штраф. Ну и главное, увести нас поскорее отсюда.
«Короче, — медленно тяну я, подбирая слова, — никакой информации о Рафике мне не надо. Мне вообще от тебя ничего не надо. И помогаю я тебе, считай, просто так. Ты лучше слушайся меня, делай, что говорю, и все будет пучком. Окей?»
— Окей… — растерянно тянет она, недоверчиво вглядываясь в зеркало. — Но что-то тут все равно не сходится. Зачем тебе мне помогать просто так? И ты так и не ответил — кто ты такой?
Черт, за что мне все это?! Разве можно быть такой тугой?
«У нас мало времени, — говорю я. — Давай потом это все обсудим. А сейчас надо сваливать. И желательно побыстрее. Через десять минут эта яхта взорвется».
— Серьёзно?! — в ужасе округляет она глаза.
«Разумеется, зачем бы мне тебе врать?» — с уверенностью заявляю я.
— Это ты её что ли взорвешь? — Саня продолжает задавать вопросы, но все же торопливо отпирает дверь и выскакивает из туалета.
Там ее уже поджидает Рафик. И судя по выражению лица, настроен он явно недружелюбно. Кажется, у товарища закончилось терпение.
— Ты меня обмануть рещил, красавиц? — сурово хмуря косматые брови, спрашивает он.
— Его нужно предупредить? — вопрос явно адресован мне.
«Нет, не нужно, просто сваливай», — отвечаю я.
Еще этого мне не хватало. Наверняка если Саня начнет его предупреждать и все объяснять, мы отсюда и до завтра не уберемся.
— С кем ты постоянно говорить! — взрывается гневом Рафик. — Ты больной? Ты совсем больной?! Ты зачем сюда приходить?! Зачем тратить мой время?
— Слушай, ну как-то жалко его, он же все-таки живой человек, — говорит мне Саня, абсолютно игнорируя Рафика.
Ответить я не успеваю, Рафик разъярённо орет:
— Да ты издеваться!
Он хватает грубо подопечную за шею и тащит волоком к дивану, с размаху швыряет ее на него.
Саня вскрикивает, всхлипывает, хватается за голову, которой, по всей видимости, не хило приложилась.
— Ты надоесть! — сварливо взмахивает руками Рафик и начинает развязывать пояс халата, вновь обнажая свои мохнатые телеса: — Больше ты не вздумать дергаться и уходить! — грозит он Сане пальцем. — Сейчас я тебе показать, как шутить с Рафиком Амаргизян.
Халат падает на пол, и он с напором бронепоезда двигается на Саню. Она вжимается в диван.
«До сих пор жалко?» — холодным злым тоном интересуюсь я.
— Больше нет, — подрагивающим голосом, едва сдерживая слезы, отвечает она. — Что мне делать?
В тот миг, когда Рафик подходит совсем близко, я активирую огненный трезубец. Сообщение об активации почему-то не появляется, зато в воздухе возникает неоновый трезубец, и висит он прямо у нашего лица. Кажется, окружающие его не видят.
— Помоги, — шепчет Саня.
Она пытается ударить Рафика, целясь ему между ног. Тот уклоняется, Саня снова лягает его ногой, это злит его еще больше, и он наваливается на Сашку всем своим тучным телом.
Ну все, тварь! Сейчас я тебя поджарю!
И стоит мне только разозлиться не на шутку, как неоновый трезубец вспыхивает. Он горит ярко, искрится, как бенгальский огонек и, кажется, я даже чувствую его жар. А еще, совершенно интуитивно, я вдруг осознаю, как им управлять.
«Огненный трезубец 20 сек. Активировано».
Трезубец поддается моему взгляду. Он вообще полностью подконтролен моему желанию. Осознаю, что даже силу огня могу регулировать так, как пожелаю.
Ну, понеслась!
Я направляю трезубец на Рафика. Сжигать его полностью не собираюсь, так как пострадает и подопечная, которая в эту секунду брыкается под ним и пытается вырваться.
Сделаю-ка пока ему стрижку-вспышку на спине.
Запах жженых волос тут же ударяет в нос. Рафик замирает, растерянно восклицает:
— Вай?!
Резко отпрыгивает от подопечной, глаза его становятся все шире и шире от ужаса.
— Вай! Вай! — орет он и крик переходит в визг вперемежку с русским и армянским матом.
Видимо, я подпалил не только растительность, но и кожу поджарил. Ну извините, я был очень зол. Надо еще ему и брюшко подсмолить.
Это я и делаю, пока не вышло время действия трезубца.
«Валим!» — приказываю я Сане.
— Угу, — кивает она и вскакивает с дивана.
Но почему-то, мать ее за ногу, летит в другой конец комнаты. Совсем не туда, где выход.
Рафик тем временем падает и начинает кататься по полу, дико вереща.
«Куда ты, черт возьми?» — спрашиваю подопечную.
— Там мои вещи, — быстро объясняет Саня, хватает с тумбочки джинсовую короткую юбку и босоножки на толстой высокой подошве, а после несется на выход.
— Сколько у нас осталось времени? — спрашивает она.
Я не отвечаю, потому что на выходе нам перегораживают путь двое громил. Видимо, охрана Рафика подоспела. Один из них мигом несется к хозяину, а второй жестко хватает Саню за горло и прижимает к стенке:
— Что ты с ним сделала, сука?
— Я ничего, — мотает головой Саня. — Это он сам начал орать и на пол упал.
— А чего убегаешь?
— Я испугалась. Выбежала на помощь позвать. Ему нужно в больницу.
Кажется, охранник ей верит:
— Стой здесь, никуда не уходи, — велит он.
— Да куда я уйду, мы же в море, — отвечает Саня, а сам косится в сторону берега.
И только бугай отворачивается, как Саня со всех ног несётся на палубу и без всяких раздумий сигает через бортик прямиком в море.
Ну твою ж мать, теперь эта дуреха утонет.
Вкус соленого моря ощущается во рту, шумит вода, Саня машет босоножками, которые так и не выпустила из рук, и всплывает на поверхность.
— Эй, ты куда?! Зачем убегать? — слышится позади с яхты голоса Рафика. И кричит он совершенно беззлобно, даже как-то обиженно.
Саня, перебирая руками, поворачивается к нему, краем глаза успеваю заметить линию берега вдалеке. Подопечная смотрит на Рафика, а он стоит на палубе в трусах, уже безволосое брюшко у него ярко-красное, как бывает, если уснуть под палящим солнцем.
— Ты почему не говорить, что ты сверхчеловек, красавиц? — огорчено вопрошает Рафик я разводит руками. — Ну куда ты, давай говорить. Я быть неправ, я извиняться. Давать эмдэе тебе. Сколька нужен? Давай плыть обратно, я деньги давать, на берег тебя возить, ну, Сандра джан?
— Засунь свои деньги себе в зад, придурок! — кричит на него Саня, резко разворачивается и с яростью начинает грести подальше от яхты, а потом уже тише спрашивает меня: — Ты тут?
«Да».
— Почему яхта до сих пор не взорвалась, Лёня? — сердито интересуется она.
«А мы доплывем до берега? — намеренно перевожу я тему. — Так-то плыть немало. Километр не меньше. Да еще и течение. Ты точно справишься?»
— Я с четырех лет в бассейн хожу, а
