сказала, что тяжело заболела. Потом случайно ее разговор с Настей, нашим юристом, услышал. Так вот, ничего серьезного у Анжелики и не было – она просто к женскому врачу бегала, а работа страдала! – Он осуждающе покачал головой.
– Она близко с этой Настей общалась?
– Да, дружили. Настя все про Анжелику знала. Первые дни врала мне, будто бы та и правда на похороны уехала. Потом уже вскрылось, что Анжелика ей все рассказала.
– О чем?
Леонид хмыкнул:
– О своих планах от мужа уйти.
– Настя все еще у вас работает?
– Нет, она в декрет ушла чуть ли не сразу, как Лика исчезла. Потом уволилась.
– Вы знаете, как с ней связаться?
Леонид продиктовал номер, Марк записал его в блокнот и снова посмотрел свой список вопросов.
– Кого еще из ваших сотрудников допрашивала милиция?
– Только меня и Настю.
– О чем вас спрашивали, не припомните?
– Их интересовало, кто где был. Все, кроме Лики, работали до семи, как обычно. Мне пришлось задержаться: заключения аудиторов планировал подписать. Ушел около восьми. Вахтер меня видел, – поспешно добавил Леонид и покосился на телефон Марка, записывающий разговор.
– Куда вы поехали из офиса?
– Домой, – с легким недоумением ответил Леонид, и Марк решил, что милиция, скорее всего, этим даже не поинтересовалась.
– Кто еще знал, что Лика взяла отпуск?
– Полина Раткина, еще один наш аудитор. Мне пришлось звонить ей и просить поработать из дома – она в то время болела.
– Какие отношения сложились между ней и Ликой?
Леонид усмехнулся:
– Да какие? Прохладные, можно сказать… Только не подумайте, что они прям ругались, нет – у нас был отличный дружный коллектив! – Он покосился на дверь, за которой по-прежнему раздавалось непрерывное клацанье клавиатуры. – Но у девушек была своего рода конкуренция. Когда Анжелика пришла – сразу стала незаменимой: брала на себя самые сложные случаи, после работы засиживалась, из дома частенько работала. Через полгода назначил ее старшим аудитором. Полина тоже неплохо справлялась, но по сравнению с Ликой проигрывала. А как опыта набралась, и ее до старшего повысил. Хороший работник, – подытожил Леонид.
Марк оживился:
– Значит, Полина по-прежнему здесь? Могу я с ней поговорить?
– Пожалуйста!
Леонид набрал секретарше – клацанье ненадолго прекратилось – и попросил вызвать Полину в приемную. Затем откинулся на спинку кресла и в молчании побарабанил пальцами по столу.
Поняв намек, Марк выключил диктофон и убрал мобильный в карман.
– Кстати, чем закончилась история с женским доктором? – поинтересовался он, подходя к двери вместе с Леонидом, который вызвался его проводить.
Тот развел руками.
– Да ничем. Хотел премии Анжелику лишить, но в результате так ей ничего и не сказал…
– Почему?
– Да как-то все не решался на такую деликатную тему заговорить. Да и… опасался, что дверью хлопнет. А ведь такие ценные кадры на дороге не валяются. Когда она с этим отпуском позвонила – грешным делом решил, что опять по врачам собралась. Но видите, как все получилось…
Марк кивнул. Эта девушка определенно умела настоять на своем, и ничто не могло помешать ее планам. Разумеется, кроме ее убийства.
Попрощавшись с Леонидом, он вышел в приемную. С дивана вскочила низенькая женщина с пепельно-русыми волосами, убранными в куцый хвостик.
– Полина? Очень приятно, Марк, – представился он. – Хотел поговорить с вами про Анжелику Мохову. Где мы можем это сделать?
Полина бросила взгляд на дверь в кабинет босса, потом сказала:
– Давайте у меня.
Она засеменила рядом с ним по узкому длинному коридору, ее макушка подпрыгивала где-то внизу. Видавший лучшие времена ковролин заглушал мелкую дробь каблуков. Вокруг стоял гул офисной жизни: за одной из приоткрытых дверей слышался дружный женский смех, за другой – приглушенный голос монотонно диктовал какие-то цифры. Где-то играло радио и ведущий обещал хорошую погоду на выходные.
Через минуту они зашли в просторную комнату, не уступающую размерами кабинету босса. Полина прикрыла за собой дверь.
– О чем вы хотели поговорить? – сухо осведомилась она, глядя на Марка снизу вверх.
Он заметил, что женщина так и осталась стоять возле входа. Она явно отвела ему роль нежеланного гостя и всячески это подчеркивала.
– Расскажете, какие отношения у вас были с Анжеликой?
– Наверное, вы уже слышали об этом от других? У нас не было никаких отношений.
– В чем это проявлялось?
– Да особо ни в чем – мы почти не общались.
Марк махнул рукой в сторону большого стола, заваленного папками и ежедневниками:
– Это кабинет Анжелики?
Полина поджала бледные губы.
– Это мой кабинет. Возможно, когда-то она здесь работала.
– Вы не заметили чего-нибудь странного в ее поведении перед исчезновением?
– Я за ней не наблюдала.
– Зачем вы приезжали к Анжелике на барбекю?
Полина открыла было рот, но, так ничего и не сказав, прошла к своему столу.
– Всех приглашали, – наконец произнесла она, усаживаясь на крутящееся офисное кресло. – Сплочение коллектива и все такое.
Марк приподнял брови:
– Вы могли и не ехать.
Полина скривила губы в усмешке.
– Леонид дал понять, что не могла.
– Когда вы в последний раз видели Лику?
– Не помню. Я тогда долго болела, недели две не ходила на работу. Так что пропустила все самое интересное, – проговорила она с неприкрытым сарказмом.
– То есть вас не было в офисе второго ноября?
– Нет, – отрезала Полина. – Мне нечего рассказать вам об Анжелике. И мне надо работать… – Она демонстративно развернулась в сторону монитора, где на черном экране парила заставка «Перерыв».
По дороге к метро Марк предпринял еще одну попытку дозвониться до Сухинова. Выслушав заученный ответ секретаря, он нажал на отбой и уже хотел убрать телефон в карман, как внезапно остановился посередине тротуара.
Открыв фотографии Ликиной тетрадки с абстрактным узором, он прочитал: «Он не оставит меня в покое. Придется уйти».
Похоже, Марк наконец понял, что она имела в виду.
Глава 15
Вернувшись домой, Марк принялся наводить порядок перед приездом Клары. Он пропылесосил свои тридцать три квадратных метра, вытер пыль и рассортировал выстиранную одежду, а на случай, если Клара решит привезти вещи, подготовил место в шкафу и даже распаковал новые полотенца, несколько лет хранившиеся на самой дальней полке.
Протирая в прихожей пол, Марк наткнулся на игральный кубик от нард, который, видимо, выпал из кармана пальто. На верхней грани чернели шесть кругленьких точек. Хмыкнув, Марк сунул его в карман ветровки, чтобы при случае вернуть Мамаеву.
Около пяти вечера позвонил аудитор, готовый поведать о своих выводах по поводу документов «Дилеммы». Оставив сверкающую квартиру в ожидании гостьи, Марк поехал на встречу.
В шесть тридцать он уже стоял на тротуаре возле съезда с Садового кольца, наблюдая за пешеходами, наконец покинувшими душные офисы и спешащими навстречу выходным. Слепящее солнце, прячась за сталинской высоткой, оставляло на небе золотистый след уходящего дня.
Пузатый кроссовер, отделившись от бесконечного потока автомобилей, свернул на Баррикадную и плавно остановился возле Марка. Он уселся на пассажирское сиденье и пожал руку худому мужчине в серо-полосатом костюме. Несмотря на объемный салон, тот едва ли не упирался головой в потолок, в то время как острые колени поджимали руль.
Когда-то аудитор Геннадий Орлов дал экспертное заключение для статьи Марка, а после выхода публикации внезапно получил работу в крупном холдинге. С тех пор он считал, что у Марка в долгу, и с радостью откликнулся на его просьбу.
– Не возражаете, если мы прокатимся? – спросил Геннадий. – И по пути поговорим? Тут недалеко.
– Без проблем. – Марк достал из рюкзака папку «Дилеммы».
– Ваш аудитор постарался на славу! – с восхищением произнес Геннадий, выруливая на дорогу. – Я лишь прошелся по его отметкам и собрал воедино всю картинку. Итак. Компания «Дилемма-М» занималась перевозками и бо́льшую часть заказов отдавала своему подрядчику ООО «БелЛини». Это заметил ваш аудитор и, судя по всему, решил пристальнее проверить первичку «БелЛини»: договоры, акты, накладные. И нашел определенную закономерность. Если хотите, я покажу, – предложил он. – Найдите товарно-транспортные накладные, которые с салатовыми стикерами.
