class="p1">Довольный собой, я прошел в самый дальний конец склада к двери на выход, которую заметил, когда бегал с выпученными глазами вдоль огромных запасов «добра». С сожалением я прошел мимо всего самого полезного: квадроцикла, трактора и пластиковых модулей для строительства комфортабельной базы. Эх, нескоро смогу построить душ и туалет. Я решительно дернул ручку замка двери и вошел в новое помещение, которое оказалось лифтовым холлом. По центру размешался терминал в виде пюпитра с экраном, а на трех стенах располагались раздвижные двери трех лифтов.
Изумительно! Мое сердце радостно забилось, когда смог найти на терминале пункт назначения «Космодром «Лесной». Вот какой он на фиг «лесной», когда вокруг пустыня на многие тысячи километров?! Остальные пункты назначения лифтов тоже были мне очень интересны: энергостанция, склад военного назначения, подземная фабрика редкоземельных металлов, археологический объект повышенной опасности. Но для меня космодром был в приоритете, потому что это была возможность обзавестись собственным космическим транспортом.
Я выбрал нужную мне клавишу и правый лифт бесшумно открылся. Внутри он был как самый обычный: пустая кабина два на три метра, без каких-либо кнопок. Едва я зашел, как двери закрылись и лифт тронулся. По ощущениям мне казалось, что он движется вверх и правее, но я мог ошибаться. Движение все ускорялось, и через несколько минут я почувствовал, что он летит с бешеной скоростью. Тогда я сел на пол и принялся читать инструкции.
Сначала я прочитал всю инструкцию к двигателю «Суперконд». Оказалось, что внутри двигатель состоит из нескольких шаров, надетых друг на друга, как в матрешке, во внутреннем находится сверхпроводник СВ7 02, который в случае подачи на него энергии начинает отталкиваться от поверхности планеты из-за действия на него силы гравитации. Изменяя количество энергии, можно регулировать высоту, на которую он вытолкнет летательный аппарат.
Потом было несколько защитных слоев в шаре, а в одном из внешних слоев находились мощные магниты, целых тридцать две штуки, равномерно распределенных по всей поверхности. Когда на магниты выборочно подавалась энергия, то сверхпроводник начинал отталкиваться и от них, так можно было обеспечить движение летательного аппарата в горизонтальной плоскости и под различными углами. Плюсом было то, что аппарат с таким двигателем двигался как угодно – хоть боком, хоть задом. Он мог резко менять курс, почти мгновенно останавливаться, а минус в том, что на пилота могли свалиться гигантские перегрузки.
Если случайно неосторожно дернешь джойстик и перегрузка будет в 15g, то потеряешь сознание, а движущийся аппарат может столкнуться с препятствием или продолжить набирать ускорение до смертельных значений перегрузки. В инструкции не рекомендовалось использовать двигатель без помощи искусственного интеллекта корабля.
Потом я читал инструкцию к снайперской винтовке, которая тоже оказалось сложным устройством. Она действительно пробивала броню, все существующие гражданские скафандры и большинство военных, за исключением сверхтяжелых штурмовых. Она могла пробить и бронетехнику, если стрельба велась с расстояния до пятисот метров, а пуля входила в броню под прямым углом. Броня внутри рассыпалась на мелкие осколки, которые начинали рикошетить от внутренних стенок бронекапсулы, поражая экипаж. Жесть, конечно, в наше время таких смертоносных винтовок вроде не было.
Глава 10. «Ах, заря, заря, заря…»
Пока читал, а продолжалось это около пяти часов, мой лифт достиг пункта назначения. Сначала он начал замедляться, а потом, остановившись с едва слышным шелестом, открыл кабину. Я надел шлем скафандра, который до этого момента был пристегнут на спине, и включил режим мимикрии под серый цвет стен. Изображение на экране внутри шлема воспринималось как настоящая реальность. Я абсолютно не замечал, что на мне цельнометаллический шлем без стеклянного окошка: куда бы я не скосил глаза, везде видел обычную картину происходящего, как будто был вообще без шлема. То, что он все же на мне, подтверждали несколько полупрозрачных меню управления системами скафандра и оружием. Так как в помещениях космодрома был полумрак, я сначала добавил яркости экранам, но потом, обнаружив адаптивный режим отображения, включил его.
Когда вышел из лифта, его дверь закрылась, и я отметил, что она была спрятана в нише. Не зная, что тут дверь, найти её было практически невозможно. Хмм, Саид умел хранить свои тайны: вряд ли кто-то смог бы попасть на склад с космодрома.
За единственной дверью в зале с лифтом оказалась диспетчерская башня. Просмотрев данные терминала, я нашел «Зарю» в седьмой пусковой шахте, убедился, что она распознается защитными системами космодрома как дружественная цель, мельком пролистал все защитные системы объекта. Оказалось, что кроме сторожевых кибернетических псов и летающих дронов, есть еще и ракетная система обороны от враждебных космических кораблей. На мой взгляд, оборонительных систем было немного, не было ни лазеров, ни плазмы, но зато ракеты были автономны от внешнего источника питания.
Весь огромный комплекс на двенадцать пусковых шахт находился под землей: когда корабль взлетал, то сверху на поверхности открывалась крышка, а после взлета – закрывалась. Через какое-то время ее заносило песком и о существовании здесь огромного космодрома сторонний наблюдатель ни за что бы не догадался. Над поверхностью возвышалась только диспетчерская башня, но, чтобы её найти, нужно было выйти на прямую видимость.
Не могу передать, какое же разочарование я испытал, когда обнаружил свою «Зарю». Это было очень старое суденышко, все потрепанное, с облезлой краской. Оно было, ну, очень небольшим, имело вид металлического бруска, стоящего вертикально в пусковой шахте. Высота – восемь метров, ширина – три с половиной. На одной из боковых граней был длинный манипулятор и три гнезда для присоединения спасательных капсул. Ни оружия, ни брони, ни крыльев судно не имело. Минимализм, так сказать, в апогее.
Я взобрался в крошечную кабинку, лег в кресло космонавта, которое было одновременно и криокапсулой, и смачно выматерился. Реальность оказалась совсем не такой, как в моих мечтах. Половина систем в «Заре» отсутствовала, в наличии оказалось только самое необходимое: ракетный двигатель для взлета с планеты, ядерный двигатель для перемещения по звездной системе, система криосна, радар, связь, простенькая программа для управления двигателями. Все! Системы жизнеобеспечения для поддержания воздуха и температуры, компенсатор перегрузок, искусственная гравитация, какое-либо вооружение отсутствовали. Это значит, что я не смогу снять скаф «до конца поездки». Ну ничего, прорвемся!
Я вылез из кабины, нашел терминал стартовой платформы и запустил процесс заправки, чтобы потом протестировать работоспособность имеющихся систем. В шахте сработала сирена, начали мигать красные лампы, выходы заблокировались. Оказалось, что из-за упрощения конструкции, сразу после заправки должен был произойти старт, так как системы слива топлива на судне были ликвидированы. Изумительно! А
