слышал, что их разделили, – задумчиво произнёс Нориан, словно разговаривал с Кару, но андроид молчал, потому что не уловил в этой фразе вопрос.
Увидев недалеко двух офицеров и группу солдат сопровождения, Нориан покинул планолёт и подошёл к ним. Продемонстрировал свой личный уровень допуска. Мимо промчался антигравитационный погрузчик. Он перевозил боеприпасы. Нориан ещё до него обратил внимание на такой же. Это штурмовые боеприпасы предназначены для вскрытия усиленных укреплений на поверхности планет. Прозрачные белые капсулы с металлическими стержнями. Весьма эффективное оружие для взлома стен бункерных укреплений. Боец заряжал такой боеприпас в специальную ручную установку и с расстояния в киламин производил выстрел. Стержень во время полёта всё время ускорялся и, попадая в стену, «вгрызался» вглубь на несколько мекратонов, а потом самоподрывался. Микротрещины или просто трещины, образовавшиеся от удара, способствовали взрыву, и стена разлеталась на мелкие куски. Этой мощности вполне хватало для взлома, но не для разрушения укреплений, поэтому такое оружие использовали тогда, когда хотели, чтоб вражеские укрепления можно было восстановить, а не уничтожить полностью. Это оружие было меньшей копией орбитальный установки под названием «Удар гнева», когда точно такой же стержень, только в десятки раз больше и массивнее, запускался по целям на планете с её орбиты. Мощнейшая скорость и удар об поверхность превращали большие города в руины. Эффективно тем, что не загрязнялась поверхность и атмосфера планеты, как это происходит от иного более грязного оружия. Энергетическое оружие могло нанести серьёзный урон, но оно не могло пробить многоуровневые подземные бункеры. Сейчас такие же боеприпасы, но только уменьшенной копией и изменёнными функциями и для ручных установок, грузили на корабли с безмолвными.
– Полковник, куда направляется синяя гвардия? – поинтересовался Нориан.
– Производится укомплектовка штурмовых кораблей первого флота.
– Адмирал Камистер комплектует флот безмолвными? – удивился Нориан.
– Да, это личное повеление императора.
– Вот как…
Это было ново, потому что обычно безмолвных использовали как спец войска, а тут на постоянку. Пополнять ряды таких бойцов чрезвычайно сложно и долго, поэтому такой приказ можно было считать расточительством.
– Генерал? – полковник окликнул Нориана, тем самым оторвав его от размышлений. – Если это всё… мне нужно идти на посадку, – добавил он.
Нориан тут же отреагировал.
– Да, это всё, я просто хотел узнать куда направляют синюю гвардию.
Полковник отсалютовал Нориану и ушёл вместе со своим сопровождением в сторону корабля. После возвращения с границ империи Нориан отметил, что на Дориуме многое изменилось. Именно с этой базы Нориан по приказу Аргона отправился на крейсер посла Морикани. Тогда на базе безмолвных почти не было, а сейчас она стала для них чуть ли не основным местом пребывания. Саредос мало говорил о своих делах, да и делал это чрезвычайно редко, но Нориан отлично знал, что реформы, проведённые среди безмолвных, – это заслуга его приёмного отца. Ещё будучи во дворце, он отметил, что среди императорской охраны есть изменения.
Генерал вернулся к планолёту.
– Летим дальше, Кару, по маршруту.
Планолёт поднялся над поверхностью, ускорился и помчался к месту назначения. Генерал Актарас должен был поместить капсулу с прахом погибшего офицера в зал имперской славы штаба первого флота.
*****
Над входом в монолитный башенный комплекс, почти в воздухе, висит эмблема Куатарианского флота. Её сложно не заметить и тем более не узнать, особенно если ты служишь в имперском флоте. На входе никого нет: ни охраны, ни дроидов, но многочисленные устройства слежения уже давно засекли генерала и идентифицировали его. Это не основной вход в штаб первого флота, поэтому тут нет активного движения. Нориан не захотел заходить через главный вход. Дверь разблокировалась и с лёгким шипением ушла в проём в стене. Генерал, ещё будучи младшим офицером, тут был несколько раз. Впереди знакомый узкий длинный коридор, в котором можно разойтись только двоим. Он специально такой ширины на случай несанкционированного проникновения. Чуть что – коридор блокируют и заполнят газом. Всех, кто в нём окажется, ждёт потеря сознания, а потом, если ты шпион и враг, тебя ждут допросы с помощью бездушных холодных механизмов, которые не знают, что такое чувство жалости, и вырвут любое признание. В империи секреты тщательно охраняются, и если тебя поймали, то участь твоя незавидная. В переходе Нориан никого не встретил на своём пути. В конце коридора площадка расширяется на пять дополнительных переходов. Два ведут в следующий корпус, но в разные его секции. Один вёл на транспортную платформу для подъёма, ещё один на платформу для спуска, а пятый был тем переходом, который вёл в залы славы первого флота. Куатарианский первый флот легендарен и является самым старым и почитаемым флотом во всей империи. Он брал своё начала ещё с первых космических путешествий, которые совершили Торианцы в деле покорения космоса. Тогда большей частью первые корабли базировались на Торикандре и её орбите. Империя восхваляет своих героев, и империя не забывает своих героев, увековечивая их образ и память о них. Космические традиции первого флота такие же, как и традиции правящих домов – вечны и монументальны. Грандиозность буквально во всём. Залы славы – это ужатая за миллион лет история империи, запечатлённая в камне, мозаиках из многочисленных драгоценных кристаллов, статуях или каким иным способом, обеспечивающим многотысячелетнюю сохранность. Одним из древних способов, к примеру, являются упрощённые голографические технологии и обычные цифровые записи с большим объёмом данных. Архив первого флота – самый крупный из всех исторических архивов, что существовали в империи. Любой желающий гражданин мог, получив разрешение, посетить его и ознакомиться с великим прошлым, а после просмотра представить великое будущее.
Восхваление боевых побед – это в крови Торианцев периода первой империи. Если сравнить их тогда и сейчас, то это две разные расы, у которых, казалось бы, нет ничего общего, но это на самом деле не так. Последние сотни тысяч лет Торианцы стали более закрытыми и гораздо скромнее. Их больше интересовали исследования в галактике, а военные победы они оставили расам империи.
По традиции все штабы всех флотов имели трофеи крупных побед. Чаще это было демонстрационное оружие тех времён. Первым оружием для ближнего боя и стрельбы средней дальности у Торианских штурмовых отрядов являлось примитивное многофункциональное копьё, оно же являлось не только колющим оружием, но и энергетическим. Залп из него поражал плоть врага почти мгновенно, если не носить специальную броню. Нынешние образцы подобного оружия гораздо смертоносней. В древние времена первых космических войн усовершенствованные системы вооружения и защиты только разрабатывались. Активная гонка технологий шла буквально во всём. Порой, возможности вооружения часто опережали возможности защиты от него, и тогда слабые
