Среди других значимых исследований было подробное изучение генеалогического древа; если у тех, кто вел историю своей семьи на протяжении веков, все браки были записаны в родовой книге, то важность изучения ДНК для всех прочих было трудно переоценить. А уж для дикарей полученная информация и вовсе была на вес золота.
Когда информация об увлечении Мерцалова добралась до вездесущих ушей СЗГ, Илья получил предложение, от которого невозможно было отказаться. Да и кто откажется заниматься любимым делом, когда тебе в этом всеми силами помогают, предоставляют материалы для исследований, да и к тому же хорошо за это платят? Поэтому, едва услышав, что ему нужно будет изучать сотрудников со способностями элементалей, Илья тут же согласился.
Уже через нескольких дней в клинику «МЕКО» завезли гору дорогостоящего оборудования, необходимого для работы с дикарями. Странно, но начальство Мерцалова не сказало ему по этому поводу ни слова: просто отдали ему ключи от соседствующего с кабинетом помещения и уведомили, что вся техника находится там. Потратив несколько часов на установку и подключение оборудования, Илья был в предвкушении новой работы.
Поток проверяемых дикарей был небольшим, но постоянным. Почти каждую неделю к Мерцалову кого-то направляли, и он с неугасающим энтузиазмом принимался за исследования. Причём начинались они задолго до того, как элементаль оказывался в специальном аппарате, напоминающем оборудование для МРТ. Над входом в здание располагались электронные часы, тоже подаренные СЗГ. Встроенный сканнер автоматически проверял каждого нового посетителя на наличие способностей и тут же передавал данные на компьютер Ильи, одновременно делая фотографию. В зависимости от количества силы элемента фотография подсвечивалась жёлтым, оранжевым или красным цветом. До последнего времени все посетители от СЗГ выдавали исключительно жёлтый цвет, что говорило о скромных способностях и ограниченном потенциале. Появление фотографии Лазарева стало для Ильи почти праздником: впервые за долгое время он увидел дикаря, которого сканер отметил оранжевым цветом. Это был максимум, который встречался Илье. Что до красного, он подозревал, что его в программе и вовсе нет, а сотрудники СЗГ просто его разыграли.
Игорь Лазарев ещё не зашёл в кабинет, а Мерцалов уже в нетерпении потирал руки: возможность изучить элементаля, превосходившего всех предыдущих его гостей, была неожиданным подарком судьбы. А когда посетитель согласился на подробное исследование, Илья понял, что приложит все усилия, чтобы узнать максимум возможного.
Однако тут возникли сложности. Не из разряда тех, из-за которых опускаются руки: уж точно не у Ильи, − сложности, с которыми хочется справиться, разгадав их причины и найдя решения. Именно этим Мерцалов все последние дни и занимался.
Исходя из первичного анализа, Лазарев должен был стать как минимум средним по силе элементалем с высоким для дикаря потенциалом и необычной стихией, что даровало ему дополнительные возможности. Однако странное свойство кожи, не позволяющей стихии выйти наружу, сводило все эти преимущества на нет. И в чём была причина, Мерцалов не знал.
Подробное изучение анализов Лазарева позволило сделать многие выводы, однако ни один из них не решал проблемы Игоря. К счастью для последнего, Илья был не из тех, кто пасует перед трудностями. Что же, если не знаешь, как продолжать — попробуй вернуться в начало.
− Итак, что мы имеем, − сведя между собой пальцы, вслух произнёс Мерцалов. Так ему проще было сосредоточиться: − Стихия магматической природы со следами чистого огня и силикатных пород. Судя по кристаллической решётке, можно сделать вывод, что это с девяностопроцентной вероятностью — кварц. Каменные типы стихий были свойственны Дому Геры. Так? Так, − в сотый раз Илья согласился сам с собой. Кто-то мог сказать, что соглашаться с собственными рассуждениями — это безумие. Мерцалов считал иначе. Безумие — это когда ты с ними не соглашаешься.
− Но Дом Геры был уничтожен двадцать один год назад. Что примечательно, напал на него Дом Прометея — единственный, между прочим, Дом, где можно встретить элементаля огня. Чистый огонь и вовсе является привилегией правящей семьи. Можно ли считать это совпадением? Конечно, нет. Получается, что как минимум один из родителей Игоря является чистокровным элементалем из Дома Прометея, − продолжал рассуждать Мерцалов. — Ни одна другая стихия не смогла бы видоизменить кварц до вида магмы. Значит, предполагаем, что имели место некие отношения между членом правящей семьи Дома Прометея и кем-то из Дома Геры… Надо, кстати, поискать в архивах записи о членах этого Дома и их элементах. Возможно, удастся выяснить, у кого именно была стихия кварца… Такое предположение могло бы ответить на многие вопросы, но не на тот, что интересует нас в этот момент больше всего.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А именно — почему у Лазарева такие сложности с использованием стихии?!
Илья раздраженно выдохнул. Сколько бы он не рассуждал, найти ответа он не мог. Может, второй родитель был слишком слаб, поэтому Лазареву почти не передалось способностей элементаля? Но результаты исследования потенциала утверждали обратное. Тогда, возможно, причина не в элементе?
Почувствовав, что его мозги готовы закипеть от размышлений, Мерцалов взял стоящую на столе кружку чая и решил немного пройтись по кабинету. Лицезрение аппаратуры, позволившей Илье заниматься своими исследованиями, странным образом умиротворяло. Через минуту неспешного хождения он был готов снова сесть за стол и уже начал идти в нужном направлении, как вдруг ему под ноги попался кабель, питающий аппаратуру. Илья умудрился не упасть и даже не выдернуть кабель из розетки, однако удержать в руках полупустую кружку не получилось: с душераздирающим треском она упала прямо на тот экран, где выводились все показатели исследуемого элементаля.
Сердце Мерцалова рухнуло вместе с кружкой и с ней же раскололось на части. Эта техника не просто была самой дорогой вещью из имеющихся в этом помещении, без неё изучение элементалей в принципе было невозможным! И это пугало Илью даже больше серьёзных объяснений перед сотрудниками СЗГ − а в том, что они узнают о сломанной технике и придут, Мерцалов не сомневался, − и связанных с этим возможных финансовых трат. В конце концов, целью работы Ильи были вовсе не деньги.
И каково же было его удивление, когда хрупкий на вид экран оказался совершенно целым! Не веря своему счастью, Мерцалов протёр залитый чаем экран рукавом собственного халата. На бесценном оборудовании не было ни одной царапины.
Как будто… Что-то не позволило кружке повредить его.
Цепляясь за неожиданно возникшую мысль, Илья быстро обошёл экран, осмотрев его со всех сторон. Причина невредимости обнаружилась позади экрана: почти незаметно глазу, на технике был нарисован тонкий узор, казавшийся Илье частью современного дизайна.
Узор, при ближайшем рассмотрении напоминающий знаки какого-то языка.
Ошеломлённый внезапной догадкой, Мерцалов бросился к компьютеру. Он никогда не задумывался над тем, что элементали способны с помощью особых рун придавать предметам необычные свойства. А ведь это было общеизвестным фактом! Слабые элементали и вовсе зарабатывали на том, что с помощью рун укрепляли несущие стены зданий или устанавливали рунную защиту, которая пропускала через себя только определённых людей. Так возможно, есть руны, способные повлиять на свойства человеческого тела?
Из-за долгого отсутствия пользователя экран компьютера погас, и теперь Илье пришлось быстро шевелить мышкой, приводя технику в чувство. Экран загорелся, требуя ввести пароль, и Мерцалов, чертыхаясь про себя на излишнюю склонность к безопасности, с третьей попытки смог ввести семнадцатизначный пароль.
А когда пароль был наконец принят и экран приветливо показал рабочий стол, Илья забыл, зачем подошёл к компьютеру.
Прямо на него смотрела фотография черноволосого мужчины в безукоризненном костюме, явно сшитом на заказ. В другое время Илья, наверное, восхитился бы чувством стиля неожиданного гостя, но сейчас ему было не до мыслей о моде.
