– И если вы правы?..
– Мне надо осуществить один небольшой план. Если мои идеи верны, то раскроется сенсационный заговор. Он станет сенсацией именно для вашей газеты.
– Идет, – радостно отозвался Дэшвуд.
– Речь пойдет об оскорбительном заговоре против одной женщины.
– Еще лучше. Материал с сексуальным подтекстом всегда пользуется успехом.
– Тогда садитесь и слушайте.
V
Ходили разговоры.
В пабе «Гусь и перья» в Литтл-Уилмингтоне беседовали посетители.
– Ну, я этому не верю. Джон Хэммет, он всегда был честным человеком, это точно. Не таким, как некоторые из этих политиков.
– Так говорят обо всех мошенниках – до того, как их разоблачат.
– Говорят, он сделал тысячи фунтов на нефтяном бизнесе в Палестине. Просто мошенническая сделка.
– Все они одним миром мазаны. Грязные мошенники, все подряд.
– Об Эверхарде такого не скажешь. Он представитель старой школы.
– Да, но я не могу поверить, что Джон Хэммет способен на такое. Нельзя верить всему, что пишут газеты.
– Жена Ферриера – дочь Джона Хэммета. Вы видели, что там пишут о ней?
Они читали и перечитывали захватанный руками экземпляр «Экс-рей ньюс».
«Жена Цезаря? Мы слышали, что одна леди-политик из очень высоких кругов была замечена недавно в странном окружении. Вместе со своим жиголо. Ох, Дагмара, Дагмара, как вы могли так согрешить?»
Чей-то хриплый голос медленно произнес:
– Миссис Ферриер не из таких. Жиголо? Один из этих паршивых итальяшек…
Второй голос возразил:
– С женщинами никогда нельзя знать наверняка. Они на все способны, если хотите знать мое мнение.
VI
Ходили разговоры.
– Но, дорогой, я лично этому верю. Наоми слышала об этом от Пола, а ему сказал Энди. Она совершенно порочная женщина.
– Но она всегда была такой немодно одетой и благопристойной и открывала благотворительные базары…
– Всего лишь маскировка, дорогой. Говорят, она нимфоманка. Это всё описывали в «Экс-рей ньюс». О, не так прямо, но можно прочесть между строк. Не знаю, откуда они узнаю́т такие вещи…
– Что ты думаешь обо всем этом политическом скандале? Говорят, ее отец украл фонды Партии…
VII
Ходили разговоры.
– Мне неприятно об этом думать, это факт, миссис Роджерс. Я хочу сказать, что всегда считала миссис Ферриер очень хорошей женщиной.
– Вы думаете, все эти ужасные слухи – правда?
– Как я уже сказала, мне неприятно так о ней думать. Она только в прошлом июне открывала базар в Пелчестере. Я стояла от нее так близко, как сейчас от этого дивана. И у нее была такая приятная улыбка…
– Да, но я говорю, что нет дыма без огня.
– Ну, разумеется, это правда… О господи, кажется, никому нельзя верить!
VIII
Эдуард Ферриер, с бледным, напряженным лицом, сказал Пуаро:
– Эти нападки на мою жену! Они оскорбительны, совершенно оскорбительны! Я подам в суд на эту грязную газетенку.
– Я не советую вам этого делать, – ответил Эркюль Пуаро.
– Но эту грязную ложь нужно остановить.
– Вы уверены, что это ложь?
– Да, черт вас побери!
Пуаро слегка склонил голову к плечу:
– Что говорит ваша жена?
На мгновение показалось, что Ферриер неприятно поражен.
– Она говорит, что лучше не обращать внимания… Но я не могу так поступить, ведь о ней все говорят.
– Да, все говорят, – ответил Эркюль Пуаро.
IX
А затем во всех газетах появилось маленькое объявление:
«У миссис Ферриер случился легкий нервный срыв. Она уехала на отдых в Шотландию».
Домыслы, слухи – точные сведения о том, что миссис Ферриер находится не в Шотландии и никогда не была в Шотландии.
Истории, скандальные истории о том, где в действительности находится миссис Ферриер…
И снова разговоры.
– Я вам говорю, Энди ее видел. В этом ужасном месте! Она была пьяна или обкурена, с этим ужасным аргентинским жиголо, Рамоном. Вы его знаете!
Еще разговоры.
Миссис Ферриер сбежала с аргентинским танцовщиком. Ее видели в Париже, под действием наркотиков. Она уже много лет на наркотиках. И пьет как сапожник.
Постепенно мнение благочестивой Англии, сначала недоверчиво отнесшейся к этим слухам, ожесточилось против миссис Ферриер. Кажется, что-то в этом есть! Не такая женщина должна быть женой премьер-министра. «Иезавель, вот она кто, ничем не лучше Иезавели!»[17]
А потом появились снимки.
Миссис Ферриер сфотографировали в Париже: она сидит, развалившись, в ночном клубе, ее рука фамильярно обнимает за плечи темноволосого, смуглолицего, порочного на вид молодого человека.
Другие снимки: в полуодетом виде на пляже, голова лежит на плече этого бездельника жиголо… И подпись внизу: «Миссис Ферриер развлекается…»
Через два дня на «Экс-рей ньюс» был подан иск по обвинению в клевете.
X
Дело со стороны обвинения было открыто сэром Мортимером Инглвудом, королевским адвокатом. Он держался с достоинством и был полон справедливого негодования. Миссис Ферриер пала жертвой бесчестного заговора, который может сравниться лишь со знаменитым «Делом об ожерелье королевы», знакомым читателям Александра Дюма. Тот заговор был устроен с целью опорочить королеву Марию-Антуанетту в глазах народа. Нынешний заговор также был затеян с целью дискредитировать благородную и добродетельную леди, которая занимала в этой стране положение жены Цезаря. Сэр Мортимер с горечью обвинял фашистов и коммунистов: и те и другие стремились подорвать демократию всевозможными несправедливыми обвинениями. Потом он перешел к опросу свидетелей.
Первым был епископ Нортумбрии.
Доктор Хендерсон, епископ Нортумбрии, был одним из самых известных фигур английской церкви, человек большой святости и цельности характера. Он отличался широтой взглядов, терпимостью и был замечательным проповедником. Его любили и почитали все, кто его знал.
Он занял место для дачи свидетельских показаний и поклялся, что между упомянутыми датами миссис Эдуард Ферриер гостила во Дворце вместе с ним и его женой. Она так устала от своей деятельности на почве благотворительности, что ей порекомендовали хороший отдых. Ее визит держали в тайне, чтобы избежать внимания журналистов.
Знаменитый врач выступил после епископа и подтвердил, что предписал миссис Ферриер отдых и полное отсутствие волнений.
Местный доктор вслед за епископом дал показания и засвидетельствовал, что наблюдал за здоровьем миссис Ферриер во Дворце.
Следующей вызвали свидетельницу Тельму Андерсен. В зале суда поднялся возбужденный шум, когда она заняла место свидетеля. Все сразу же заметили поразительное сходство этой женщины и миссис Эдуард Ферриер.
– Ваше имя Тельма Андерсен?
– Да.
– Вы датская подданная?
– Да. Я живу в Копенгагене.
– И вы раньше работали там в кафе?
– Да, сэр.
– Расскажите нам, пожалуйста, своими словами, что произошло восемнадцатого числа прошлого марта.
– К моему столику подошел джентльмен, английский джентльмен. Он сказал мне, что работает на английскую газету «Экс-рей ньюс».
– Вы уверены, что он назвал именно эту газету, «Экс-рей ньюс»?
– Да, уверена, потому что, видите ли, сперва я подумала, что это медицинская газета[18]. Но нет, это было не так. Затем он сказал мне, что есть одна английская киноактриса, которая хочет подобрать себе «дублершу», и что я как раз нужного типа. Я не часто хожу в кино и не узнала названное им имя, но он сказал мне, что она очень знаменита и что она нездорова и поэтому хочет, чтобы кто-то появлялся вместо нее в публичных местах, и за это она заплатит очень большие деньги.
