с дивана и подбежала к старинному буфету. Там, за стеклянной дверцей у меня стояла припасённая бутылка вина. Вика поднялась следом за мной, не понимая, что я задумала.
— Предлагаю отметить! — я развернулась к ней и потрясла над головой бутылку и пару гранёных стаканов. Бокалами я пока не обзавелась, но хозяйские стаканы, найденные в глубинах старого кухонного стола, отмытые и натёртые до блеска, вполне могли заменить их.
— Ура! За новую жизнь! — подхватила мою идею Вика и смеясь принялась кружить меня по комнате.
— Ух, я бы ему! — выпив полбутылки, мы захмелели и в моей, всегда разумной и спокойной, подружке проснулся воинственный дух. — Я бы устроила и ему и мамаше его! Агата, как жалко, что меня не было рядом.
Вика слезливо шмыгнула носом, и тут же сердито потрясла кулаком.
— Ну какие твари, а? Муженёк твой вообще сволочь, я бы его кастрировала на месте. Я умею! — пьяненько кивала Вика. — Там вообще несложно, чик, и всё!
Я смеялась над кровожадными фантазиями подружки. Моя бесстрашная и упёртая подруга не боялась ни бога, ни чёрта, ни вида крови. Так и представила её в белом халате, хирургической шапочке и щёлкающей ножницами в руке.
— Да брось, ты Викусь. Руки об него только марать.
После пьяного веселья и смеха на меня накатила волна грусти
— Я и сама виновата. Стала бесхребетной амёбой. Не хотела ничего видеть дальше своего носа. Погрязла в своём горе.
Вика обняла меня, а я хлюпала носом и продолжала корить саму себя.
— После папиной смерти мы были в таком шоке. Я жила в каком-то угаре. Мама стала совсем плоха, а я ничего не могла поделать, не могла ей ничем помочь. Металась между университетом, больницей, аптеками, врачами. Ещё надеялась на что-то. А всё было бесполезно. И никого не было рядом. Только Денис.
— Прости меня, Агатка, прости! — плакала рядом подруга.
— Да за что, Вик? Чем ты смогла бы помочь?
— Меня рядом не было, ты совсем одна там была. Без под…держ. ки! — икала рыдающая Вика.
Мы уже не раз говорили с ней на эту тему, но её всё равно мучила вина. Зря я снова завела этот разговор. Будто в очередной раз упрекала её за что-то. Только Викиной, вины тут совсем не было.
— Денис рядом был. Постоянно. Может, и была у него тогда цель, но как я могла ему не доверять? Вик? Как не верить человеку, который прошёл с тобой и горе и радость? Кому тогда верить? — разочарование разливалось горечью на языке. — Вот я и расслабилась. Ничего вокруг не хотела замечать. Или боялась замечать? Страшно было остаться совсем одной, вот и держалась за него.
Мы сидели тесно прижавшись, и держась за руки. Как в детстве, когда искали друг у друга поддержки и защиты от наших детских бед и неприятностей. Какими мелкими и смешными они казались нам теперь.
— Давай ещё выпьем? — грустно вздохнула Вика.
— Давай! А то разнюнились мы с тобой. — я решительно встала и взяла бутылку со стола. — Теперь Викуся, у нас новая жизнь. У меня-то точно!
— За новую жизнь?
— За новую жизнь!
Стаканы глухо звякнули друг об друга.
— Мы с тобой как заправские пьянчужки. Пьём из гранёных стаканов.
Слёзы принесли облегчение, и мы переключились на свои девчачьи разговоры.
— Слушай, у тебя тут здорово так! Я как будто в прошлое попала. Мебель такая, как в кино! В довоенной коммуналке. Примусов только на кухне не хватает и верёвок с бельём.
Вика сделала ещё глоток вина и облизала губы.
— Сладенькое! А кто у тебя ещё соседи? Я только Серафиму твою видела, когда в туалет ходила. Она так зыркнула на меня! Бррр. — Вика повела плечами и засмеялась.
— Да нет, она нормальная. Ну, по крайней мере, меня не трогает. Я же драю тут всё постоянно. Нарисовала график дежурств по квартире и прицепила всем на двери, кроме Серафимы. Она и довольна.
— И что соседи? Не возмущались?
— Да нет. Кому тут возмущаться? В дальней комнате девчонка живёт. Маша. Днём учится, вечерами подрабатывает в каком-то кафе. Напротив Серафимы парень живёт. Ну он вообще редко появляется. Я его почти не вижу, даже не познакомились. Чем он занимается, не знаю. Ночью приходит, утром рано уходит. У нас вообще очень тихо в квартире.
— Парень хоть симпатичный? — хитро подмигнула Вика. — А на работе у тебя мужики как? Не присмотрела себе ещё никого?
— Ой, нет, Вик. Что-то я пока не готова.
— Что, — округлила подруга глаза, — мужской коллектив и никто не понравился? И на свидание не зовут?
— Зовут. — я вздохнула.
На свидание приглашает, да только не тот, с кем хотелось бы.
Илья уже не первый раз предлагал мне сходить с ним на свидание. Сначала вроде в шутку, на работе при ребятах, хорохорясь и красуясь. Сейчас уже и на полном серьёзе, когда мы оставались с ним один на один по дороге на работу.
Вообще, добираться до мастерской мне было очень неудобно. Она была далеко от проходной. Если вначале территория завода была уже обжита арендаторами, то чем глубже, тем запущеннее становилось всё вокруг. Старые пустующие цеха могли хранить внутри не самые приятные сюрпризы. Топать пешком через полуразрушенный завод — удовольствие так себе, жутко было даже днём. Парни все были на машинах и по очереди подхватывали меня на пропускном пункте у ворот. Костя запретил ходить одной по неосвоенной и безлюдной зоне. Я и сама понимала, что это небезопасно.
Удобнее всего было ездить с Ильёй. Он жил в нескольких кварталах и ему было по пути заехать за мной. Илья согласился, даже с удовольствием, как мне показалось. Только с каждым днём становился всё настойчивее.
— Ну вот! Зовут, значит, нужно идти!
Вика воодушевилась. Вот этого её состояния я побаивалась. Иногда она не чуяла границ и причиняла добро другим, не обращая внимания на их сопротивление.
— Нечего сидеть дома отшельницей. Новая жизнь — новые парни!
У меня и старых-то не было. Только Денис. И опыт оказался не очень удачным.
— Вик, я после Дениса ещё в себя не пришла. Я боюсь.
— Да чего ты боишься? — Вика нетерпеливо ёрзала на диване. Идея найти мне нового парня захватила её не на шутку. — Не все же такие, как твой бывший! На свете много хороших мужчин. Как ты говоришь, этого парня зовут? Ну который тебя на свидание приглашает?
Я вздохнула. Лучше с ней сейчас согласиться, а потом видно будет. Силой же она меня из дома не вытолкнет. Хотя… Вика
