решаюсь. Мы же вечно в контрах, а это как… проявить слабость или…
Ай, к черту эти условности!
— Поехали. Бегу. Я сейчас! — бегом залетаю в комнату и переодеваю футболку с котятками на что-то более серьезное, на ходу хватаю рюкзак и бегу к Тимуру, терпеливо ожидающему меня у двери.
Надо же, а он сегодня просто душка. Ни одного язвительного комментария в мой адрес, что очень на него не похоже. В другое время он бы уже обсыпал меня колкостями с головы до ног.
Думаю об этом, пока спускаемся вниз, к парковке возле дома.
— Держи! — едва успеваю поймать шлем, который Тимур кидает мне, когда мы оказываемся возле байка.
Так, стоп, возле байка???
— Мы, что, на нем поедем? — кошусь в сторону блестящего в лучах утреннего солнца стального коня и ежусь от легкого ветра.
— Да, проблемы?.. А, черт. — Спохватывается Ярцев и, стянув с себя легкую кожанку, вдруг подходит ко мне и накидывает на мои плечи. — Вот так лучше.
И почему-то не убирает руки, держит их дольше положенного. И стоит так близко, что я задыхаюсь от легкого аромата его парфюма или геля для душа
— Шлем застегивать умеешь? — и голос у него низкий такой, чуть хриплый, словно он простудился немного или...
— Неа, — мотаю головой, пытаясь отогнать наваждение. — Поможешь?
Или не пытаясь? Может быть, я уже ныряю в эту грезу с головой?..
Он аккуратно водружает шлем мне на голову и, прежде чем застегнуть, убирает мои распущенные волосы внутрь, чтобы не мешались. От его легких прикосновений мурашки по коже, мне кажется, я перестаю дышать, глядя в непривычно серьезное и сосредоточенное лицо Ярцева.
Какие у него красивые черты лица, замечаю шрам прямо на левой щеке — так и хочется дотронуться руками, обвести его контуры.
— Вдеваем ремешок и фиксируем, — комментирует он свои действия, заставляя вернуться меня в реальность.
Вот это я поплыла! Никогда со мной такого не происходило, даже со Стасом.
— Не давит?
Мотаю головой в ответ, не в силах вымолвить ни слова. Похоже, у меня отказала "говорилка". И мозги, раз я ведусь на Ярцева, как первокурсница, которая его не знает.
Ау, Зоя, у него на тебя компромат!
Это напоминание немного отрезвляет, приводит в чувства.
— Спасибо, дальше я сама, — перехватываю застежку и защелкиваю. — Поехали, а то опоздаем.
Тимур ничего не говорит в ответ, но на его губах появляется кривая усмешка. Отлично, он тоже вернулся в свое прежнее состояние. Да, это к лучшему, нам нельзя забываться, ведь мы всего лишь играем роль двух горячо влюбленных друг в друга людей.
Пусть уже поскорее закончится это безумие, пока мы сами не превратились в безумцев...
Но, кажется, безумие только начало свое действие.
— Держись за меня крепче, — Ярцев берет мои ладони и заставляет обхватить его живот, когда я залезаю на байк и сажусь позади него.
Нет, я понимаю, что таковы правила безопасности, но...
Для моей нервной системы сейчас это, мягко говоря, ту мач.
Однако не сопротивляюсь и не возражаю, просто делаю, что он говорит.
Правда, всю дорогу до универа я только и делаю, что пытаюсь не придавать значение тому, что мои руки покоятся на его твердом, как камень прессе. На одном из особенно крутых поворотов закрываю глаза и прижимаюсь щекой к его широкой спине. От его одежды вкусно пахнет свежестью мяты и... свободы.
Даже немного завидую Ярцеву, ведь он реально свободен: может делать то, что ему хочется. А у меня с самого детства — шаг влево, шаг вправо — расстрел... Ну насчет последнего я утрирую, конечно, но... Так хочется иногда просто нарушить все возможные правила, забить на все наставления родителей и... И что?
Потерять голову? Умчаться в закат с принцем на белом на коне?
Ах, Зоя, Зоя, ты же прекрасно знаешь, что принцев не существует. Как в любимом меме Вики, принцев нет, остались только кони...
Окей, допустим, их нет, тогда, почему сейчас Ярцев так похож на такого вот принца, вытаскивающего принцессу из лап серых будней? На железном коне, да, не идеальный, но...
— У тебя пальцы ледяные, — касается моих рук своими, когда мы тормозим на светофоре. — Засунь-ка их под под футболку, не хватало еще, чтобы ты заболела. — Добивает меня окончательно Ярцев тем, что уверенным движением руки чуть задирает свою одежду и кладет мои ладони прямо поверх голого тела.
Своего голого, идеального тела. Омг!
Моментально заливаюсь краской и, если бы не попутный ветер, бьющий в лицо, давно бы сгорела от стыда.
Он такой горячий. Ну, пресс Ярцева. И такой...
Интересно, настоящий? Нет, ну мало ли. Слегка щупаю, чтобы удостовериться в том, что кубики свои, заработанные физическими упражнениями, а не дутые. Или как это правильно называется?
Зоя
— Нравится? — нагло ухмыляется гаденыш, заметив мое смущение.
— Смотри на дорогу, — бурчу под нос, не зная, куда себя деть от праведного стыда.
Это называется, поймали с поличным! И зеленый все никак не загорится, так бы Ярцев не видел, как я заливаюсь краской.
А ему, я поняла, только дай повод подразнить меня. Ну в таком случае… отморожу уши назло маме!
Уже хочу убрать руки, как вдруг Ярцев перехватывает их свободной левой ладонью и чуть сжимает сквозь тонкую ткань футболки.
— Оставь, я пошутил. — А в голосе ни капли издевки, говорит так, словно самому хочется… греть мои ладошки.
Не могу сдержать улыбки. Пальцами еще раз пробегаюсь по уже знакомой территории, от чего Тимур, как мне кажется, вздрагивает и ежится. Интересно, от холода или от того, что ему… приятны мои прикосновения?
Так хочется, чтобы причина была во втором.
— Не шали, малыш, иначе мы можем не доехать до учебы, —
