открытых кабинок, встал спиной ко мне, расстегнул штаны и помочился в унитаз.
Я ошеломленно уставилась на него.
– Какого черта ты здесь делаешь?
Я огляделась: никаких писсуаров. Я определенно находилась в дамской комнате.
– Зашел отлить, – сказал он. – Удели мне минутку своего времени.
Пока он отвлекся, я быстро оторвала бумажное полотенце для рук, намереваясь поскорее убраться отсюда. К тому времени как я схватила свою сумочку и бросилась к двери, он преградил мне путь. Его ремень все еще был расстегнут, но, по крайней мере, он убрал свой член.
– Ну же, детка, – сказал он, обнимая меня за плечи. – Нам нужно поговорить.
Я сбросила его руки, избегая смотреть в его бледно-голубые глаза; его волосы были длиннее, чем раньше, и то и дело спадали на них. Ему это шло.
– Неужели? – Я скрестила руки на груди, прижимая сумочку к ребрам.
– Ты не отвечаешь на мои звонки. Чего ты ожидала?
– Даже не знаю. Но уж точно не приставания в туалете.
Правда, я не отвечала на его звонки после того, как он ушел с нашей свадьбы. Но последний раз он звонил больше года назад. И вряд ли это был подходящий способ попытаться воссоединиться.
Он убрал светлые пряди с глаз и ухмыльнулся мне.
– Просто хочу напомнить тебе, как нам хорошо вместе, милая.
– Было, – поправила я, – и нам никогда не было так уж хорошо.
– Нет? А я вот помню, что все было по-другому.
– Разумеется. Я помню, какое испытала унижение перед всеми, кого люблю. – Я попыталась посмотреть ему в лицо, но не смогла встретиться с ним взглядом. Я сосредоточилась на его губах, на этой высокомерной ухмылке. – Может, ты и получил кайф, но, должна сказать, мне было не так весело. – Гнев нарастал, но я подавила его. Я не потеряю самообладание перед ним.
– Я уже сто раз за это извинялся.
– Верно. Перед моим автоответчиком.
– Потому что ты не отвечала на мои звонки.
– Что ты хочешь, чтобы я сказала, Джош? – Наконец я выпрямилась и посмотрела ему прямо в эти бледно-голубые глаза. Мужчина, смотревший на меня, был тем же Джошем, которого я помнила. На два года старше, но, насколько я знала, еще на два года более подлым. – Можешь считать меня старомодной, но я полагаю, что, когда ты бросаешь свою невесту, извиняться лучше с глазу на глаз.
– Эй, я сейчас здесь. – Он склонил голову набок, его тон смягчился, как будто это что-то значило. Его пальцы убрали прядь волос с моего плеча; от этого движения у меня по спине пробежали мурашки. Он придвинулся ближе, наклонив ко мне голову, так что мы оказались почти нос к носу. – И, как я пытался тебе сказать, я сожалею о том, что сделал.
– Неужели?
– Да, детка.
– Ага. И это было до или после того, как ты переспал с одной из моих лучших подруг?
Это правда. Во время этого сурового испытания я лишилась не только своего жениха, но и подруги. На самом деле, даже нескольких – как оказалось, некоторые люди не были теми друзьями, за которых я их принимала. Когда выбор встал между Джошем и мной, многие из них выбрали смазливого богатого мальчика.
Кто бы мог подумать.
– На самом деле мне стоит поблагодарить тебя за то, что ты помог мне увидеть, кто мои настоящие друзья и кто по-настоящему любит меня. И, спойлер, Джош: ты не входил в их число.
Я попыталась обойти его, но он загородил собой дверь.
– О, малышка. Почему ты такая? Нам могло бы быть так хорошо вместе снова.
– Я так не думаю.
– Ты просто должна дать мне шанс загладить свою вину.
Некоторые вещи действительно не меняются. Все тот же заносчивый сопляк, который думает, что имеет право на все, что захочет.
– Вообще-то, нет. Я – пас.
Я протиснулась мимо него и бросилась к двери, отомкнула замок и ворвалась в холл, увеличивая дистанцию между нами, прежде чем сделаю что-нибудь, о чем потом буду сожалеть, например, сотру с его лица эту глупую избалованную ухмылку.
– Кэтрин, постой. – Он последовал за мной в холл, схватил меня за руку и развернул лицом к себе. – Если ты только дашь мне шанс показать тебе… – И с этими словами он поцеловал меня.
Я ахнула, ошеломленная. Он просунул свой язык в мой открытый рот. Я даже не поняла, что его руки переместились на мою талию, пока его пальцы не впились в меня, и он не прижался ко мне всем телом. Я почувствовала пряжку его ремня, все еще расстегнутую, и его возбужденный член, упирающийся в мой живот под красным кружевным платьем.
И это меня жутко разозлило.
Потому что Джош Брекенридж-младший потерял всякое право целовать меня или прижиматься ко мне своим членом в тот момент, когда бросил меня.
Я вырвалась из его объятий и отвернулась, вытирая рот тыльной стороной ладони.
Джош снова поспешил встать у меня на пути. Мне пришлось резко остановиться, чтобы не столкнуться с ним.
– Да ладно, Кэт, – выдохнул он, – просто подумай об этом. Нас столько всего связывает в нашем прошлом.
– Да, Джош, – сказала я, тоже тяжело дыша, поток эмоций угрожал захлестнуть меня. – Так оно и есть. Прошлом.
Я прошествовала мимо него с колотящимся сердцем, оттолкнула его руку, когда он снова попытался схватить меня, и увидела, что в коридоре стоит Джесси Мэйс и смотрит на нас.
Его волосы были влажными и прилипли к шее. На нем все еще были кожаные штаны, но рубашку он сменил на рваную серую футболку, которая подчеркивала длинные мускулистые линии его загорелых рук, вены на предплечьях.
Я сглотнула, не зная, что сказать. Я перевела взгляд с него на Джоша, который подошел ко мне сзади.
Джесси пристально посмотрел на меня, а затем на Джоша, который явно не скрывал, что застегивает ремень.
Просто блеск.
Джесси размял правую руку, затем сжал кулак. Его пристальный взгляд остановился на мне.
– Ты в порядке?
– У нее все великолепно, – ответил за меня Джош. – Не так ли, малышка?
Я съежилась. За все годы, что я его знала, у Джоша никогда не было для меня милого или сексуального прозвища. А теперь все эти малышка, детка и красотка. Когда мы были вместе, он называл меня Кэт. Сокращение от Кэтрин. Что я всегда ненавидела. Никто не называл меня Кэтрин. Даже мои родители называли меня Кэти.
Я съежилась еще больше, когда он с важным видом направился к Джесси, протягивая ему для мужественного рукопожатия ту же руку, которой только что стряхивал мочу со своего члена.
– Джошуа, – сказал он.
Думаю, что на долю секунды я по уши влюбилась в Джесси Мэйса, когда он стоял совершенно невозмутимый, смотрел на его руку и даже не попытался ее пожать.
– Мы с Кэтрин просто вспоминали старые добрые времена. – Не стушевавшись, Джош сунул руку в карман. – И обсуждали кое-какие планы на
