- Простите, но я должен ответить. Это ненадолго.
Сын отлучился, а я продолжил рассматривать сидящего напротив меня мальчишку. Он, сначала смущаясь, покраснел, а потом гордо вздёрнул нос:
- Я чувствую себя неизвестным видом животного, которое вы поймали, посадили в банку и теперь пытаетесь решить, ядовитое оно или нет. Так вот, я не ядовитый… Почти. Зато жутко кусачий.
- Спасибо за предупреждение, постараюсь понапрасну тебе пальцы в рот не совать. А вот я теперь могу точно сказать, кто тебя воспитывал.
- Правда, что ли? И кто?
- Женька, - это мы с женой сказали хором.
- И что? Вас это чем-то не устраивает? – он всё также сидел с гордо вздёрнутой головой.
- Упаси бог! – я замахал руками. – Если Женька передал тебе свою главную черту, то я буду только рад.
- И какую же? – было видно, что это Алекса явно заинтересовало.
- Верность. Он язвительный, циничный, нахальный, но до жути верный. Семье, друзьям. Всем, кто ему дорог. Его могут предать, он никогда. Это я оценил семь лет назад. – Я нахмурился и вцепился в вилку, покрутив её в руках.
- Мне было всего девять, - тихо сказал Алекс, - но я помню, что Женька пропадал у Люсьена целый месяц. Я тогда жутко ревновал. Это из-за Егора?
Мы с женой напряглись.
- Ты с ним знаком?
- Пришлось,- Алекс зло фыркнул. – Тот ещё мудак. Я ему чуть яйца не оторвал.
Я сложился пополам от смеха, а Алекс вдруг покраснел и залепетал:
- Ой, простите меня, Альбина Анатольевна. Я забыл, что среди нас дама.
- Ничего, маленький, - Аля сверкнула глазами, - я жалею, что только чуть. Сколько он нам крови попортил. Я из-за него почти потеряла сына.
- Вам именно поэтому так важна именно верность по отношению к Люське? - Алекс не поднимал на нас глаза. – Ведь так?
- Так, - я пристально разглядывал его, - может, это и ненормально - просить шестнадцатилетнего мальчишку быть осторожней, но я прошу… Не давай ему надежду, пока не будешь уверен.
Мальчик поднял на меня глаза и посмотрел чисто и открыто:
- Уж это я вам точно обещать могу. Это больно, когда предают те, кого любишь.
Не знаю, как Аля, но я ему поверил и от сердца чуть-чуть отлегло. В это время вернулся Люсьен, и наш разговор плавно перетёк на совсем другие темы.
Люсьен.
Обед вышел довольно весёлый, благодаря маме и Алексу, который, как я уже уяснил, мог болтать несколько часов кряду.
- Дюймовочка, - я, наконец, соизволил посмотреть на часы, - нам пора ехать, а то можем опоздать к адвокату. Прости, но это будет невежливо, назначить встречу и заставить ждать.
- Ха, - Алекс стрельнул в меня насмешливым взглядом, - он за это деньги получает. Так что подождёт, не переломится.
Но, тем не менее, поднялся из-за стола, поцеловал руку моей маме, попрощался с отцом. Я просто чувствовал, как предки хохочут в душе, глядя на это.
- Малыш, ты прямо ходячая книга по этикету, - засмеялся я, выйдя из ресторана. – Ты часом в лорды податься не собираешься?
- Неа, - он улыбнулся, - только в князья. Вяземские, между прочим, очень старинный род.
- Собираешься поменять фамилию? – я серьёзно посмотрел на него, почему-то стало неприятно.
- Ты что, сдурел? Я родился Ковровым, им и помру. Ну, если, конечно, ты меня замуж не возьмёшь, и я не сменю фамилию на твою. - Он бросил на меня лукавый взгляд. – Только учти, фамилию сменить могу, а вот пол ради тебя менять не намерен. Мне мальчиком больше нравится быть…
- Успокойся, маленький, мне ты тоже мальчиком больше нравишься.
Мы разместились на заднем сидение машины, и я назвал Тьерри нужный адрес. Машину нам одолжила мама, сказав, что вернётся домой с отцом.
Адвокат нас уже ждал.
- Добрый день, господа, - мэтр Дешан встал из-за стола и пожал нам руку, - Я рад, что вы приехали. Месье Ковров, я готов ознакомить вас с бумагами, которые оставил ваш отец.
- Благодарю, месье, - я заметил, что Алекс говорит почти без акцента, - хотелось бы сразу покончить с формальностями.
Где-то с час мы изучали предоставленные бумаги, ещё с час ушло на то, чтобы вступить в права наследования. Дом Алекса оказался не так далеко от Парижа - в предместье Фонтенбло. Узнав об этом, я присвистнул. Домик и участок там стоят бешеных денег.
- Ключ от дома вы можете получить у семейства Дюваль. Мадам Кати присматривает за домом с незапамятных времен. Она работала экономкой ещё у вашего дедушки, месье Алекс. Они живут в гостевом домике. – Дешан устало улыбнулся. – Надеюсь, вы их не будите выселять? Они беспокоятся.
В это время в дверь постучали и на пороге нарисовались две женщины. Одна была абсолютно невзрачной, этакая серая мышка. Зато другая… Дама была одета в облегающее чёрное платье, которое обтягивало все её прелести. На лице слой тонального крема сантиметровой толщины и ярко-алая помада на губах, предававшая ей хищный вид.
Мы с Алексом в эту минуту прощались с адвокатом, и когда открылась дверь уже стояли. Алекс повернулся и вдруг застыл, вцепившись мне в руку. С его лица исчезли все краски, сменившись болезненной бледностью.
- Госпожа Крейн, госпожа Милтон. Рад вас видеть. Проходите, присаживайтесь. Господа уже уходят.
