Бросил службу на благо империи, порвал все связи с семьёй и друзьями, отказался от карьеры и отправился за очаровательной графиней на Айснер, на свою родину. Но как только мы познакомились поближе, я понял, что вляпался по-крупному.
Надменная, холодная, жестокая — вот такой она оказалась в настоящей жизни. Она любила издеваться над собственными мужьями и теми, кто попадал в её нелегальный гарем разными путями. Кого-то из ребят пристроили родители, кто-то, как и я, по собственной глупости, купившись на красивую внешность или богатое наследство молодой графини, кого-то просто дарили, как настоящую игрушку. А потом, когда Доргане надоедало, от этой самой игрушки, только уже сломанной, избавлялись.
Самое страшное, что выбраться из её цепких лап ещё ни у кого не получалось. Доргана связывала себя с каждым мужчиной определённым тёмным ритуалом, который не позволял нам находиться долгое время (около недели) вдали от неё. Иногда она наказывала нас таким образом: просто исчезала на две недели, а мы в это время сгорали в сильнейшей агонии. Кости ломались сами собой, на теле образовывались синяки и открытые раны, а магия, что была запечатана внутри каждого из нас, причиняла адскую боль своими метаниями.
Некоторые новоприбывшие пытались бежать, но они не успевали даже за территорию особняка выйти. А вот наказание за такой проступок было настолько жестоким, что не все оставались в живых.
Её преступления тщательно скрывались от общественности её высокопоставленными родителями. А её "лучшая" подруга, по совместительству императрица Айснера — Цинтия, была такой же сумасшедшей, как и моя… жена. Я слышал, что они даже решили на время поменяться нами, то есть собственными мужьями. Но я настолько привык к извращениям Дорганы, что императрица вряд ли чем-то могла напугать меня. Кажется, что за все эти годы я потерял себя. От когда-то жизнерадостного и улыбчивого меня осталась лишь пустая оболочка. Постоянные извращённые пытки и унижения сломали во мне желание жить.
И вот настал тот самый момент обмена мужьями. Вот только жена почему-то взяла с собой во дворец только меня. Что происходит вообще? Почему только я?
Но, когда мы прибыли во дворец, Доргана приказала мне ждать её снаружи возле аэрокара (жена не любила перемещаться порталом), а сама скрылась за тяжёлыми двустворчатыми дверьми главного входа.
А потом на меня свалилось чудо. Самое настоящее чудо. Прекрасная златовласая незнакомка с притягательными, такими манящими губами. А её аромат с клубнично-шоколадними нотками просто сводил меня с ума. Истинная. Она моя истинная пара. Та, кого я и не мечтал уже встретить. Моя надежда на спасение из этого порочного замкнутого круга.
Где-то на краю сознания до меня доносились истошные вопли Дорганы, которая была просто в невероятном бешенстве от такого развития событий.
А после нашего внезапного поцелуя с прекрасной незнакомкой я почувствовал, что моя связь с графиней исчезла. Потому что начала образовываться новая, более крепкая и прочная связь — связь с тайминой. С той, что предначертана судьбой.
Первые минуты я не мог поверить своему счастью. Глаза девушки излучали лёгкое удивление вперемешку с интересом. Я чувствовал её эмоции и понимал, что мне досталась невероятно добрая, милая и нежная истинная. Я был готов остаться с ней даже слугой. Лишь бы ловить изредка её взгляд и видеть улыбку. Но она предложила стать её мужем, ошарашив меня этим заявлением.
А уж как удивился я, когда узнал, что один из истинных девушки мой давний друг — Сайрун.
— Рад тебя видеть, друг, хоть и не ожидал уже, — сказал мне Рун, утащив меня во дворец для знакомства с будущими побратимами. — Как ты жил всё это время? Я тебя искал, но ты будто бы сквозь землю провалился!
— Я и не жил всё это время, Рун, а существовал. А найти ты меня не мог из-за браслета из литинуса, который блокировал мою магию. Я… возможно, когда-нибудь и расскажу тебе о тех ужасах, но точно не сейчас, — ответил я ему, не собираясь вдаваться в подробности. — Хочу, чтобы ты знал, что Адарии может грозить опасность из-за меня. Потому что Доргана Хелф не прощает обид. А ещё она терпеть не может, когда кто-то берёт то, что принадлежит ей. И лучше будет, если я остановлю графиню до того, как она что-нибудь придумает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Не ты, а МЫ, Шей, — поправил меня Сайрун с серьёзным выражением лица. — Мы теперь одна семья, так что привыкай. И что ты предлагаешь сделать с графиней? Насколько я знаю, она прибежала сюда с намерением отхватить мужчин Цинтии, но получила от ворот поворот, — весело усмехнулся он.
— Я уже говорил, что у Дорганы есть особняк в империи Фаросия. Так вот, там есть тайник с подтверждающими её преступления уликами. Если эти улики попадут в руки совета трёх материков, то наказание графини не заставит себя долго ждать. Вот только достать их будет очень трудно.
— Ничего, мы справимся ради нашей девочки, — уверенно отозвался друг, похлопывая меня по плечу.
Вот только мы ещё не знали, несколько опасной и рискованной будет эта затея. Но за своё счастье стоит бороться и я точно уже не остановлюсь, даже если больше никогда не вернусь к истинной.
Глава 30. Особняк графини Хелф
Сайрун
Ещё совсем недавно я настойчиво пытался женить герцога Дормана Реверси, потому что думал, что это он организовывал нападения на меня. Да, я ему тогда сказал совершенно другую причину своего поступка. Ведь не мог же я без веских на то оснований обвинить Дормана в организации покушений на мою жизнь?
Во-первых, герцог — второй в Империи Фаросия по силе. После меня, конечно же.
Во-вторых, его магия опасна и непредсказуема. Но ровно до того момента, пока он не свяжет себя узами брака с подходящей леди. Потом его магия, как мне рассказывал один из отцов, изменится. Станет послушнее и безобиднее.
Ну а в-третьих, он меня просто раздражал. Но только до того момента, пока я не встретил Адарию. Свою милую найру.
Когда ко мне пришло знание о своей истинной, я был вне себя от счастья. А когда понял, где она появится, я разозлился. И накрутил себя до такого состояния, что придумал этот дурацкий план с перевоплощением в слугу герцога, от которого, к слову, я собирался избавиться благодаря зелью бешенства.
Делить свою истинную с подозреваемым в нападениях на мою жизнь герцогом я ни в коем случае не собирался. Но судьба распорядилась иначе.
Когда девушка упала на меня, я растерялся от захлестнувших меня чувств.
А вот найра ничего не поняла. Она не могла чувствовать нашу связь из-за моей иллюзорной магии, которую я применил для смены своего внешнего вида.
Поэтому я должен был за максимально короткий срок завоевать её сердце, не прибегая к раскрытию собственной личности.
И у меня это стало получаться уже в этот же день! А потом, когда она предложила мне прогуляться вместе, я просто был на седьмом небе от счастья.
Вот и наговорил ей разной ерунды тогда. Особенно про необычную особенность нашего воздуха, который якобы помогает понимать наш язык. Я даже не задался вопросом, почему мы друг друга понимаем…
А когда она пропала прямо из моего дворца, я действительно испугался. Метался по всему дворцу в поисках этой неуловимой леди, пока меня не остановил Дорман. В тот вечер мы знатно выпили, а наши развязанные языки растрепали все секреты и тайны, после чего между нами зародилось какое-то зерно дружбы и взаимоуважения.
Но тогда мы не ожидали того, что Адария окажется истинной наследницей Айснера и ненаследной принцессой Эдиона! Да и того, что у неё уже есть первый муж никто из нас тоже не ожидал.
Но все эти события по-настоящему изменили меня. Я теперь просто не представлял жизни без этой сильной, но такой ранимой девушки. Не было больше того взбалмошного молодого императора, который наслаждался своим высоким положением. Не было больше того безумного желания быть у власти. Было лишь желания быть со своей семьёй и дарить своей любимой радость и счастье. Но вот если только кто-то расстроит Дари… я за себя не ручаюсь.
