В чашу на алтаре начала капать кровь. Она медленно стекала по желобу. И я не мог отвести глаз от этого зрелища. Не помню, сколько раз кричали наверху, а в ответ столько же раз ярко вспыхивал свет. Вот я и увидел Шабаш, а кровь все текла и текла по желобу в большую чашу на алтаре. Но я был не просто наблюдателем, я раздвоился. Часть меня находилась с Ллуром, в его Золотом Окне, дрожа в ожидании очередной жертвы, а другая половина стояла с членами Совета, деля их радость соучастия. Я был рядом со своими врагами и своей Медеей.
Я очнулся от наваждения. Что меня спасло — не знаю. Слишком долго я был не с моими лесными жителями, а на Шабаше. Какой-то внутренний голос, дал сигнал мозгу, что опасно проводить здесь столько времени, сейчас я должен находиться в другом месте. Неизвестно чем бы все закончилось, если бы я продолжал наслаждаться жертвами, приносимыми не мне.
Мозг возвращался к окружающей действительности, но он делал это очень медленно. С огромным трудом оторвал я себя от созерцания Золотого Окна. И вот я снова стоял в темноте, голова кружилась, но я был в своем теле, правда, неизвестно, Бонда или Ганелона, но в теле, а не в мыслях Ллура. Опасное это было занятие даже приближаться к нему. Матолч, Эйдери и Медея стояли на своих местах, они были полностью поглощены мероприятием и ни о чем больше не думали. А мне следовало поторапливаться, если я все-таки хотел идти в атаку на замок и потом стать хозяином Темного мира!
Я отправился в обратную дорогу, так же полагаясь на свои ноги. Они не подвели на пути сюда, значит, не должны были подвести и на обратном. Вниз по лестнице и сквозь невидимую дверь я вышел на дорогу, ведущую к замку Совета. Все это время я продолжал давить в себе экстаз, восторг от увиденного зрелища. Перед глазами был свет Окна и кровь, текущая по желобу, а в ушах стояла песня Медеи, громче и громче звучавшая в такт моим шагам.
Когда я вернулся к Ллорину, он чуть не задохнулся от возмущения. Еще когда я бежал к нему по дороге, невидимые воины с явным облегчением заворочались — чувствовалось, я вернулся очень вовремя. Еще чуть-чуть и они бы могли, не дожидаясь меня, броситься на штурм замка.
— Давай сигнал! — крикнул я Ллорину. — Вперед!
Над долиной раздался звонкий сигнал рожка. Он окончательно вернул меня к действительности и заставил действовать активнее.
Я почувствовал почти тот же экстаз, который только что испытывал, находясь в замке на Шабаше! Мне удалось различить свой собственный крик в реве толпы, идущей в атаку на замок. И даже удалось какое-то время вести их вперед!
Оглушительно загрохотали выстрелы, и голосов уже не было слышно, а взрывы гранат ярко осветили замок. До нас донеслись нестройные крики солдат Совета, и по их разрозненности было понятно: они в растерянности.
Ганелон знал, что они быстро оправятся. Матолч очень хорошо тренировал солдат, да и сам он был прекрасный боец. Вдобавок они были вооружены крайне опасным для лесных жителей оружием.
Что ж, скоро прольется немало крови и с той и с другой стороны — когда солдаты придут в себя и начнется серьезная схватка.
Но меня ждали более важные дела, чем стоять и смотреть на их драку. Пора было заниматься своими делами. Взрывы гранат проделали в стене отверстия достаточные для того, чтобы пробраться вовнутрь замка, что я и сделал. Ясно слышались звуки пролетающих мимо пуль, но я был уверен, что нахожусь в безопасности. Ведь со мной сегодня были Нории. А жизнь, взятую у них, не сможет прервать никто посторонний.
Моей целью было найти Гэста Райни, который, возможно, сидел в одной из башен замка, а может, был в забытьи или наблюдал за схваткой. Я надеялся, что он не знал о моих усиленных поисках встречи с ним и что я уже совсем рядом.
Мне удалось проскочить в ворота замка, не обратив на себя внимания суетившихся стражников. Моя одежда не была похожа на зеленое тряпье повстанцев, поэтому меня никто не мог принять за атакующего, а в лицо меня знали не все, да и еще было темновато.
Широкими скачками я помчался по лестнице наверх, где должен был находиться тот, кого я искал!
12. Арфа Сатаны
Странные ощущения! Замок Совета! Пока я прислушивался к своим ногам, то был уверен, куда мне надо идти. Я и помнил и не помнил эти стены одновременно. Мне стало ясно, что этот туман добавляла все еще существующая память Бонда. Пока я шел быстро, мне ничто не угрожало. Ноги сами помнили дорогу. Но как только я начинал сомневаться и мой мозг пытался контролировать ситуацию, я начинал теряться. Пока же я ни о чем не думал — все было прекрасно, и я уверенно приближался к своей цели.
Эти коридоры, вроде бы знакомые залы, мозаика стен добавляли больше и больше к моим знаниям. Хотя второй человек, сидевший во мне, не переставая удивлялся чудесному окружению. Видя некоторые фигуры и скульптуры, Бонд с радостью отмечал, что нечто подобное было создано и на Земле, только прообразы считались мифическими созданиями. Люди с туловищем коня не так уж редки в Темном мире, а на Земле — предмет мифов.
Согласитесь, что мозг, состоящий из таких составляющих, являлся источником силы, хотя иногда и подводил меня. Сейчас было самым важным добраться до места, найти Гэста Райни и сделать это, пока он был в пределах досягаемости. Пока Нории и Фрейдис были на моей стороне!
Память Ганелона говорила мне, что Гэст Райни находился в самой высокой башне замка. Там же было все что мне нужно, — Маска и Жезл, но самое главное сокровище, оружие против Ллура, лежало где-то глубоко в закутках памяти Райни!
Мне обязательно нужно добыть все это, для этого я и затеял приступ замка и вообще всю эту возню. Наверное, будут какие-то сложности на пути к цели. Не могли люди типа меня и Матолча оставить все без охраны, даже в присутствии самого Райни, ведь эти вещи означали гибель Совета и их собственную гибель тоже.
Даже я, Ганелон, имел какой-то предмет, спрятанный в этой сокровищнице. По закону Темного мира те, кто занимается черной магией, сначала должны сделать предмет, который приведет к их гибели. Все имели такой предмет, но никто не имел к ним доступа. Память Бонда тут же провела аналогию со сказками и преданиями про земных колдунов. Практически все колдуны и ведьмы имели предмет, который мог их погубить, а силы добра всячески пытались раздобыть его, чтобы положить конец злодействам! Обычный баланс добра и зла. Везде должно быть равновесие, количество отрицательного должно равняться количеству положительного! Мы, члены Совета, не могли захватить такого могущества и власти, не создав определенной управы на нас! И уже наша забота была спрятать все это получше, чтобы оттянуть собственную смерть и превратить свое существование в подобие бессмертия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
