Некоторые термины актёрских амплуа тоже пришли к нам из Франции. Кстати, амплуа в переводе означает «должность», «применение». Резонёр — «рассуждающий». Инженю — «простушка». Героиня, гранд-дама — «великосветская дама».
А сколько звучных театральных слов нам подарила Италия! Во-первых, названия голосов. Тенор — от итальянского tenore — «держащий». Тенор подолгу держит ноту. Бас — от итальянского basso — «низкий». Сопрано означает «самое верхнее». Практически вся музыкальная терминология остается итальянской — соната, серенада, оратория…
Сценарий, бутафор — тоже итальянские слова. Бутафор означает «выталкивающий». Первоначально он выталкивал актёров на сцену.
«Браво», что означает «молодец», и «бис», что значит «вторично», «ещё раз», — тоже изобретение темпераментных итальянцев.
Мы готовы без устали кричать «бис!» и «браво!» нашим талантливым артистам, находя точные слова для выражения нашего восторга.
Язык балета
Известен афоризм Алана Хакни: «Россия — это сотни миль полей и по вечерам балет!»
Балет — это русская национальная гордость! Но так случилось, что язык балета при этом остался французским!
Как это ни парадоксально звучит, но нам, носителям русского языка, порой приходится брать лингвистические танцевальные уроки французского.
Благодаря балету у нас на слуху изящные, воздушные слова, от которых словно веет ароматом французских духов, — арабеск, фуэте, па-де-де… Для того чтобы понять, что всё это означает, надо отправиться в сказочно прекрасный мир танца.
«Балет» — от итальянского ballare, что означает «танцевать». И в самом деле, первым это слово в XV веке произнес итальянец! Доменико да Пьяченца служил учителем танцев при дворе правителя одной из областей Италии. Он впервые объединил в одном представлении четыре разных танца и назвал всё это балетом.
Однако балет в том виде, в каком мы знаем его сейчас, родился не в Италии, а во Франции. В 1581 году в Париже состоялся грандиозный спектакль — Комедийный балет королевы. Длился он пять с половиной часов и соединил в себе музыку, танец и искусство декораций! С тех самых пор вот уже более четырёхсот лет язык балета остаётся французским.
В повседневной речи нередко можно услышать фразу: «Мне надоели твои экзерсисы!» Имеется в виду «выкрутасы», «эксперименты»! В балете же всё начинается именно с экзерсисов, то есть упражнений у станка или на середине зала.
Пуанты — от французского «острие», «кончик», «точка» — главное оружие балерины! Пуанты имеют твёрдый носок, изготавливаются из атласа и закрепляются лентами. Танец на пуантах — это танец на кончиках пальцев.
История использования такой обуви начинается с эпохи романтического балета, то есть с первой трети XIX века. Именно тогда жена Наполеона Жозефина ввела моду на балетки — шёлковые тапочки на ленточках. По преданию, в эти самые балетки легендарная балерина Мария Тальони подложила жесткие прокладки для пальцев и встала на носки без помощи партнёра.
Чтобы «танцевать на пуантах», балерины учатся апломбу. Апломб — это умение удерживать равновесие в разных позах, стоя на кончике пальца. Разумеется, этим искусством овладевали в течение многих лет, и мышцы пальцев балерин становились будто стальными. Известен случай, когда грабитель, совершивший нападение на Марию Тальони, получил такой удар кончиком её пальца, что скончался на месте.
Кстати, слово «апломб» мы употребляем и в повседневной речи. Держаться с апломбом значит вести себя излишне самоуверенно!
А что же знаменитое фуэте, о котором так проникновенно сказал Валентин Гафт: «Все начиналось с фуэте, жизнь — это вечное движенье…»? Фуэте — это «удар хлыста»! Именно такое движение ногой делает балерина, помогая вращению своего тела!
Известно, что на сцене балерина крутит 32 фуэте! Зрители любят считать количество этих вращений. Но мало кто знает, что на репетициях артисты балеты делают и 64 фуэте, и даже больше!
Невероятно грациозны балетные позы. Например, арабеск — в переводе с французского «арабский». Это одна из основных поз классического танца — нога поднята назад с вытянутым коленом.
Восхитительно жэтэ — прыжок в шпагате! Изящно плейе — глубокое приседание! Эффектен батман — подъём ноги! Головокружителен тур-пике — движение по кругу! Что же касается благозвучных па-де-де, па-де-труа, па-де-катр, па-де-сис, то это, соответственно, танец вдвоем, втроем, вчетвером, вшестером…
Нам остаётся только склониться в поклоне перед мастерством, титаническим трудом и восхитительным искусством артистов балета.
Ловелас и другие
Бывает, что литературные герои становятся известнее, чем романы, в которых они живут. Более того, их имена уже им как бы и не принадлежат, приобретя нарицательное значение.
Девушка говорит подруге: «Не связывайся с ним! Разве ты не видишь, что это ловелас?» И каждая из них понимает, о чём речь: обсуждаемый молодой человек волочится за каждой юбкой!
Вряд ли девушки читали роман «Кларисса Харлоу» англичанина Ричардсона. А Ловелас — герой именно этого романа.
Да, сейчас в моде иные любовные романы. Но в XIX веке томик Ричардсона держала под подушкой каждая дама. Им зачитывалась и пушкинская Татьяна — «она влюблялася в обманы и Ричардсона, и Руссо».
В разговоре мужчина признаётся другу: «Моя жена — сущая мегера!» Но спроси его, кто она такая, Мегера, вряд ли он с ходу скажет, что это самая страшная богиня в древнегреческой мифологии — завистливая и мстительная. Её изображали со змеями вместо волос, оскаленными зубами и бичом в руках.
«Давай, Обломов, вставай! Хватит валяться!» — говорит мама своему нерадивому отроку. Отрок не удивляется, что его назвали Обломовым, хотя фамилия его, скажем, Иванов. Он понимает, что мама упрекает его в лени и инертности. При этом юный шалопай роман Гончарова «Обломов», поверьте, не читал!
Любого ревнивца мы называем Отелло, нахального хвастуна — Хлестаковым, скрягу — Гобсеком.
Любопытна судьба барона Мюнхгаузена. Каждому известно, что это редкий враль и фантазёр — правда, обаятельный. И каждый скажет, что это — литературный персонаж. Вот только автора книг о нём никто не назовёт. Да и не говорят нам ни о чем фамилии Бюргер и Иммерманн. А именно они рассказали миру о фантастических приключениях барона. Правда, к нам Мюнхгаузен пришёл ещё в детстве в пересказе Корнея Ивановича Чуковского.
Но прелесть в том, что барон — реальный человек, потомок древнего саксонского рода, ротмистр русской службы.
Реальный Мюнхгаузен был высок, плечист и красив — насколько можно судить по его единственному сохранившемуся портрету.
Но мир знает этого человека таким, каким его нарисовал Доре, — сухоньким старичком с лихо закрученными усами и бородкой.
Правда, граждане нашей страны при имени Мюнхгаузен тут же вспоминают пленительное лицо актёра Олега Ивановича Янковского.
Уникален роман «Мёртвые души». Николай Васильевич Гоголь, кажется, собрал все характеры, какие только рождаются на земле русской! И имя каждого героя стало нарицательным.
Разбитного легкомысленного человека мы называем Ноздрёвым, мечтателя, строящего воздушные замки, — Маниловым, скупердяя — Плюшкиным, неотёсанного грубого человека — Собакевичем…
Ну а Испания нам подарила Дон Кихота.
Дон Кихот для нас всегда человек благородный и прекраснодушный, преодолевающий препятствия, которые он сам же себе и создаёт. Этот герой Сервантеса дал начало целому направлению в философии.
И уж как не вспомнить еще одного легендарного испанца — Дон Жуана (он же Дон Хуан, он же Дон Гуан) — символа распутства и сластолюбия!
Я буду счастлива, если у вас появилось желание освежить в памяти образы литературных героев, чьи имена стали нарицательными, и взять в руки томик Сервантеса или Гоголя. А может, кто-то раззадорился и на Ричардсона?
И вообще, давайте читать классическую литературу не только в Интернете!
Танцуют все!
«Любую проблему можно решить танцуя», — утверждал величайший музыкант эпохи рок-н-ролла Джеймс Браун. А что означают названия некоторых любимых нами танцев и откуда эти слова пришли в наш язык?
Само слово «танец» в русском языке появилось только в XVII веке. Оно пришло к нам из западноевропейских языков через польский и первоначально употреблялось с суффиксом «-ок» — «танок». Сколько же за историю человечества было перетанцовано! Танцы появлялись и исчезали, но самые великие из них остались, и, хочется думать, навсегда!
Однообразный и безумный,Как вихорь жизни молодой,Кружится вальса вихорь шумный,Чета мелькает за четой.
Вальс… Слово заимствовано в начале XIX века. Оно пришло к нам из немецкого языка через французский. Танец назван по характерным для него вращательным движениям — от немецкого walzen («прокатывать», «вращать»).
