Вот почему на фоне всех пиковых Элементалистов существовала всего лишь крохотная кучка начальных Священных Лордов. Ибо требовалось обладать действительно чудовищной силой, чтобы пережить это бедствие. К тому же многим воинам и вовсе не хватало таланта для дальнейшего продвижения, из-за чего они даже подготовить свою душу к прорыву не могли.
Ну а некоторые культиваторы попросту боялись Священной Кары Небес. Ведь если в прошлых прорывах хоть и существовал немалый риск смертельного исхода, но он всё же был приемлемым, то теперь шанс умереть стремился практически к ста процентам.
А вдобавок существовало ещё одно ограничение: для призыва Священной Кары Небес воину требовалось собрать неимоверное количество энергии. И в некоторых периферийных мирах Ойкумены энергии для этого попросту не имелось. Собственно, из-за этого Старик Седой Горы и остальные так желали открыть Нерушимую Башню и уйти в следующий мир, поскольку на Саахе создать Священную Кару Небес они не могли.
После того как семеро Смотрителей уселись, на портальной площадке стали появляться ещё воины. Все они также были Священными Лордами, пускай и более низких уровней, которые тоже служили Старксу. Это были различные Надзиратели, например, Калия — начальница Алекса, алхимики, ремесленники и просто защитники Удийна. Всего их появилось около двух сотен, что не могло не впечатлять.
Ибо если не считать крайне редких Небесных Монархов, то сила любой серьёзной организации культиваторов Никрима зависела от количества их Священных Лордов. И тот факт, что в подчинении у Старкса их было ненамного меньше, чем у полноценных королевств большинства рас, вызывал у зрителей трепет.
Когда Священные Лорды наконец уселись на свои места, портальная площадка снова засветилась. Появилось две новые фигуры, одной из которых был лично Старкс Кулак Грома.
Как только зрители увидели его, то, казалось, максимально громкий шум, резко стал ещё сильнее. Трибуны буквально утонули в криках радостных горожан. В тот момент даже активировался массив арены, которому пришлось подавить столь мощный звук, способный убить обычного смертного или даже очень слабого культиватора.
Увидев, как его приветствуют, Старкс помахал рукой, улыбнулся, а затем произнёс короткую речь. После этого он направился к отдельному возвышению ложи, где одиноко стояли два роскошных кресла.
Что же касалось того, кто появился одновременно со Старксом, то этим воином был Линий Гард — правая рука властителя сильфов и его брат близнец. Пиковый Священный Лорд, которому тот же Лекс и в подмётки не годился, был сильно похож на человека, однако всё же отличался несколькими деталями. Его глазницы были чуть больше, чем у людей, а из светящихся голубых глаз постоянно изливался синий туман. На лбу у воина пылал такого же цвета удивительный узор.
Сильфы являлись расой, имеющей схожую с дорганами историю. Только вместо божественных зверей, их прародителями являлись божественные духи. Здесь, в Никриме, обитали сильфы трёх видов: сильфы ветра, сильфы моря и сильфы пламени. Собственно, к первым Линий Гард — особый гость Старкса — и относился.
— Публика тебя, как всегда, обожает, — прокомментировал Линий, сев рядом с правителем Удийна. Только он имел право находиться на одном уровне со Старксом.
— А тебя, как всегда, не замечает, — ответил эльф.
— Просто мне это не нужно, — пожал плечами сильф.
— И нетрудно тебе использовать Волю Мастера аж на двести тысяч зрителей? — спокойно поинтересовался Старкс.
— Не переживай. Я уже давно привык.
— Вот как. Ладно, — произнёс эльф. — И что же ты приготовил на этот раз? — решил он перейти к теме рабского турнира.
— Увидишь, — впервые за день улыбнулся Линий. — Но тебя это сильно удивит. На этот раз ты точно поведаешь мне секрет Настоя Семи Изумрудов.
Настой, про который говорил сильф, вероятно, являлся самым дорогим алхимическим препаратом на всём континенте. И секрет его производства знали только в Удийне.
А таким дорогим Настой Семи Изумрудов был по той причине, что серьёзно увеличивал шансы пережить Священную Кару Небес. Пиковые Элементалисты и Священные Лорды всего Никрима желали этот настой, но позволить себе его могли лишь единицы. Впрочем, даже у самых бедных культиваторов имелся шанс получить его. Ведь время от времени Старкс проводил конкурс, по итогам которого выбирал нескольких воинов, которым предлагал стать его слугами взамен на Настой Семи Изумрудов. Одна порция — пятьсот лет служения. Очень многие соглашались на это, из-за чего Старкс и смог собрать у себя так много Священных Лордов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Что же касалось Линия, то ему лично настой был не нужен. Во-первых, он обладал огромной силой, и был сам способен пережить бедствие, а во-вторых, он уже достиг пика данной ступени. В действительности сильф хотел большего — он жаждал заполучить рецепт Настоя Семи Изумрудов, который позволил бы его расе вернуть былое могущество. Всё-таки последние двадцать тысячелетий сильфы Никрима переживали далеко не лучшие времена.
Старкс улыбнулся.
— Ты же помнишь, что лишь три раза из более чем сорока Кулачных Мордобоев первое место занимал раб, которого привёл не Лекс. То есть именно мои рабы всегда побеждают.
— Конечно, — спокойно кивнул Линий. — Но в этом году всё будет по-другому.
— Ты настолько уверен в своих рабах?
— Рабе.
— Что? — слегка удивился Старкс.
— Я выставил всего одного раба.
Правитель Удийна на секунду завис.
— Какая наглость, — немного оскалился эльф. В его разуме взыграл азарт. — И кто же это?
— Скоро сам всё узнаешь. Пока что он выглядит как самый обычный раб.
— Ладно. Тогда я подожду. Надеюсь, твоя уверенность хоть чем-то подкрепляется.
— Естественно, — фыркнул Линий. — Не считай меня за глупца, Старкс. Просто в данном случае я понял, что бессмысленно тратиться на других рабов, если мне хватит всего одного. Ведь против него у остальных бойцов нет ни шансов.
В мгновение ока над ареной развернулась Воля Мастера Старкса, при помощи которой он скрылся от зрителей, тем самым защитив их.
— А-ха-ха-ха, — раздался жуткий и подавляющий смех эльфа, который мог запросто убить несколько тысяч обычных зрителей, не достигших истинного мастерства. Ибо даже сидящим рядом Священным Лордам — слугам Старкса, пришлось использовать энергию, чтобы оградиться от мощи его смеха. Лишь Линий Гард продолжал спокойно сидеть. — Что же, посмотрим на это, — блеснули глаза Старкса.
* * *
Когда торжественная часть открытия Кулачного Мордобоя закончилась, пришла пора столь ожидаемых боёв. Над поверхностью арены, стоя на специальном артефакте, левитировала прекрасная Элементалистка-эльф, которая была главным судьёй и ведущей события.
— А сейчас я хочу объявить начало Великой Потасовки — первого этапа Кулачного Мордобоя! — усиленным при помощи артефакта голосом выкрикнула она. — Правила её просты! Из пяти сотен бойцов, находящихся сейчас на арене, в сознании должно остаться всего сто двадцать восемь! Сражения начнётся через десять… девять… восемь… — отлетая на специальной платформе в сторону, отсчитывала девушка. — Один! Начали!
В тот же момент ошейники перестали подавлять физические параметры рабов, позволив им начать сражение. Целую секунду никто не двигался, но затем воины резко сорвались со своих мест.
К Каю кинулось несколько крупных дорганов, которые явно стремились убить его, или хотя бы покалечить. Все они являлись друзьями погибшего Уруса, желавшими отомстить человеку.
И когда бойцы наконец приблизились на расстояние атаки, произошло нечто совсем неожиданное для них — Кай начал двигаться со скоростью, почти вдвое превышающей их собственную. Не успели бойцы опомниться, как троих из них настигли молниеносные и крайне мощные атаки парня. Получившие серьёзный урон рабы упали без сознания, став выбывшими, после чего массив арены покрыл их тела прочным барьером, дабы их не убили.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Оставшиеся четверо дорганов резко замерли. Ещё пару месяцев назад Кай в подобной ситуации произнёс бы что-то дерзкое и наглое. Специально, с целью спровоцировать противников, дабы те допустили ошибку, поддавшись эмоциям. Но теперь он был другим. Холод Пустоты блокировал практически все чувства мечника, делая его холодной машиной для убийств. И если в обычной обстановке Кай мог хоть на каплю сопротивляться, то в бою он, наоборот, использовал это.
