умеешь. Вот только имя, фамилию и внешность придется сменить. Помимо того для всех жителей Байкита и других знакомых ты должен умереть. Труп одного из серых мы прихватили, самого молодого, он похож на тебя. Подбросим с твоими документами недалеко от села, там быстро найдут, его медведь так подрал, что никто не опознает. И следы очень характерные, любой охотник сразу поймет, что за зверь постарался. Мы придем, поплачем на похоронах, мол, задрал ученика нашего хозяин тайги, бывает. А ты с паспортом и лицом Игоря Михайловича Таширова полетишь в Красноярск, поступать в институт. Игорь Сергеевич Шаповалов для всех своих знакомых упокоится на байкитском кладбище. Имя оставляем прежнее, Игорей в России сотни тысяч.
— А лицо? — хмуро спросил парень, которому все это активно не нравилось, но умом он опять же понимал правоту наставников.
— Есть способы, — заверил дед Никанор. — Умники высоколобые назвали бы телесной пластикой, я могу любое лицо вылепить, и оно станет твоим.
— А кто такой этот самый Игорь Таширов?
— Твой тезка родом из Серегино на реке Бугаркан, сирота, уехал поступать, как собираешься ты, но в Куюмбе, через которую добирался в Красноярск, за каким-то лядом поперся в тайгу, где и попался залетному тигру. Тот его просто прибил, даже есть не стал почему-то. Я случайно нашел тело, похоронил, а паспорт и другие документы прибрал на всякий случай. Как видишь, пригодились. Искать парня точно никто не станет, нет у него родичей, я выяснил, он у троюродного дядьки жил, который и сам-то едва концы с концами сводил, поскольку одноногий. А тут на него еще пацан свалился. Но вырастил, хоть и попрекал постоянно куском хлеба. Парень, как удалось выяснить, давно рвался уехать из Серегино, тошно ему там было. Из-за разногласий с дядькой никто не удивится, коли Игорь ему писать не станет. Так что легенда хорошая, а лицо его, как уже говорил, я тебе вылеплю. Станет как родное, ни одна экспертиза не определит, что оно не от природы такое.
— Ясно, — кивнул Игорь. — Вот же блин! Но меня же по ауре искать станут…
— А вот ее будем научим скрывать, а то ты светишь аурой волхва во все стороны так, что любой маг это сразу увидит, — погрозил ему пальцем дед Максим. — И заинтересуется, а чего это в городе лесной волхв делает.
— Ну да, старуха Уилдыкэн как-то поняла, что я волхв, правда сказала, что шаман, мол веет от меня шаманским духом, и попросила деду ее помочь, он с крыши свалился, — повинился парень. — Пришлось помочь, сами говорили, что коли просят помощи, то надо помогать.
— Это ты правильно сделал, — кивнул дед Никанор. — Но отныне аура твоя должна стать аурой простеца, чтоб никто не понял, что ты чего-то можешь. Есть способы сокрыть ее, научим, в придачу к тому, что ужо умеешь, — он вернулся к привычному простонародному говору. — А щас возвертайся в село, покажись людям, расскажи, что скоро снова на охоту пойдешь, скажешь, что в урочище. Там «твое» тело скоро и найдут. Дома собери, чего с собой хочешь взять, но много не бери, чтоб ничо не заподозрили, в Красноярске нужное докупишь. Вот тебе карточка, на ней полтора миллиона, на первое время хватит, потому еще найдем, сам знаешь, что нам людские деньги ни к чему, потому и мало.
Игорь вздохнул и взял из рук старика карточку «Сбербанка» на имя какого-то Тимофея Курдюмова. Интересно, кто это? Хотя нет, не интересно. Меньше знаешь — спокойнее спишь.
— Код самый простой, четыре восьмерки, — сообщил волхв. — Откроешь счет на новый паспорт и перебросишь деньги на него. Но лучше эту карточку не светить, сними наличные и положи их в банк, на новый счет, сам знаешь, что охотники из таежных сел часто с собой наличку таскают, никто этому не удивится. Карточку, как опустеет, выкинь, но так, чтоб не нашли, незачем хорошего человека подставлять.
После нескольких дней интенсивного обучения Игорь вернулся в Байкит, походил по знакомым с детства улицам, осознавая, что больше, скорее всего, их никогда не увидит, ведь вскоре в Кривом урочище найдут его изодранное медведем тело. Пообщался с одноклассниками, даже с дурой Наташкой поговорил с удовольствием, игнорируя ее предложения сходить вместе в кусты, жаждущая замуж девица все еще не оставила надежды кого-нибудь подловить и заставить жениться. Односельчан он тоже больше никогда не увидит.
Убедившись, что его видели многие, Игорь рассказал бабушке Настасье Соменко, самой известной сплетнице Байкита, будто собрался поохотиться в окрестностях урочища, после чего вернулся в свою избушку. Теперь все село вскоре узнает, что «шаман» на охоту в урочище пошел, язык у старухи, что помело. Дома ученик волхвов собрал самое необходимое, даже ноутбук свой прихватил, поставив на его место старый, уже пару лет дышащий на ладан. Осмотрелся, чтобы ничего не вызывало подозрений. Обычное жилище таежного холостяка, ничего выбивающегося из этого образа. Затем парень вздохнул и, решительно закинув на плечи рюкзак, ушел в тайгу, не запирая избушку — он никогда ее не запирал, в Байките воров отродясь не водилось. Разве что какие-то залетные, но и они появлялись редко.
Волхвы, пока он отсутствовал, подготовили все нужное, и через три дня один из байкитских охотников нашел в урочище изодранное до неузнаваемости тело молодого парня в знакомой одежде Игоря Шаповалова, его залитый кровью паспорт нашелся во внутреннем кармане парки. Еще через два дня в Байките состоялись похороны, на которых как раз появившиеся в селе деды пролили по несколько слезинок, на все заставки ругая глупого мальчишку, нарвавшегося на медведя. Наташка Иванова рыдала над гробом, старуха Уилдыкэн тихо выла, многие односельчане тоже плакали, вспоминая доброго сироту, никогда и никому не отказывавшего в помощи.
На следующий день в крохотном аэропорту Куюмбы вышедший из тайги Игорь Таширов сел в самолет до Красноярска. Его бы теперь никто их бывших односельчан не узнал — кожа стала смуглой, черты лица резкими, глаза и волосы черными, на носу появилась хорошо заметная горбинка. Дед Никанор и в самом деле владел чем-то странным, он оказался способным лепить человеческую плоть, словно та была из пластилина. На парня из далекого Сергеево никто не обратил внимания, мало ли молодых лесовиков летят в столицу края, тем более, что как раз шел прием документов в ВУЗы.
От размышлений Игоря оторвал толчок — старенький АН-26 долетел до аэропорта Черемшанка
