class="p1">Только через час мне удалось попросить Макса отойти, чтобы поговорить с ним. У меня тряслись руки, подгибались колени, но я упрямо шла к своей цели. Мне казалось, что если скажу, что если он узнает, то что-то обязательно случится. В моей голове, напичканной розовыми бабочками и сиропом, мы чуть ли не свадьбу играли.
— Слушаю тебя, — те же слова звучали и в тот день. Правда, тогда он не говорил столь холодно, от его слов не шевелились волосы на затылке и не бегали мурашки. Голос Макса хотелось слушать без остановки. Сделать себе запись и затереть кнопку повтора бесконечными нажатиями.
— Ты мне нравишься! — выпалила на одном дыхании, глядя в эти невозможные серые глаза.
Я не знала, как отреагирует Картер. Не знала ничего, кроме одно: я желаю, чтобы он знал про мои чувства. Однако я не надеялась на взаимность. Мечтала о ней, о том, что он будет моим, но и его присутствия в моей жизни достаточно.
— Ты мне тоже нравишься, Кэти, — мягко ответил Картер. — Как друг.
— Но ты мне нравишься не как друг… — мне стало стыдно, плохо и вообще, зачем я решилась признаться?!
Он улыбнулся, и все мои негативные мысли ушли, испарились в воздухе. Я улыбнулась ему, но моя улыбка увяла, когда парень продолжил:
— Ты просто еще маленькая, Кэти, чтобы понимать свои чувства.
— Ты же сам сказал Костику, что я достаточно взрослая! Ты же… — слёзы обожгли глаза, но я сдержала их. Нельзя плакать. Я не слабачка.
— Эй, ты чего? Все хорошо, — его сильные руки обняли, согревая и даруя спокойствие. — Не плачь.
— Я не плачу.
— Вот и молодец, что не плачешь. Я тогда имел в виду другое. Не чувства. Для них ты очень маленькая и еще не осознаешь, что это и как оно работает. И только не обижайся, пожалуйста.
Сжала его плечи и вдыхая его запах, спросила тихо-тихо:
— Я некрасивая?
— Что за глупости, Кэти? Конечно, красивая. Очень красивая.
— И красивее Оли? — Оля Канарейкина, наша соседка, всем мальчикам нравилась. Даже Костику, хотя он и отрицал.
— Красивее, — согласившись, повторил Картер.
И я ему поверила.
В тот раз я с готовностью поверила во всё, что он говорил. Пусть он и лгал.
Глава 6
Сделав глубокий вдох и сморгнув дымку воспоминаний, я расправила плечи и сделала то, зачем пришла сюда.
Посмотрев в холодные, как пропасть, глаза, сделала шаг навстречу и ткнула указательным пальцем в грудь бездушной стене по имени Макс Картер.
— Ты совсем берега попутал?! — сразу начала я с повышенного тона и принялась буквально вколачивать пальцем каждое слово в его грудь. — Не смей. Мне. Угрожать! Не смей. Мне. Запрещать. Встречаться. С парнями! Не смей. Мне. Указывать!
И с каждым этим словом холодная усмешка на губах парня, становилась всё шире, делая ямочку на подбородке ещё выразительнее.
Картер перехватил мою руку, слегка сжав запястье и отвёл её в сторону, после чего склонился, глядя прямо в душу, и тихо-тихо шепнул:
— Неприятно?
Я даже растерялась слегка, но быстро взяла себя в руки.
— Да не то слово! Ты ведёшь себя как… как…
— Как? — вздёрнул он бровь.
— Как ревнивый бандит!
Макс моргнул, затем ещё раз, а после рассмеялся. Причём рассмеялся так, будто я анекдот рассказала, хотя была зла как орда демонов перед набегом на райские кущи. После Картер прикрыл глаза ладонью и явно попытался с собой справиться. От такой реакции я зависла. Давно уже не видела, чтобы он был весёлым.
— Чёрт, Малая, ты снова это делаешь, — улыбаясь, выдал “бандит”. — Никаких намёков, я тебя предупреждал.
— Я не намекаю! — возмутилась я. — Ты действительно ведёшь себя так, будто я твоя девушка! Что значит "не общайся, не шляйся и не позволяй себя провожать"? Я понимаю, что Костик тебе лучший друг, но давай ты не будешь выходить за грань? — распалилась я окончательно, когда увидела, что Макс успокоился и сейчас внимательно меня слушал. — Я совершеннолетняя и имею полное право гулять и встречаться с кем захочу и когда захочу!
Улыбаться он перестал, но теперь там, на дне ледяного взгляда, снова трескался лёд.
— Ну, попробуй, Малая.
И я поняла, что он не шутит. Сейчас Картер говорил серьёзно, предупреждал, угрожал. Отступив, почувствовала, как сбивается от неприятного ощущения в груди дыхание.
— И что ты сделаешь?
Он шагнул ко мне и повторил, когда я снова отступила.
— Важно другое, Малая.
— Что? — делаю ещё шаг назад, но неожиданно упираюсь спиной в стену.
Макс улыбается выступает вперед и упирается ладонью в стену поверх моего плеча.
— Я тебя предупредил. Сделаешь по-своему — крепко пожалеешь.
Я хотела высказать всё, что об этом думаю, но почему-то не могла и слова вымолвить. Будто кто-то вынул из меня стержень и оставил стоять на дрожащих ногах перед сыном дьявола, который бесцеремонно подхватил прядь моих волос и намотал на указательный палец, гладя их большим пальцем.
Его действия странные. Настолько странные, что я не нахожу им логичного объяснения. А ещё сердце стучит, как отбойный молоток, явно собираясь пробить дыру в груди.
— Поняла, Кэти? — спросил, переведя взгляд на мои губы.
Они мгновенно пересохли, вызывая желание облизать, провести языком. А ещё… а ещё я почувствовала возбуждение. Треклятое возбуждение, в котором не хотела бы себе признаваться. Оно скользило под кожей, стягивало напряжением соски, которые, наверняка, отчётливо проступали под тонкой тканью шёлковой блузки.
Это не Макс! Дело вовсе не в нём, просто я разнервничалась и… я не знаю.
— Поняла, — прошептала, хватая его за запястье, как он недавно, и отвела в сторону, высвобождая светлый локон из его захвата. — Поняла, что ты полный придурок, Картер.
Он не ответил. Да я и не ждала ничего, просто выбралась из-под его руки и быстрым шагом направилась в сторону лестничного пролёта.
— Я предупредил, — донеслось до меня ледяным тоном.
Даже не дрогнула. Пусть предупреждает, сколько ему влезет. Что он может сделать? Не убьёт же Игната, в конце концов. Хотя тот парень в татуировках одним только своим видом говорил об обратном. Что их всех связывает?
Весь день я была как на иголках. Старалась не думать о поведении Картера, потому что логика мне отказывала. Где-то внутри я хотела верить, что он смотрел на меня, как на девушку, но… Это же Макс. Парень, который за последние несколько лет прикасался ко мне исключительно, чтобы придержать или помочь.
Что я должна подумать?
Выдохнула, успокаиваясь, и сунула конспект в сумку. Хотелось поскорее добраться до общежития, сварить кофе
