на посадку в аэропорт «Манас». Двигатели «Боинга» стали звучать мягче. Из створок с характерным шумом вышли шасси. Пилоты начали готовить машину к самому главному и ответственному манёвру самолета – приземлению. Писатель размышлял.
Полёт – вечная мечта человека. Когда небо покорилось ему – это было подлинное чудо. Но человек привыкает ко всему. Вот и перелёты с континента на континент для него стали обыденным делом. Да что там, полёты в космос стали повседневными. Человечество увидело обратную сторону луны, хотя со времён сотворения мира никто не видел её тёмную сторону. Может быть, и не стоило человеку заглядывать туда, где его не ждали. Ведь неспроста у каждой вещи есть обратная сторона. И не всегда познав её, мы пытаемся делать добро. Не от того ли на земле происходят войны, не от того ли мы не можем победить человеческие пороки – зависть, жажду власти и богатства, алчность. И не стоит, наверное, забывать, что человеку вместе с жизнью даётся испытание души, которая проверяется богатством и бедностью, властью и послушанием, свободой и неволей.
Айтматов вспомнил, что римские императоры проходили через триумфальную арку под крики подданных: «Посмотри назад и не забывай, что ты человек». Эти слова не давали им упустить из виду простую истину: всё в мире преходяще. Ничего вечного нет. Поистине главная заповедь жизни!
Писатель посмотрел в иллюминатор. Под крылом самолета была его родная земля. Для кыргыза земля предков – это больше чем земля. Перед его глазами вдруг всплыли горные пейзажи родного Таласа. Земля великого Манаса. Не зря отец в тот ужасный тридцать седьмой отправил их на родную землю, в Шекер. Он знал точно – земля предков хранит дух народа, и только соль родной земли могла дать силу его семье выдержать все испытания, которые легли на плечи хрупкой женщины, матери его детей Нагимы. И Айтматов всю свою сознательную жизнь был безмерно благодарен этой великой женщине, выдержавшей непростые испытания судьбы. Во имя своей великой любви к мужу, она смогла вырастить и воспитать детей достойными людьми, славными сыновьями и дочерьми своего отца. И, наверное, дух Манаса не зря покровительствовал писателю, который когда-то добился от руководства республики, чтобы аэропорт, в который сейчас готовился сесть борт № 1213, назвали в честь легендарного народного героя – «Манас», а не, скажем, имени Дружбы народов или Ленина. Когда-то наша интеллигенция с выдающимся казахским писателем Мухтаром Ауэзовым сумела сделать так, чтобы Манас не утратил своей значимости в стране Советов, и тем самым был спасен от забвения. Впоследствии Айтматов, где бы он ни находился, пропагандировал эпос «Манас» и гордился им как великим наследием кыргызов.
Полёт подходил к концу. Писатель вдруг подумал: «Если бы отец был жив, смог бы я добиться славы мирового писателя?» На этот вопрос, наверное, он никогда не найдет ответа. Но одно он знал точно – порой родители неосознанно жертвуют собой, чтобы их дети достигли больших высот. Наверное, потеря одного из родителей может пробудить в человека такие его способности, о которых и он сам и не помышляет. Получается, и у человека есть обратная, невидимая сторона, как и у луны. И не каждому дано знать, что может быть на обратной стороне его души…
Он снова посмотрел в иллюминатор. Где-то там, в предгорьях, лежит село Чон-Таш. Это место стало последним пристанищем многих славных людей. Там покоились безвинно убиенные выдающиеся сыны кыргызского народа. «Правильно было бы назвать это место Ата-Беитом, отцовским упокоем, – вдруг подумал писатель. – Ведь не зря они отдали свои жизни. И впредь пусть никогда не будет подобных репрессий, уничтожающих цвет нации». Не знала тогда душа писателя, что спустя годы его похоронят рядом с отцом, а спустя еще два года после его смерти, рядом с ним похоронят молодых ребят, которые отдадут свои жизни за справедливость. Но это всё будет потом, и писатель ничего не мог знать заранее. Но он точно знал одно: всё исходящее от человека имеет обыкновение возвращаться. Если посыл позитивный, то он во стократ вернётся тебе добром. И даже когда-то сказанное тобой слово не исчезнет без следа, не реализовав заложенный в нем потенциал…
Шасси «Боинга» мягко коснулись посадочной полосы, и пассажиры с облегчением вздохнули. За удачное приземление кто-то благодарил Бога, кто-то – провидение. Своё «спасибо» за благополучный исход полёта писатель в очередной раз направил неведомому духу – Икару. После чего, когда самолет подрулил к рукаву, взяв ручную кладь, он неспешно двинулся к выходу. Все пассажиры улыбались друг другу и обменивались любезностями. Впереди многих ждала встреча с родными и близкими. Такова закономерность любого пути человека – в конце его непременно кто-то ждет.
***
На холмах предгорий Чон-Таша никто и никогда не видел сразу столько народу. Люди длинной вереницей, тянущейся из долины, нескончаемым потоком шли друг за другом к месту, где были обнаружены останки расстрельных. Птицы, завидев внизу множество людей, улетали прочь от этого непонятного места. Они не знали, что у людей большое горе, и те пришли сюда не за тем, чтобы нагнать страху на всё живое в округе, а чтобы исполнить свой человеческий долг. Об этом, увы, не знала пернатая живность. Птицы были напуганы тем, что человек нарушил их спокойствие, разыскав и раскопав яму, которая устрашающе зияла посреди предгорий, где они обитали. Теперь птицы разлетались кто куда. О, если бы они узнали всю правду, может быть, не стали бы так пугаться. Прониклись бы состраданием к пришедшим людям. Но кто мог рассказать птицам об этом… Вокруг возвышались лишь немые свидетели трагедии далёких лет – горы Чон-Таша. И если бы горы умели говорить, то они, наверное, рассказали бы птицам о том, что здесь давным-давно расстреляли много людей, тела их бросили в ту яму и закопали, чтобы никто и никогда не узнал правду. И если бы небо умело говорить, оно бы рассказало им, что собравшиеся люди были их детьми, внуками и жёнами, и что они пришли сюда почтить память погибших, захоронить их останки подобающим образом. И если бы деревья и камни умели говорить, они рассказали бы, как долго и сильно страдали сердца этих людей, которых не по их воле разлучили с любимыми и близкими. И хотя птицы далеки от человеческих эмоций и не умеют чувствовать так, как чувствует человек, они всё же смогли уловить, что люди там, на земле горюют, и им тяжело. Возможно, по этой причине, чтобы не нарушать их скорбь, птицы решили на время улететь прочь
