Роканнон поднял предостерегающе руку: вошел, не произнося ни слова, один из товарищей Пиаи.
— Пойдем, — прошептал Роканнон на диалекте ольгьо.
Он жалел, что они не ушли до прихода двух охотников, и Яхану тоже было не по себе.
Вошел Пиаи, и Яхан сказал ему:
— Мы пойдем по суше; хорошая погода должна продержаться, пока мы будем огибать залив. Не приюти нас ты, нам бы никогда не пережить эти две холодные ночи. И мне бы никогда не услышать, чтобы кто-то подражал так пению пеллиуна. Пусть всегда в охоте тебе сопутствует удача!
Однако Пиаи стоял неподвижно и безмолвствовал. Потом плюнул в огонь, повращал глазами и заговорил отрывисто:
— Решили обогнуть залив? Вы же хотели переправиться на лодке. Лодка есть. Мы вас на ней перевезем.
— Сбережет вам шесть дней пути, — вступил в разговор Кармик, тот из двоих товарищей Пиаи, который был поменьше ростом.
— Да, шесть дней, — подхватил Пиаи. — Лучше мы вас переправим на лодке. Можем прямо сейчас пойти.
— Ладно, — сказал Яхан, взглянув на Роканнона; отказываться было опасно.
— Тогда пошли, — проворчал Пиаи.
Им не предложили даже провизии на дорогу, и отправиться в путь пришлось сразу; Пиаи пошел впереди, а двое его товарищей — сзади. Дул резкий ветер, небо было безоблачное, снег не таял только на северной стороне, а вообще, кругом блестело, текло и хлюпало. Они долго шли по берегу на запад и наконец достигли небольшой бухточки, где среди камней и камыша покачивалась на воде лодка с веслами; солнце уже садилось. Небо на западе и вода в заливе от заката были красными; выше заката поблескивала прибывающая Хелики, самая маленькая из четырех лун, а на темнеющем востоке сияла похожая на опал Большая Звезда, второй компонент Фомальгаута. Между полными сверканья водой и небом уходили вдаль холмистые берега, неясные и темные.
— А вот и лодка, — сказал Пиаи, остановившись и поворачиваясь к Роканнону и Яхану; на лице его лежали красные отблески заката.
Его товарищи подошли и стали молча по сторонам обоих путешественников.
— Возвращаться назад вам придется в темноте, — сказал Яхан.
— Взошла Большая Звезда, ночь будет светлая, — отозвался Кармик. — Ну а теперь, юноша, нужно заплатить, тогда мы перевезем вас на лодке.
— Заплатить? — удивился Яхан.
— Пиаи знает, у нас с собой ничего нет. Этот плащ, что на мне, подарил он, — сказал Роканнон, больше не думая о том, что акцент может их выдать.
— Мы бедные охотники. Мы не можем ничего дарить, — сказал Кармик.
Он говорил тихим голосом, а взгляд у него был осмысленнее и злее, чем у Пиаи и третьего.
— У нас ничего нет, — повторил Роканнон. — Платить за перевоз нам нечем. Оставьте нас здесь.
— На шее у тебя мешочек, — сказал Кармик. — Что в нем?
— Моя душа, — ответил не моргнув глазом Роканнон.
Все замерли, но ненадолго. Кармик положил руку на рукоять своего охотничьего ножа и шагнул к Роканнону; то же самое сделали Пиаи и третий.
— Это ты был у Згамы, — сказал Кармик. — В деревне Тимаш об этом все рассказывали. О том, как голый человек стоял в горящем костре, потом обжег Згаму белой палкой и ушел, а на шее у него, на золотой цепочке, висел огромный драгоценный камень. Еще рассказывали о колдовстве и заклятьях. Я думаю, они все дураки. С тобой, может, и вправду ничего не сделаешь. Но вот с этим…
Молниеносным движением он схватил Яхана за длинные волосы, отогнул назад его голову и поднес нож к горлу.
— А ну, юноша, скажи этому чужаку, с которым ты путешествуешь, чтобы он заплатил за ночлег и пищу, не то…
Все стояли, затаив дыхание. Красные отсветы на воде уже потускнели. Большая Звезда на востоке засияла ярче; по берегу несся холодный ветер.
— Мы не сделаем юноше ничего плохого, — пробурчал, скривив свирепое лицо, Пиаи. — Сделаем, как я говорил, перевезем вас через залив — только заплатите. Ты скрыл, что у тебя золото. Говорил, что все золото потерял. Спал в моем доме. Отдай нам это, и мы вас перевезем.
— Отдам на том берегу, — сказал Роканнон.
— Нет, отдай сейчас, — потребовал Кармик.
Яхан, беспомощный в его руках, не шевелился. Роканнон видел, как на горле у Яхана пульсирует артерия, к которой приставлен нож.
— Только там, — мрачно стоял на своем Роканнон и угрожающе приподнял белую палку, на которую опирался, — приподнял так, чтобы обгорелый конец показывал немного вперед — Перевезете нас, и я вам это отдам. Обещаю. Но только сделай что-нибудь с юношей — и ты умрешь тут же, на месте. Обещаю!
— Кармик, он педан, — прошептал Пиаи. — Делай, как он говорит. Я две ночи был с ними под одной крышей. Отпусти мальчишку. Педан сделает, как обещал.
Кармик злобно уставился на Роканнона.
— Выброси белую палку. Тогда вас перевезем.
— Сперва отпусти Яхана, — сказал Роканнон.
Неохотно, но Кармик выпустил юношу, и тогда Роканнон, рассмеявшись Кармику в лицо, швырнул палку вверх и в сторону залива, и она, перевернувшись в воздухе и описав большую дугу, упала в воду.
Трое охотников с обнаженными ножами повели их к лодке; чтобы сесть в нее, пришлось войти в воду и стать на скользкие камни, о которые разбивались барашки зыби. Кармик с ножом в руке уселся позади Роканнона и Яхана, Пиаи же и третий охотник сели на весла.
— Ты и вправду хочешь отдать ему драгоценность? — шепотом спросил Яхан у Роканнона на «общем языке», которого эти ольгьо не знали.
Роканнон кивнул утвердительно.
— Прыгай за борт и уплывай с ней, Повелитель. Когда мы будем уже подплывать к берегу. Если драгоценность от них уйдет, они удерживать меня не станут…
— Просто перережут тебе горло. Тс-с….
— Они произносят заклинания, Кармик, — сказал третий охотник. — Хотят потопить лодку.
— Гребите быстрей, гнилые рыбешки. А вы оба молчите, не то я перережу мальчишке горло.
Роканнон сидел и смотрел, как берег позади них и другой, впереди, сливаются с наступающим мраком, а вода из красной становится темно-серой. Ему ножи были не страшны, зато охотникам ничего не стоило убить Яхана, и он, Роканнон, остановить их просто-напросто не успел бы. Можно было бы прыгнуть в воду и уплыть, но Яхан плавать не умел. Так что выбора у них все равно не было. Утешала только мысль, что драгоценность охотники получат не задаром.
Хотя медленно, холмы на южном берегу, сперва с трудом различимые, приближались к ним и приобретали более четкие очертания. С запада потянулись серые тени, на темном небе заблестели звезды; Большая Звезда, хотя была далеко, сияла ярче луны Хелики, которая теперь убывала. Стало слышно шуршание набегающих на берег волн.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
