Я поднял голову и смахнул воду с глаз.
Я уже почти рядом.
Я справляюсь! Осталось чуть-чуть!
Потом она прикоснулась ко мне.
Вроде-бы я вскрикнул.
Я попытался вырваться из ее хватки, но её руки, царапая ногтями, перебежали с моих плеч по груди и животу. Вреда мне она не причинила, я лишь почувствовал неприятное покалывание по всему телу. Я перестал плыть и потянулся вниз, чтобы убрать её руки, но был недостаточно быстр. Оцарапав кожу, они уцепились за резинку моих боксеров. Я ощутил грубый рывок. Моя голова погрузилась под воду. Мне стало трудно дышать, и я оставил попытки ухватиться за руки Девы. Потянулся руками вверх, словно бы хотел ухватиться за перекладины лестницы, которая выведет меня на поверхность, к воздуху. Лёгкие требовали кислорода.
Дева тащила меня все дальше и дальше на глубину.
Тянула меня вниз за трусы-боксеры.
Они сползли до колен, потом до щиколоток. Наконец они исчезли.
На мгновение я оказался свободен.
Я рванулся к поверхности, быстро перебирая ногам. И достиг её. Задыхаясь, я втягивал ночной воздух. Отчаянно барахтался в воде, дико размахивая руками и переворачиваясь. В лунном свете я увидел Коуди и Руди, стоящих на берегу.
— Помогите! — взревел я. — Помогите! Это Дева!
— Ну, я же тебе говорил! — крикнул в ответ Руди.
— Не повезло! — крикнул Коуди.
— Пожалуйста! Сделайте что-нибудь, пацаны!
И они сделали. Судя по всему, каждый из них поднял руку в лунном свете и показал мне средний палец.
А руки те, что под водой, схватили меня за щиколотки. Я хотел закричать, но предпочел сделать глубокий вдох. Не прошло и мгновения, как меня вновь дёрнули вниз.
Ну, вот и все! Она схватила меня! Боже мой!
Я схватился за детородный орган.
В любую секунду её зубища…
Вверх поднялись пузырьки.
Я услышал их булькающий звук и почувствовал щекотку, когда некоторые из них коснулись моей кожи на пути вверх.
Какую-то секунду я думал, что пузырьки — это газ, поднимающийся из разлагающегося трупа Девы. С другой стороны, она была мертва уже сорок лет. Процесс разложения должен был давным-давно завершиться.
Следующей моей мыслью было: Кислородные баллоны!
Водолазное снаряжение!
Я перестал брыкаться. Подтянул ноги, сделал внезапный выпад руками между ступней и вцепился в часть снаряжения, оказавшегося впоследствии, если я правильно понял, загубником. Я рванул его что было мочи.
Видимо, она наглоталась воды, потому как дальше всё пошло на ура. Она почти не сопротивлялась.
Ощущение было такое, будто она голая, без учёта маски, кислородного баллона и грузового пояса. И она не была разлагающимся трупом. Её кожа была гладкой и прохладной, и у неё была великолепная грудь с большими словно резиновыми, сосками.
Я далеко не был с ней нежен, врезал ей прямо там, в глубокой воде.
Затем я потащил её в сторону острова, чтобы парни не могли нас видеть. Оттуда протащил её еще несколько метров до поляны, где она оставила свой фонарь.
В свете фонаря я смог разглядеть, кто она такая.
Впрочем, я уже и так догадывался кто это.
После того, как она заманила меня на островок в качестве дублера Эшли, Луиза, должно быть, не теряя времени, надела свое водолазное снаряжение и перебралась в озеро, чтобы на сей раз прикинуться Девой.
В свете фонаря она выглядела потрясающе. Её груди блестели и светились между лямками. По ходу дела она лишилась маски. Я также снял с неё кислородный баллон и пояс. Теперь она была совершенно голой.
Она лежала на спине, кашляла, задыхалась и сотрясалась от спазмов, заставляющих всё её тело дергаться и трястись — зрелище весьма занятное.
Некоторое время я наслаждался шоу. Затем пошел к ней.
Это было нечто невероятное.
Поначалу она не могла отдышаться, чтобы производить много шума. Однако через некоторое время разразилась визгом.
Я понимал, что Коуди и Руди кинутся ей на подмогу, как только услышат её крики, поэтому я с размаху обрушил ей на голову пояс с грузами. Он проломил ей черепушку, покончив с ней.
Затем я поспешил к оконечности островка. Коуди и Руди уже были в озере и резво пустились вплавь.
На самом деле, я хотел застать их врасплох, и также проломить им головы, но знаете что? Я был избавлен от возможной возни. Они преодолели примерно половину пути до острова. Затем, один за другим, они испустили истошные крики и пошли топором ко дну.
Я не мог в это поверить.
И до сих пор не могу.
Но они так и не всплыли.
Видимо, их Дева прибрала.
Почему их, а не меня?
Возможно, Дева пожалела меня, из-за того, что мои так называемые «друзья» так некрасиво со мной обошлись. В конце концов, нас ведь обоих кинули парни, которым мы доверяли.
Кто знает. Чёрт возьми, может быть у Коуди и Руди просто внезапно случился припадок, и Дева тут ни при делах.
Как бы то ни было, наша короткая вылазка на Затерянное озеро в итоге оказалась на порядок удачнее, чем я мог когда-либо мечтать.
От Луизы захватывало дух.
Немудрено, что люди настолько увлечены сексом.
В конечном итоге я утопил Луизу в озере вместе с её снаряжением. Я нашел каноэ, на котором она, должно быть, добралась до острова, забрался в него, взял весло и погрёб обратно на пляж. Затем я проехал почти до самого дома на «Чероки» Коуди.
Тщательно стёр в машине все отпечатки пальцев и, наконец, что не менее важно, предал автомобиль огню. Я вернулся домой в целости и сохранности незадолго до рассвета.
А сигара — это Сигара
Вонь пришла как раз около десяти вечера. Бет закрыла глаза и глубоко задышала ртом, но запах не уходил. Тут всегда спасал бурбон, так что она встала, выключила телевизор и пошла на кухню.
На холодильнике стояла полупустая бутылка. Стакан, покоившийся на горлышке бутылки, тихо позвякивал всю дорогу назад в гостиную. Она с ногами села на диван.
Держа бутылку под носом, Бет открутила крышку. Аромат бурбона смешался с отвратительным смрадом, заглушив его.
— Чертовы сигары, — пробормотала она в тишине.
***
До свадьбы Рэнди никогда не курил. Началось это семь месяцев спустя, одним тихим июньским вечером. В их квартире на Иден-стрит было ветрено от вентиляторов. Рэнди пришел, бросил галстук на спинку стула и поцеловал ее. Верхняя губа была влажной от пота.
— Как дела на работе? — спросила она.
— Эй, а мы получили заказ от Харрисона.
— Отлично.
— Сорвали куш.
— Прекрасно.
— А еще у Джима Блейка родилась двойня. Мальчик и девочка. — Улыбаясь, он с плутоватым видом заиграл бровями и достал из нагрудного кармана пару сигар. Сигары были длинные, тонкие, как палец, коричневые под целофанной оберткой.
— Близнецы, говоришь? — Бет села к нему на колени и обняла за плечи. — Придется постараться, чтобы догнать.
— Пора бы начать уже.
— Сначала ужин, пока не остыл.
Они ели салат «Краб Луи»[19] при свечах. После ужина, попивая кофе, Бет услышала шуршание целлофана и подняла голову. Рэнди снимал пленку с сигары.
— Не смей, — сказала она.
— Присоединишься?
— Шутишь? Да я даже не притронусь к этим…
Она умолкла и ее улыбка погасла, когда темное, перекошенное лицо Рэнди показалось над одной из свечей. Пламя колыхнулось к кончику сигары.
— Рэнди, ну пожалуйста, я не переношу их запах.
Лицо над свечами, все словно в синяках от пляшущих теней, усмехнулось. Губы выпустили дым в ее сторону.
— Неплохо пахнут, а?
— Ужасно.
***
Часы с кукушкой забили десять, и Бет отвлеклась от воспоминаний. Она смотрела, как пластмассовая птица отбивает поклоны за каждый час и ждала, что вслед за птицей счастливые балканские крестьяне под циферблатом закружатся в танце. Они не пошевелились. И тогда она вспомнила — те не танцевали с тех пор, как они съехали со старой квартиры на Иден-стрит.
