где шкатулка?
— Госпожа-а-а-а-а! — С новой силой разрыдалась девушка.
Черт! Хаос! Твою ж мать! Серьезно⁈
— Он в порядке. Может сломано пару ребер, но жить будет. — Владимир подошел к нам, вкладывая меч в ножны. Спокойный как удав. Это ведь не его ограбили. Не его лишили возможности изменить свою жизнь, избежать навязанного брака с отвратительным герцогом. Не у него украли целое состояние, за которое можно было начать свой бизнес и купить дом.
Я отпустила служанку, развернулась к Владимиру и ударила его кулаком в грудь прежде, чем поняла, что делаю. По щекам катились горячие слезы. Я ударила его снова, затем еще раз.
Он ошеломленно смотрел на меня, но не сдвинулся с места. Мои удары были ему нипочем.
— Все из-за тебя! Если бы не ты! — Поняла, что готова разрыдаться в голос. Прикрыла лицо руками, стараясь не завыть белугой и почувствовала, как меня укутали в тепло, прижали к твердой груди. Той самой, которую я сейчас колотила.
— Лейна… все будет хорошо. — Он неуклюже гладил меня по волосам.
— Войлон! — Донесся до нас голос Грэхэма.
Я оттолкнула Владимира и обернулась к портному. Несколько высоких мужчин ведомые портным приближались к нам. Жандармы.
— Леди Лейна! Где вы были⁈
Глава 23
— Мы вас обыскались! Я уже заявил о вашем похищении! — Грэхэм осматривал меня со всех сторон на предмет повреждений. Не найдя оных, заглянул в заплаканные глаза. Его сострадательный взгляд чуть не вызвал новую волну слез. — Неужели он… вас…
Портной переводил взгляд с меня на принца и обратно. О чем только думает этот человек? Нужно остановить недоразумение, пока оно не вышло мне боком.
— Нет, господин Грэхэм, я расстроилась по иной причине. Войлон… я за него очень переживаю.
Признаваться в том, что меня ограбили, как только я получила деньги, все равно что расписаться в своей беспомощности. Этого я никак не могла себе позволить.
— Позвольте, — вмешался в наш диалог жандарм. — Вы были похищены или нет?
— Как вы обращаетесь с леди? — Мягкий баритон, от которого я покрылась мурашками. Обернулась на голос и согрелась в теплой синеве глаз. К нам подошел Шайн.
— Что ты здесь делаешь? Брат. — Последнее слово Владимир буквально выплюнул младшему в лицо.
— Ты задержался, матушка отправила за тобой. Брат. — В той же манере ответил Шайн.
— Госпожа-а-а! Как же бы-ыть⁉
— Что случилось? — Шайн внимательно смотрел на меня.
— Ограбили-и-и-и! — Выдала Ийя, когда я уже открыла рот для ответа, что все в порядке. Пришлось проглотить эти слова, и еще несколько нелестных эпитетов в сторону компаньонки.
— Что? — В один голос спросили полицейские.
— Кто? — Шайн перевел взгляд на горничную.
— Как? — Грэхэм схватился за голову, глаза его расширились от неподдельного ужаса.
Я тяжело вздохнула. Да, мой дорогой Грэхэм. Огромная сумма. Баснословная. Утеряна безвозвратно. На глаза снова навернулись слезы. А ведь я могла уехать из столицы. Поехать куда глаза глядят. Даже отправиться через океан на другой континент, купить там дом и безбедно жить.
— Разберемся! — Полицейский, что повыше, поднял в успокаивающем жесте ладонь.
— Я опросил свидетеля, — Меч на поясе Владимира звякнул, когда он повернулся к жандармам.
— Расскажете в участке! — Отрезал полицейский пониже.
— Как скажете. — Старший принц недобро улыбнулся.
— Следователь Торпос к вашим услугам, Ваше Высочество! — Высокий жандарм козырнул и дико округлил глаза на напарника. Тот стал похож на спелый помидор, и старался укрыться от тяжелого взгляда Владимира за спиной товарища.
— Давайте для начала отправим леди домой. — Вмешался Шайн.
— Но они ценные свидетели! — Воскликнул Торпос.
— Так похищения не было? — Помидор, то есть полицейский вернул лицу первоначальный оттенок и вновь лез на рожон.
— Какого похищения? — Шайн сузил глаза, уставившись на брата. По интонации его голоса, я бы сказала, что дома Владимира ждет допрос. С пристрастием.
— Недоразумение! — Вмешался Грэхэм. — Извините, моему сотруднику нужна медицинская помощь.
— Я в порядке, — хрипло выдохнул Войлон. Он выпрямился и гордо посмотрел на Ийю, но тут же скрутился, схватившись за живот, как креветка.
Креветка. Я не ела весь день. При воспоминании о креветках с соевым соусом рот наполнился голодной слюной. В Империи морепродукты не пользовались спросом, поэтому я не знала, есть в этом мире креветки или нет. Но соевого соуса не было точно.
— Леди Лейна не может свидетельствовать, — Взгляд карих глаз был направлен на меня. Я отвернулась от принца. — Она была на прогулке во время инцидента, и ничего не видела. А ее компаньонка подойдет в участок в любое другое время.
— Да, Ваше Высочество. — Кивнул полисмен, что повыше.
— Я провожу леди. — Владимир предложил мне руку.
— Я провожу леди. — Шайн сделал то же самое. — Мой паромобиль доставит леди Лейну до ее дома в целости и сохранности. А ты подвезешь меня. Брат.
Лицо Владимира окаменело. Под его темным взором, я взяла Шайна под руку, и мы направились на главную улицу, ко входу в салон. Вдоль дороги разгорались фонари. Теплый желтый свет создавал ощущение уюта.
— Как ты? — Спросил Шайн, когда мы оказались вне зоны видимости детективов. — Он тебя обидел?
Принц остановился и всмотрелся в мое лицо. А мои глаза вновь предательски наполнились слезами. Он дернулся, чтоб обнять меня, но рядом тихонько всхлипнула Ийя, испортив момент.
— Ты расскажешь, что случилось? — Шайн смотрел на меня, а я тонула в синих омутах.
— Я получила от портного причитающуюся мне часть выручки, за помощь в работе. Когда мы вышли, отдала шкатулку Ийе, но…
Что мне сказать ему? Что его брат предлагал испортить мне репутацию, похитив меня? К такому меня жизнь не готовила.
— Я сказала Его Высочеству, что госпожа выходит замуж. Он так разозлился, что схватил ее, и они…
— Ийя! — Еще немного и от моего взгляда она задымится! — Мы отошли с Его Высочеством на прогулку в сопровождении гвардейца. Тем временем на Ийю напали.
— Они утащили меня в подворотню! Знали бы вы, как я испугалась! Но Войлон увидел неладное и поспешил на помощь. Он сражался с бандитами один против трех! Но силы были не равны. — Служанка тяжело вздохнула. Да ей бы книжки писать, а не прислугой работать! Какой слог! Я аж заслушалась.
— Замуж? — Пытливый взгляд Шайна был направлен на меня.
— Да, за герцога Хмырефельда. — Кивнула горничная.
— Ясно. — Желваки на щеках принца напряглись. — Позвольте я провожу вас.
Больше Шайн не сказал ничего, кроме дежурного прощания. Он помог мне сесть в паромобиль, приставил охрану и отправил домой. Всю дорогу я чувствовала себя преданной. А дома подверглась допросу, от которого сбежала в спальню, притворившись уставшей, и забаррикадировалась стулом. Мне
