состоянии. Вот только мисс Томпсон не хочет уезжать. Она даже не спала толком. — Отстукиваю указательным пальцем по столу. Новости конечно же не самые хорошие. Вздыхаю, начиная массировать переносицу указательным и большим пальцем.
— Хорошо, я понял, скоро буду. — Отключаюсь.
Да, придётся забрать девушку, ибо завтра мне нужна помощница бодрая и здоровая.
Марта возвращается в кабинет с бумагами. На ее губах усмешка, когда она подходит к столу и кладёт все на поверхность, но оставляет в руках один лист.
— Твоя Анна оказалась не таким уж белым и пушистым зайчиком. — Произносит издевательски, поглядывая в лист.
— Не тяни. — Злюсь. И без того усталость даёт знать, так ещё и она пытается интригу навести.
— Ты в курсе, что она в понедельник вечером запросила в бухгалтерии пятнадцать тысяч? Вот даже чек на ее имя. — Отдаёт лист, в котором расписано все, от времени и до реквизитов моей помощницы. Хмурюсь, вчитываясь. Нет, это действительно Анна.
Она не могла запросить такие деньги как аванс, ведь эти деньги, как ее восемь зарплат. Такое впервые. Она даже аванс не брала за все время, что работает в моей компании.
Что вообще за хрень происходит? Неужто Анна тоже замешана в проделаках Аманды?
Звоню директору охраны.
— Мне нужны записи с камер видеонаблюдения за последние три дня сейчас же. — Произношу, не веря в то, что я мог пригреть две змеи на груди. Одна уже вычислена, ею оказалась Аманда, а вот чтобы второй оказалась Анна... я не мог поверить.
Хотя, в тихом омуте черти водятся.
Через десять минут на моем компьютере появляются видео, которые я внимательно изучаю.
Все таки в моей компании две змеи, и видео с камер наблюдения это подтверждают.
Глава 20
За два дня мое состояние стало никаким. Ничего не хотела. В голове были мысли лишь о маме. Мамочке. Когда я узнала, что она перенесла клиническую смерть, так жизнь будто и вовсе выбили из тела.
Я плакала. Кричала. Просилась к маме, чтобы убедиться, что с ней все хорошо. Что она дышит. Улыбается. Говорит. Но меня не пускали.
— Анна, успокойтесь. С вашей мамой все в порядке. — Доктор держит меня за плечи, пытаясь вбить в мою голову то, чего я не слышала.
— Нет, нет! Пустите меня к ней, пожалуйста! — Рыдаю. Слёзы ручьём текут по щекам.
Мне в руку вкололи успокоительное, и так не дали увидеть маму. Я сидела в приемной на диване и просто смотрела в стену. Всю ночь не спала, а когда кто-то входил, вскакивала, надеясь, что меня позовут к маме, но нет.
— Мамулечка моя. — Шепчу, и сгибаюсь, снова содрогаясь в рыданиях.
Лишь на следующий день доктор все объяснил мне, когда я немного пришла в себя.
— Операция прошла успешно, но произошла внезапная остановка сердца. Мы вовремя успели. Анна, уже нет повода для беспокойства. — Доктор сидел напротив меня, смотрел мне в лицо. — Вам бы поехать домой и отоспаться. — Быстро качаю головой.
— Нет, я останусь здесь. — Говорю охрипшим голосом. Доктор вздыхает, на секунду прикрыв глаза.
— Сегодня вы все равно не сможете посетить ее, так как она ещё находится…
— Я. Останусь. Здесь. — Говорю решительно. Марк покачал головой и встал, доставая свой мобильный.
— Хорошо. — Все, что говорит и оставляет меня одну.
Запускаю пальцы в волосы и хнычу. Снова слёзы скатываются из глаз.
Я не видела маму сутки. Вчера утром я была такая счастливая, когда увидела ее, хоть и больную, но увидела. Она всеми силами заверяла меня, что все будет хорошо, а в итоге, после того, как ее увезли в операционную, слышала о ней только от врачей.
В голове крутились разные предположения, почему мне не хотят давать увидеть ее, и одна из них: «чтобы я не видела ее мертвое тело». От этого меня передернуло. Но эта мысль ещё перед посещала голову.
— Анна. — Слышу знакомый голос, со знакомыми нотками власти, знакомый тембр.
Почти сразу поднимаю голову, встречаясь взглядом с боссом. Он нависал надо мной как коршун, смотря своим орлиным взглядом.
Может быть в другой день, я бы как-то отреагировала на его присутствие, например, сжатием мышц в животе, но не сегодня, и не сейчас. Я была выжата как лимон.
За окном почти смеркалось, а часы показывали начало девятого вечера.
— Что вы здесь делаете? — Задаю вопрос осевшим голосом.
Со всеми заботами я совершенно позабыла о том, что у меня есть работа, на которую нужно завтра выходить.
— Приехал, чтобы забрать тебя домой. — Усмехаюсь. А он не изменяет себе, даже сейчас, видя мое состояние, не может убавить тон.
— А я никуда не поеду. — Заявляю вальяжно. — Хоть увольте, плевать. Я хочу увидеть свою маму. — Дэвид хмурится.
— Не заставляй меня применять меры. — Хэнкс вытаскивает руки из карманов брюк.
— Плевать. Я вас не боюсь. — Шмыгаю носом, ненавидя себя за то, что снова готова разрыдаться.
Замечаю в дверях Марка, который с осторожностью наблюдал за нами. Неужели он виноват в том, что сейчас босс стоит передо мной?
— Анна. — Почти рычит мужчина. Вскакиваю с места, с яростью смотря в лицо босса.
— Что Анна? Я хочу увидеть МАМУ! Хочу увидеть, что с ней все в ПОРЯДКЕ! Я весь день прошу, хотя бы глазком на неё взглянуть, чтобы убедиться в том, что она жива. — Высказываю все Дэвиду, который смотрит на меня и не один мускул не дрогнул на красиво очерченном лице мужчины. Меня бесит его безэмоциональность.
— Марк, в чем проблема? — Спрашивает Дэвид, все ещё смотря на мое лицо.
— Сэр, ее мама находится…
— В чем проблема? — Жёстче произносит мужчина. Никак не реагирую на его жестокость, продолжая играть с ним в гляделки.
— Если только посмотреть со стороны. — Доктор не решает больше распинаться, и ведёт меня к маме.
Дэвид остаётся внизу, пока я в предвкушении поднимаюсь в лифте. Сейчас я увижу маму, и все мои глупые мысли рассеются.
Я действительно вижу ее, только через окно палаты, в которой она лежала. Палата явно был ВИП, так как мама лежала там одна. В уюте и комфорте. Даже цветы были. Смотрю на умиротворенное лицо родного человека. Аппараты поддерживают ее жизнь, сердце бьется,
