Пио Альварес стоял ночью на этой самой вершинке, в этом я был уверен. Сомнительно, чтобы он остался здесь; зная Пио, я готов был поклясться, что у него не может быть только одно потайное место. Их должно быть несколько, и он переходит от одного к другому, никогда не ночуя в одном две ночи кряду.
Я слез с гребня, встал и начал спускаться по противоположному склону горы, направляясь к тому месту, где Пио оставил свой знак.
Вскоре я оказался среди деревьев, которые густо усеяли вершину Кедровой Горы. Кедры сменились высокими соснами. Местами деревья росли редко, местами часто. Попадались оленьи тропы, земля была усыпана хвоей, и идти стало значительно легче. Я был настороже. Несколько раз попадались следы, они явно были свежими.
Здорово, дружище!
Приветствие заставило меня остановиться. Хотя я и рад был услышать этот голос, не слишком приятно, что он застал меня врасплох.
Пио Альварес всегда был больше апачем, чем мексиканцем. Сейчас это было отчетливо видно по тому, как легко он спускался вниз между деревьями. Пио был плотным, сильным мужчиной с нагловатой беззаботной ухмылкой. В добрые старые времена я всегда немного его опасался. Хотя мы дружили, он был крутым парнем, очень переменчивым, с непредсказуемым настроением. Я никогда не знал, как он ко мне относится. Но одно знал твердо: с другим напарником, пожиже, мне бы никогда не выйти к своим в Корее.
Ну что, влип? он качнулся на каблуках и ткнул мне кисет.
Не курю.
А... Да, помню, мне никогда не приходилось делить с тобой табак.
Его черные глаза были непроницаемы.
Ну что, будешь выбираться отсюда, а? Уйдешь?
Они взяли Белл Досон. Пио, ее убьют.
Это точно, он пожал плечами. Им нужно ее пристукнуть, ранчо-то ее.
Затем добавил:
И сеструху ее они убили.
Они утверждают, что была катастрофа.
Пио нехорошо ухмыльнулся:
Катастрофы-то разные бывают. Да, разные. А его она убила.
Она?
Точно. Я видел. Два или три дня они ошивались в горах. Оки, Колин и Джимбо высматривали, куда спихнуть машину. Я все видел, следил. Как-то раз Оки ехал вместе с ней на машине. Вижу, с его стороны дверь распахнулась, он ей что-то сказал и начал выпрыгивать. Но она за него ухватилась мертвой хваткой. Хорошая баба. Очень. Погибла, но и он тоже.
И не сообщил в полицию?
Он посмотрел на меня как на идиота.
Меня ищут. Колин Уэллз заявил на меня, что я краду скот. А ты хочешь чтобы я явился в полицию.
Он молча курил. На плече у него висел винчестер, у пояса револьвер. На Пио была потрепанная, видавшая виды шляпа, потертая рваная кожаная куртка и старые джинсы.
Надо вытащить Белл Досон из их лап, остальное пусть довершит закон.
Они-то и есть закон, сказал Пио презрительно. Сами его здесь устанавливают.
Не думаю, Пио. Кажется, полицейский, который расследует убийство Мануэля Том Райли, не подведет.
Это точно, Райли я знаю.
Внезапно он встал и, сказав «пошли», вразвалочку зашагал среди деревьев. Пио пониже меня, но ходок отменный.
Через полчаса мы дошли до ближайшего убежища Пио. Место было хорошее. На вершине скалистой гряды все подходы простреливались. Более того, имелось несколько путей для отступления. Убежище представляло собой гнездо из валунов, покрытых мхом. Вокруг росли несколько низкорослых сосен и кедров.
Пути для отступления, извивавшиеся между большими камнями, напоминали траншеи. Журчал ключ.
Примерно галлон воды в час, пояснил Пио.
Два огромных валуна имели внизу скос, и под ними могли укрыться два человека. Чуть ниже среди скал было устроено нечто вроде пещеры из камней, где свободно могли разместиться человек двадцать.
Об этом месте мне рассказал дед, разъяснил Пио. Им пользовались еще апачи.
В крыше пещеры, ширина которой составляла метров десять, было отверстие около трех метров в поперечнике. Частично его закрывали наклоненный ствол и кривые ветви кедра. В некоторых местах на стенах пещеры виднелись черные пятна от костров, разводившихся здесь в старые времена. Кое-где попадались почти неразличимые индейские письмена.
Это территория Уэллза?
Нет... Они об этом месте и не знают. Этот Флойд пешком не ходит. Только верхом ездит. Джимбо слишком ленив. Думаю, здесь никто не бывает, кроме меня. Только древние, те знали. Разве знает кто в Форт-Апаче. Этот Джимбо даже ходить разучился. Колин, тот ходил, когда был мальчишкой. А потом нет. Никто из них не может подняться на хребет. Он хитро ухмыльнулся. Они не индейцы, как я. Индейцы, вот кто ходит по горам.
Глава 9
Пио разжег огонь. Затем зашел в маленькую черную пещерку и отрезал два куска от висевшей там говяжей туши. Когда он вышел оттуда, на лице его блуждала плутоватая ухмылка.
Уэллзово мясо. Хочешь?
Не дожидаясь ответа, он плюхнулся у костра и приготовился жарить бифштексы на вертеле.
О мясе можешь не беспокоиться. У Уэллза отличное мясо.
Сидя у огня, я начал клевать носом. Наконец-то можно отдохнуть. Я смертельно устал. Здесь, под теплыми лучами солнца, у костра, глаза стали закрываться сами собой. Тепло проникало в утомленные мышцы, и мало-помалу они расслабились.
Тебя что, Туми интересуют?
Я открыл глаза. Бифштексы были почти готовы.
Что ты о них знаешь? спросил я.
Они пришли в эти места и пригнали стадо коров. Мой дед мальчишкой видел, как они пришли. Он лежал на горе и наблюдал. Никогда он не видел столько коров. А они все подходили и подходили, будто это будет длиться вечно. Ковбои дали скоту разбрестись вдоль берега, где была хорошая трава. Затем подъехали к повозке и слезли с седел. У них был такой вид, будто они приехали домой. В тот год в долине Верда была хорошая трава дожди поспели как раз вовремя. Запах жареного мяса донесся до того места на горе, где лежали мой дед и еще два паренька. Они увидели, как Джон Туми повернулся и посмотрел в их сторону. Если он их заметил, решили они, значит, парень не промах, но остались тихо лежать. Мальчишки очень любопытные, как белки. Джон Туми вскочил в седло и подъехал к подножию горы. Они не знали, бежать или оставаться. Джон Туми сказал им, чтоб спускались, и разложил на земле рядком подарки пять или шесть разных штуковин, а затем отъехал немного и стал ждать. Они спустились, конечно. Сошли с горы медленно и бесшумно, как антилопы или олени, схватили подарки, не разобравшись, что там было. Потом разглядели: табак, маленький мешочек соли и складной нож... Таких ножей они отродясь не видали. Туми сказал им, чтоб они пошли в селение и привели своих отцов он хочет выкурить с ними трубку мира.
Об этом, как я помнил, рассказывалось и в дневнике. Туми понимали, что без дружбы с индейцами им в этих местах не жить. К тому же им пришла одна мысль, хорошая мысль.
