Читаем без скачивания Про то, как вредно спасать драконов - Евгения Барбуца

Ледяная игла попала в Сэвила, и он оказался на земле. Пускаю по нему заклинание щупальце, такая бяка, рассказывающая обо всех болячках пациента, э брат, да у тебя почки застужены. А еще ледяная игла меж ребер.

К нам лавиной хлынули разбойники. Да их раза в два больше пятнадцати. Таш, лягался и откусывался, как мог — не удачная для боя форма.

Подползла к Зару. Жив. Но лучше бы умер, грудь, правая рука и правая половина лица обожжена. Будет больно. Как там Целители говорят? Боль очищает разум от скверны? Так вот — в склепе у упыря я такое очищение видела, но Зара тоже не бросишь. Ничего, потерплю, не в первой.

— Сдавайтесь, — крикнул кто-то. — Вы нам нужны живыми!

Интересно зачем? Не нравится мне все это.

Таш, стой спокойно, лошади им тоже живыми понадобятся. Вас заберут вместе с нами.

«Как скажешь».

— Где гарантии? — крикнул Алак, уворачиваясь от очередного заклинания.

— С тобой эльф. Он же чует правду!

Да здесь и без эльфа понятно, что нас спроста к Равновесию до сих пор не отправили. Разбойниками помимо людей оказались и орки, и гоблинов я насчитала десять штук. Да что здесь твориться-то вообще? Слишком их много. На маленькую армию больше смахивает. Слишком легко нас взяли. Все слишком.

Алак и Диль прекратили атаки, нас окружили. Я из последних сил держала сознание при себе. От боли темнело в глазах, но Зару по-моему стало лучше.

— Солнечные наручники на них, — скомандовал один из магов. — Раненых и трупы тоже подберите.

А нету трупов. Только раненые. Мать моя король драконов, папа эльф, это сколько же мне работы?

Глава 9

Рэйка, Сэвил и Зар ранены, так на них эти дети нетрадиционной любви упыря и зомби еще и солнечные наручники напялили. Таким крысодлакомвся моя работа дракону под хвост пойти может. Дилю, Алаку и Наву тоже не сладко пришлось, маги им собственноручно по морде съездили. Я бы тоже их стукнула головой обо что-нибудь твердое, что бы включился мозг. Да кто ж мне даст?

Сама я нахожусь в таком же положении что и остальные. Разница лишь в том, что мне солнечные камушки поместили на шею. Почему именно мне была оказана такая честь, не ведаю, но вот то, что мне от этого, ни тепло, ни холодно, саму удивляет. Только кожу слегка пощипывает. Я должна была уже прощаться с ветреным сознанием, но каким-то драконом, вполне себе находилась в твердой памяти и собственном разуме. И так всегда, сколько себя помню. Мне повезло? Да что бы им всем так везло по четыре раза на дню!

Когда не надо падаю в обмороки от истощения, когда надо хоть бы разочек отключилась. Что-то я разошлась. Останешься тут спокойной. Лежу на жестком дне телеги, придавленная телами Зара и стонущей Рэйки, изображаю овощ, что бы ни дай дракон, враги не прознали о моей маленькой тайне. А телегу трясет. Еще бы ее не трясло. В лесу. Хочу к Ташу на спинку.

Таш, что ты видишь?

«Лес».

Нет, ну понятно, что не эльфийский зад.

«Его тоже».

Дай посмотрю.

В какой-то момент я поняла, что вижу глазами Таша.

Не знала, что мы так умеем.

«И я».

А перед глазами у меня маячила пятая точка Диля. Хм… ничего так точечка. Сана, не отвлекайся. Смотреть глазами метоморфа — это что-то невероятное. Вроде видишь общую картину, но одновременно и каждую деталь по отдельности, и все это окрашено в цвета ауры. У меня дыхание перехватило от такой красоты. Оказывается, у растений она тоже есть. И такая красивая, светло зеленная с желтым отливом и фиолетовым вкраплением. И черной тенью. Стоп. Какая тень?

Таш, хороший мой, подними голову выше.

Теперь я могла наблюдать троицу магов захвативших нас. Лучше бы я этого не видела. Теперь понятно для чего нас захватили живыми, и даже раненых прихватили. Их аура была абсолютно черной. О чем это нам говорит? О том, что зря я не написала завещания. И о том, что сегодня нас будут употреблять в пищу. А конкретнее, что нашу магическую силу высосут и поместят в кристалл накопитель, чтоб они подавились. Такая черная аура есть только у упырей, ну куда ж без них? и магов выбравших путь паразитов.

Вообще забрать у мага его силу, довольно трудно. Ведь Сила — это наша кровь, аура, и жизненная энергия. Все это, как известно, восполняемо в той или иной степени, если конечно не отобрано без остатка. Целители при своей работе используют принцип лечения своей силой, то есть делятся своей жизненной энергией, ну или аурой с пациентом. Аура в этом случае выступает как невидимые руки, а жизненная сила как чистая энергия. При этом целитель забирает себе часть поврежденной, негативной энергии или ауры, поэтому они испытывают такие муки. Эти же недоупырики, забирают и ауру, и энергию, при помощи специального ритуала. Так они расширяют свой резерв, а если это уже не возможно, оставшаяся энергия, а она останется, слишком нас много и жирно, скидывается в кристалл накопитель. Запас, будь он не ладен, делают. Но есть и минус. После такого ритуала своя Сила уже не может пополняться естественным путем, и маг подсаживается на столь своеобразный способ питания. Интересно, если бы Алак увидел их ауры, он бы сдался так легко?

В общем и целом перспективы никакой. По идее. Если бы у истребителей был нормальный лекарь. Но им не повезло. Или все же повезло? Я тоже запретную магию изучала. А иначе как я в своей практике умудрилась бы совместить некромантские обряды, силу целителя и находчивость лекаря? Плюс мой маленький секрет о большой такой пакости, в виде невосприимчивости к солнечным камням. Ну почему в подобной ситуации, дееспособной остаюсь только я?

Чем я провинилась перед Равновесием? Эльфийского принца с того света возвращать — я. Невосприимчивостью к солнечному камню обладать — я. Истребителей из… эээ… нет цензурного слова, вытаскивать — тоже я! Кто бы меня вытащил.

Пока я жалела такую несчастную меня, наша телега дотряслась до стоянки бандитов. Глазами Таша я осмотрела сие стойбище и поняла одну простую вещь. Мы вряд ли выберемся отсюда живыми. Это не разбойники. Это наемники. Маленькая армия, тайно следующая сквозь леса Ирдании. Я даже знать не хочу, куда и зачем, а главное, откуда они топают.

Их стоянка состояла из пятнадцати шатров, полевой кухни и огромной пентаграммы, вычерченной на мягкой земле, посредине лагеря. Одна из палаток отличалась размером. Рядом с ней был вкопан столб, к столбу прибита цепь. А на цепи у них сидит девушка. Когда-то она была симпатичной. Сейчас же темные волосы ее свалялись в грязный колтун. Бледное, изможденное лицо не выражало никаких эмоций. Обнаженное тело покрывали ссадины, синяки и порезы. Местная игрушка? Она лежала на голой земле и безучастно смотрела в небо. Сломанная игрушка.

Таша и других лошадей отвели к краю стойбища, где привязали. Тем временем телегу, где лежала придавленная я, принялись, наконец, разбирать. Раненых, орки грубо закидывали себе на плечо, и перемещали в шатер неподалеку. По невредимым Алаку, Дилю, и Наву они еще раз прошлись кулаками. Народ ответить не мог в силу неприятных обстоятельств, они, как и я были в стадии, «расти, трава, расти». После чего и их транспортировали в тот же шатер.

Наконец очередь дошла и до меня. Меня подняли на руки и… уронили.

— Ох, ты ж… далее следует много матерных выражений на орочьем, которого я не знаю, и в силу воспитания повторять не решаюсь.

— Ты, сын крысодлака, что творишь? — возмутился рядом стоящий орк.

Еще бы ему не возмутиться. Я ж ему на ногу упала. Оно само так получилось, честное слово.

— Да он тяжелый, как твоя мамаша! — возмутился удивленно мой неудавшийся переносчик.

— Врешь! Мелкий он. Не может быть таким тяжелым! — ну это я с нецензурного на нормальный перевожу.

— Сам тогда его таскай, — и с этими словами мне под ребра прилетел пинок.

Лежала ли я спокойно в этот момент? Конечно. Ну, почти. Я еле заметно приподняла правый бок, по которому собрались бить, и надавила на край металлической пластины, вшитой в мой плащ. Та приподнялась. По ней, и пришелся удар орка. Меня аж отнесло на пару метров.

О, равновесие, как он выл! Волки с севера удавились бы от зависти. А прыгал он еще выше! Окружающие ржали. И сколько их вокруг? Но счастье не длится долго, и напарник воющего громилы наклонился ко мне.

Вот говорят что орки тупые. Врут. У них раз на раз не приходится. Один может быть не умнее зомби, другой хитрее эльфийского посла. Мне повезло нарваться на такого вот умника. Он поднял меня за талию одной рукой и взвесил. Нахмурился, ощупал. Ярость начала поднимать свою голову. Я ее осадила, тем, что она слегка не вовремя. У орка на лице написана бездна удивления. И он сорвал с меня плащ.

Надо заметить вокруг нас собралось довольно много народу. За всем этим, благосклонно наблюдали маги. И вот у всех этих нехороших людей, и нелюдей, очень красноречиво вытянулись рожи. Орк, держащий меня, додумался стянуть мой плащ, а с ним и капюшон, до последнего остававшийся на моей голове. Тем самым оголив мою наглую физиономию и седые распущенные волосы. Глаза я резко вперила в пол, не стоит шокировать окружающих еще сильнее.