Застонала, выгибаясь всем телом, когда Адам наконец просунул руку между нами и вдавился пальцами в мокрые трусы. Дёрнула бёдрами, взвизгнула, ощущая болезненный укус на нижней губе… Чувствовала его возбуждение, какой-то азарт, основанный на вседозволенности и подкреплённый безнаказанностью, ибо сама испытывала подобные эмоции, и здесь и сейчас они словно сводили с ума…
— Блядь… — Адам внезапно отстранился. Метнул затуманенный взгляд, полыхающий тёмным огнём, мне за спину, словно подыскивая что-то… Резко распахнул дверцу, и по моему разгорячённому телу пронёсся прохладный ночной ветер. — Ну-ка вылезай…
С удивлением распахнула глаза.
Он предлагает продолжить на улице?! В моём дворе?! Он вообще нормальный?
Вытерла тыльной стороной ладони распухшие мокрые губы. Неловко поёрзала, неуверенно помотала головой…
Адам лишь раздражённо нахмурился. С ходу подхватил меня под задницу, почти вытолкал из салона на разбитый временем асфальт, и я едва успела поймать равновесие, приземляясь в нелепой позе и с трудом умудрившись устоять на ногах…
Я даже не успела понять, что именно он собирается делать. Машинально попыталась поправить подол…
Адам так и не вылез, лишь спустил ноги на поребрик, оставаясь сидеть в кресле.
— Сюда иди, Олесь… — он схватил меня за запястье, рванул ближе к себе. Другой рукой торопливо расстегнул ремень, ширинку…
Больно ударилась коленом о порог автомобиля. Подняла непонимающий растерянный взгляд…
Минет?! Вот так вот запросто? На втором свида… на второй раз? На глазах у всего двора? Он меня вообще за кого принимает?! Я не…
— Да не пугайся, — Адам рассмеялся хрипловатым низким смехом. — Никто не увидит…
Он внезапно подался вперёд, вновь прижимаясь губами к моим губам. Тут же царапнул шершавыми пальцами ключицу, потянув вниз широкий ворот платья, стаскивая его с плеча и пытаясь обнажить хотя бы одну грудь…
Жгучее чувство стыда, от которого в любой другой ситуации я избавилась бы за секунду, просто избежав самой ситуации. А сейчас только неловкость и тупая потребность согласиться, даже если потом будет невыносимо стыдно за это унижение…
Повела плечом, помогая ему добраться до лифчика. Почти не сопротивляясь, позволила содрать прозрачную кружевную чашечку, ощущая, как ветер уже почти привычно щекочет и холодит кожу вокруг соска, рождая во всём теле колкие мурашки… Послушно опустилась на корточки, совершенно забыв о том, что кто-то может увидеть эту сцену и узнать во мне свою соседку или знакомую… Закусила губу, подыскивая наиболее удобную позу…
Дыхание сбилось полностью, пока мужская ладонь беззастенчиво мяла грудь; низ живота и вовсе занемел, раскаляясь от пульсирующих ударов крови. Где-то на задворках разума промелькнула мысль о том, что нужно торопиться, чтобы успеть перезвонить Верке, она же ждёт…
Рука Адама вновь легла на затылок.
— Давай, Оле-е-е-есь… — он нетерпеливо сдвинулся к самому краю кресла. — Глаза свои большие не закрывай… На меня посмотри…
Возбуждение стало совсем невыносимым от тона его голоса…
Подняла преданный взгляд ему в лицо. Протянула руку, не скованную спущенным воротником, отогнула мешающий край уже расстёгнутой ширинки, неуверенно прикоснулась к члену, обняла его пальцами… Опустила голову. Чёрт, всегда любила наблюдать за этим моментом, когда у меня свежий яркий маникюр, а сейчас нежно-розовый лак практически светится в темноте — возбуждает до безумия…
Машинально облизнула губы, вновь подняла глаза, натыкаясь на почти взбешённый требовательный взгляд Адама. На миг позволила себе протрезветь и погрузиться в шум ночного города вокруг — сигналы всё ещё многочисленных машин на улицах, ветер в кронах деревьев над головой, чья-то ругань с первого этажа ближайшего подъезда…
Наконец повинуясь слишком настойчивому давлению на затылок, приоткрыла губы, вбирая член в рот. Почти сразу поняла, что сфилонить не получится — Адам контролировал каждое моё движение, не позволяя самой выбирать скорость или ритм. И я оказалась к этому не готова… Нет, не то чтобы я совсем не могла подстроиться под его требования, но чужие привычки, чужой аромат тела, чужой вкус — это требует времени и подготовки обычно… И ещё — его так же касалась Верка…
Поперхнулась, чувствуя, как слёзы катятся из глаз. Захрипела, напрягая протестующее горло и пытаясь оттолкнуть член, но Адам словно назло лишь усилил давление, не торопясь дать мне глоток воздуха. Застонал в тон моему булькающему хрипу…
Резкий рывок, и я наконец смогла сделать шумный вдох, радуясь свободе и одновременно смутно сожалея о том, что не смогла довести дело до конца. Вскинула глаза, поднимаясь с колен и со страхом глядя на встающего в полный рост мужчину…
Места между рулём и спинкой кресла оказалось достаточно, чтобы я смогла лечь животом на сиденье, подталкиваемая нетерпеливыми мужскими руками. На миг представила эту глупую позу, когда из машины торчит лишь моя задница с уже спущенными трусами…
Адам сам приподнял меня за поясницу, заставляя встать так, чтобы ему было удобно. Задрал платье до самых лопаток, жадно шаря руками по обнажённому телу, оттянул бюстгальтер, оголяя вторую грудь под лифом. Почти сразу провёл пальцами по бедру, надавил на истекающую влагой промежность…
Вцепилась ногтями в край кресла, до исступления кусая губы. Сама подалась назад, насаживаясь на приставленный ко входу член… Выдохнула, ощущая, как тянет от распирающего давления внутри, выгнулась в пояснице, открываясь ещё сильнее… Прикрыла глаза, чувствуя, как ладони с силой сжимают бёдра…
Выдержала лишь пару резких размашистых толчков. Застонала, упираясь лбом в обивку кресла и пытаясь удержаться от сокрущающей волны оргазма… Дёрнулась вперёд, рвано хватая ртом воздух и стремясь вырваться из безжалостного кольца мужских рук… Закричала, ощущая, как Адам лишь сильнее притягивает меня к себе, почти причиняя боль, толкается сильнее…
Слишком яркий момент удовольствия. Безумное перевозбуждение, ставшее лишь немного слабее от полученной разрядки. И ещё несколько торопливых толчков, пошло чавкающих на весь двор, прежде чем Адам прижался членом к моим ягодицам, кончая куда-то мне на спину…
Глубоко втянула носом вечерний воздух. Всё ещё стоя на четвереньках, с трудом поправила лифчик, платье на груди… Наконец попыталась наугад вытянуть ногу и спуститься на асфальт…
Господи, ну вот что мы опять наделали?! Я наделала…
*13*
— Только между нами, да, Олесь? — Адам, тяжело дыша, торопливо застегнул ширинку, небрежно поправил футболку. — Ну чего молчишь?
Горько усмехнулась — самый подходящий вопрос после секса, да.
— Да, — выдохнула сквозь зубы. Отвернулась, оглядывая двор и с ужасом замечая припозднившуюся парочку на скамейке у третьего подъезда и знакомый силуэт какого-то мужика, который каждый день гуляет тут с собакой…
— Что да?! — Адам грубо схватил меня за локти, поворачивая к себе лицом.
— Только между нами, — закусила губу, избегая смотреть ему в глаза. — Мне пора… Вера ждёт, что я ей перезвоню…
Он нахмурился так, что, кажется, во дворе стало ещё темнее. Непроизвольно сжал пальцы, больно впиваясь в кожу…
— Олесь… — его голос прозвучал глухо и как-то зло. — Олеся-я-я-я…
Всхлипнула, опуская голову и напрягаясь сильнее. Машинально вытерла побежавшую по щеке слезу…
— Между нами, сказала же! — почти выкрикнула, пытаясь избавиться от его хватки. — Пусти уже…
Громкое яростное дыхание над ухом…
— Олесь, не делай глупостей, ок?! — он ослабил захват, но руки не отпустил. — Если хочешь, больше ничего не будет. Я больше не побеспокою… — он как-то выжидательно замолчал, давая мне возможность проникнуться его словами.
Не хочу сейчас думать об этом!
— Не мучай меня, а?! — я дёрнула локтем, испытывая единственное в данный момент желание избавиться от общества этого человека. — Я ничего ей не скажу! Я не такая дура! — я глубоко втянула носом воздух, стараясь унять безумный стук сердца. — Отпусти уже… Уезжай…
