Сом — домосед, отшельник и очень привязан к своему обжитому месту. Склонившиеся над берегом могучие ракиты, подпирающие своими размашистыми корнями берег, донные буреломы или речные затоны, где виден явный круговорот воды и есть сомовые пристанища. Хитёр и чуток сом. Мало передвигается, больше — проводит времени на дне, затаившись в буреломе. Сом — теплолюбивая рыба. В зимнюю пору он «спит» и начинает свою активность, только когда солнечные лучи хорошенько прогреют воду и насытят теплом прибрежные отмели. Ведь сомы большие любители понежиться на береговых отвалах под лучами ласкового солнца.
Сом, как и многие донные рыбы, предпочитает чистую воду. Именно это и заставляет сомов во время паводков уходить вверх по течению, заходя в поймы и пережидая вешнюю воду. Загрязнение рек и чрезмерное зарастание берегов для сомов плохо. И в то же время любят они захламлённые участки дна, где можно хорошо укрыться среди донного лома.
Сомы весьма прожорливы. В питании не брезгуют ничем. Но больше всего любят рыбу, ведь сом — хищник. Из-за своего телесного сложения сомы предпочитают охотиться из засады. Даёт себя знать неповоротливость. Не откажется сом и от лягушачьего обеда, приберёт и червей, и различных личинок водных насекомых. Может напасть и на зазевавшегося утёнка, отбившегося от стайки. Немало описано в литературе и случаев нападения сомов на домашних животных — телят, собак, которые каким-либо образом оказались в речке. Всё тот же Л. П. Сабанеев упоминает о нескольких случаях, когда добычей сомов становились люди: «…сом стащил в воду взрослого человека, который, однако, успел с большим трудом высвободить ноги из пасти сома, ободравшего с них всю кожу». Ну что же, не доверять известному писателю у нас просто нет оснований, хотя и закрадывается сомнение, что такое и вправду возможно.
Охоч сом и до падали. Погибшие в реке животные непременно становятся объектом его пиршества. Один мой знакомый — рыболов в годах — рассказывал, как, будучи мальчишкой, ловил на Дону сомов на дохлых кур. И рыбалка была отменная!
Помимо утренних и вечерних зорь, по душе сомам и лунные ночи. Когда водная гладь рек озарена матово-жёлтым светом небесной странницы луны, когда её световые дорожки пробивают зеркало реки, активными становятся самые крупные представители сомовьего царства. Любят сомы и грозу. Природная стихия поднимает речных великанов из донных ям, заставляя активно перемещаться по речному руслу. Но самая соминая пора — это время коротких ночей, когда зори сходятся меж собой и в самой силе травное лето. Это пора комариных туч и первых птенцов. Время, когда стройные рябины, принарядившись в зелёное убранство, выбрасывают на свет Божий белые с нежнейшим запахом кисти соцветий и появляются первые грибы-колосники.
Вот таков он, сом-сомович, рыба-легенда наших рек.
Снегириная метель
Лес всегда интересен, и каждое его местечко примечательно: где-то земляника с черникой укрылись, где-то беленькие грибки с подосиновиками из года в год растут. Да и сам по себе лес необычен — то светлым березняком угрюмый ельник сменится, то орешник в глубине соснового бора примостится. Одним словом, лес — загадка. А разгадать её — задача не из лёгких. Немало нужно походить, потоптать лесных тропок. Зато, коли разгадаешь, так на коне будешь.
Есть недалече от моего дома потаённое местечко — низина в глубине соснового бора. Вокруг огромные сосны-великаны выстроились — в один обхват нипочём не взять, хоть друзей созывай. Коренастые, могучие, обступили они низину плотным кольцом — словно в зеркало, смотрятся в неё круглый год, да всё никак наглядеться не могут. А низина та не простая — с годами плотно заросла она лесным сорняком-корьяжником, приютила в себе и вербу-красавицу, что по весне покрывается ярко-жёлтыми барашками-соцветиями, и сосенки приземистые пораскинула. Тесновато им среди кустарников, вот и стараются они в стороны лесной сор разогнать, чтобы попросторнее жилось. Весной и летом это потаённое местечко живое, кипит в нём лесная жизнь, а с приходом холодов безмолвствует. Лишь какой-нибудь зайчишка тёмной ночью заскочит сюда отведать молодых побегов, лисица да ласка с горностаем в поисках добычи цепочку следов протянут. Постукивает день-деньской большой пёстрый дятел на огромной еловой сушине, что стоит на береговом валу, словно не даёт окружающему лесу вовсе заснуть глубоким зимним сном. Постучит, постучит, выбьет из шишки смолянистые семена и за другой отлетит. Посмотрит на лесную низинку и вновь примется за дело. Так весь зимний день и скоротает за работой. А низинка дремлет в снежной перине, весны дожидается.
Народ в низинку редко наведывается — знает, что взять здесь нечего. Летом вся она в зелени болотной скрыта. Плотная трава-сырец по земле припустила — ходу не даёт; ни грибов тебе, ни ягод. А зимой одни лишь снежные сугробы — низкое местечко быстрее снежок к себе притягивает. Закружит метель, пригнёт до самой земли кустарник — попробуй продерись сквозь такую снежную стену. Не каждый решится! Даже крупный зверь низину ту стороной обходит, наверное, боится в лесной омут забрести.
А когда-то, давным-давно, был на месте сегодняшней болотистой низинки лесной пруд. Глубокий. Ключевой. Когда появился он тут, уж никто не помнит. Застал я его ещё полноводным, но уже тогда подступал с берегов осотник-душегуб, скрывая год от году водную гладь, придавливая зеркало воды к центру. В весенне-осеннюю пору к вечеру ближе бегали мы мальчишками на отлогий берег посмотреть, не присели ли на его воды пролётные утки?
Постепенно пруд стал умирать — зарастать не по дням, а по часам болотиной, привечать к себе всякий лесной самосад. Не, устоял пруд перед лесным натиском. Затянуло время многочисленные ключи, что питали его воды. Остался лишь один, что даёт жизнь ручейку-канавке. Летом отыскать этот ручеёк трудно, а вот зимой он более приметен — не позволяет ключевая водица льду заняться, придерживает удалой морозец. Ручеёк-то так себе — в полшага перемахнёшь, а для лесных обитателей — живая водица в любое время года.
Высох пруд прямо на глазах, превратился в лесную болотистую низину. Если кто и забредёт сюда, так только лишь чтобы пройтись узкой лесной тропинкой прямо по береговому отвалу — угол срезать. Пройдёт путник мимо, окинет пустым взглядом лесной омуток, и дело с концом. И никому на ум не приходит, что низина эта не простая.
Однажды летом, прогуливаясь, приметил я в низинке снегириную парочку. Снегирь — птица северная, так всегда мы считали и ждали прилёта нарядной красногрудой птахи с первыми зимними холодами. А тут лето! Снегири на фоне изумрудной зелени смотрелись весьма забавно. Словно лето с зимой сошлось — снегирей к себе в гости пригласило, Кругом лес наполнен певучими голосами птиц, а тут вдруг снегириные «колокольчики», словно в январе, позванивают.
