. Мне это не по душе.

– О душе будешь думать в церкви, а сейчас думай о работе. Ты ведь вроде профессионал. – Альфонсо рассмеялся. – А ты трус, да? Это хорошо! Значит, будешь осторожен. Не отходи от кровати!

– Я не могу больше говорить… – пробормотал Шарп, после чего закончил разговор и широко улыбнулся подошедшему масану: – Меня ищете?

– Григорий велел напомнить, что по правилам заведения ты платишь за своих гостей, – равнодушно произнёс охранник.

Но посмотрел со значением.

– Каких ещё гостей? – Шарп похолодел. – Красных Шапок? Они должны были уехать! Ничего не сломали? Послушай, я не обязан платить за них штрафы какие-нибудь или…

– Не волнуйся! – Масан, скрывая улыбку, уточнил: – Речь идёт о счёте за выпивку.

– Ну, тогда ладно… – Шарп утер лоб. «Рано я решил, что вечер удался».

Грузчики покинули павильон и влезли в грузовик, который развернулся и поехал к воротам. А выглянувший из дверей Виолиций приложил палец к губам и поманил наёмника к себе. Шарп тихонько выругался, но зашёл. И сразу чертыхнулся. От неожиданности. И от восхищения.

Потому что кровать оказалась не только огромной, но и красивой, украшенной позолоченной резьбой, а у изголовья – мозаикой из драгоценных камней. Кровать впечатляла, как переделанный в супружеское ложе аэродром, но при этом была вовсе не китайской – на традиционную мебель Поднебесной Шарп в своё время насмотрелся.

– Откуда она?

– Это – легендарная кровать китайского императора… – Виолиций почесал оттопыренное ухо, выдержал короткую паузу и махнул рукой: – Имя его я запамятовал, но дело не в имени, а в самой кровати. Дело в том, что в ней император не только спал, но и принимал жён…

– Это понятно, – саркастически произнёс наёмник.

– Их у него было шестнадцать тысяч, не считая наложниц, – скромно продолжил Виолиций. – Не всякий конец может похвастаться подобным аппетитом.

– Скорее всего, мы говорим о мифическом персонаже.

– Вряд ли, учитывая, что тот император жил полторы тысячи лет… Ублажить тысячу женщин в год – вполне посильная задача.