Грег пару мгновений недоумевающе смотрел на Рауля, потом рассмеялся и откинулся на спинку своего кресла.
— Ладно, — сказал он. — Но все же, сознайся, ты пытался увести разговор в сторону?
— Да, — ответил Рауль. Он уже понял — лгать Грегу не стоит, ибо если тот хоть раз уличит его во лжи, то больше не поверит ни единому слову. Это было недопустимо. — Извини, Грег. Ты прав. Мне неприятно говорить об этом.
— Хорошо, я понял. — Грег помолчал. — Один вопрос, и я отстану от тебя. Будем считать тему закрытой. Идет?
— Слушаю.
— У вас ведь есть методы, — негромко произнес Грег. Если бы Рауль своими глазами не видел, как тот в одиночку прикончил бутылку виски, он ни за что бы не поверил, что Грег нетрезв. Впрочем, ничего удивительного… — Ты сам мне рассказывал, как можно подправить человеку мозги, что он этого никогда не узнает и не поймет. Если ты так печешься о благе Арау и самого консула, то почему…
— Я не представляю последствий такого вмешательства, — не дал ему закончить вопрос Рауль. — Это ведь не от тяги к курению избавить, это намного сложнее, поверь. Я не имею права ставить подобных экспериментов на Джейсоне. Кроме того… — Раулю не хотелось говорить этого, но, раз уж он решил быть честным с Грегом, следовало идти до конца. — Кроме того, Эпсилон вряд ли даст разрешение на такую процедуру. Но даже если он сам распорядится… — Рауль отвернулся. — Я не стану делать коррекцию Джейсону.
— Я понял. — Грег смотрел изучающе, смотрел взглядом Джейсона Мерсера, и от этого Раулю делалось не по себе. — Он твой друг, да?
— Наверно, у людей это называется именно так, — ответил Рауль без тени улыбки.
Грег успел заглянуть ему в глаза до того, как Рауль опустил ресницы, и увидел то, чего никак не ожидал от всегда сдержанного, холодного советника. В этом взгляде была боль и горечь, и, пожалуй, злость, происходившая от невозможности хоть как-то повлиять на ситуацию, что-то исправить. Все ясно. Советник действительно считает Джейсона своим другом. «Значит, чувствовать ты все-таки умеешь, — отметил про себя Грег. Спиртное помогло ему немного расслабиться, но ничуть не затуманило мыслей. Чтобы напиться, Грегу Мартасу требовалось значительно больше, чем одна бутылка отличного виски. — И еще как… Больше меня твоя мороженая физиономия не обманет. И Мерсер, получается, тоже не истукан каменный. Тогда кое-что проясняется…»
У Грега не было друзей, его профессия не располагала к тесным отношениям с кем бы то ни было, да и в целом он не стремился к сближению — слишком уж ценил свою независимость. Нет, когда-то давно, еще в интернате, он водил дружбу с одним парнем, с ним вместе они и сбежали, только тот мальчишка скоро подсел на наркотики и погиб. Грег тоже ничего не мог поделать, но самое большее, что он тогда ощутил — это огорчение и желание отплатить тому, кто подсадил его приятеля на наркоту. Сейчас… Он примерно представлял, что чувствует Рауль, понимал его мотивы, но — не более того. Грег не знал всего, что могло связывать Рауля с Джейсоном, а без этого и думать нечего было разобраться в их взаимоотношениях. Да и стоит ли? Кто он — посторонний! Что ему за дело до этих странных созданий? Его наняли, чтобы решить конкретную проблему, и только. Пройдет время, он улетит с Арау и забудет о том, что видел и слышал: право слово, за такие деньги он согласен изобразить амнезию. С другой стороны…
— Рауль, — позвал Грег.
— Да?
— Скажи мне, когда я смогу отсюда убраться?
— По завершению работы, как записано в контракте, — мгновенно ответил Рауль.
— И когда же закончится… моя работа? — прищурился Грег. Подписывать фактически бессрочный контракт было крайне неосмотрительно с его стороны, но что он мог поделать на тот момент?
— Не могу сказать. — Рауль встал, прошелся по кабинету. — Грег, ты получаешь достаточно денег, разве нет? Если этого мало, я прикажу увеличить выплаты. И… тебе нравится твоя работа, я не ошибаюсь?
— Не ошибаешься, — медленно произнес Грег. — Но я все же хотел бы большей определенности. Знаешь, я как-то привык планировать свое время…
— Ты нам нужен, Грег, — спокойно и устало сказал Рауль. — Если хочешь, ты нам жизненно необходим. Ты это знаешь.
Мартасу часто говорили подобное, но еще ни разу — настолько искренне. Он готов был поверить Раулю, но что-то мешало… Что именно, он пока понять не мог.
— Допустим, знаю. — Грег потянулся. — И все же мне хотелось бы иметь представление о том, когда, по-твоему, разрешится эта… ситуация? Как — не спрашиваю, дело не моё.
— Пока не могу предположить, — уклончиво ответил Рауль.
— Я вам не в пожизненное рабство запродался, — сказал Грег резко. — Имей это в виду. Я понимаю, торопить события тебе может быть не с руки, но мне что-то не хочется состариться в твоем особняке. Особняк шикарный, ничего не скажешь, но, видишь ли, у меня немало других дел. Еще пара-тройка месяцев — и меня начнут забывать, это быстро происходит. — Он усмехнулся. — На твои деньги я, конечно, смогу несколько лет прожить без забот, но я не привык сидеть без дела. А заново зарабатывать себе репутацию — та еще головная боль!
— Я понимаю, — кивнул Рауль, не оборачиваясь. Это был опасный момент — Грег пробовал свои силы, даже не осознавая этого, настаивал на своем, и уступать ему сейчас было нельзя ни в коем случае. — Но поверь, я действительно не могу сказать, когда это завершится. Если это завершится…
— Будь проклят тот день, когда я решил пойти на встречу с Бэзилом, — хмыкнул Грег. — Похоже, я застрял тут надолго!
Мартас, делая вид, будто изучает пустую бутылку, пристально следил за Раулем. Да, похоже, тот не врал: сказать что-либо определенное по поводу сроков советник не мог. Сейчас Грег как никогда остро ощущал нехватку информации: вокруг него что-то происходило, а он не мог понять, что именно, не видел всех взаимосвязей, не мог подхватить всех ниточек, распутать сложный клубок отношений и заставить ситуацию работать на себя! Ему выдавались тщательно дозированные сведения, что-то он мог домыслить, до чего-то — дойти логически, но полной картины все равно не представлял, и это ему не нравилось.
Он был всего лишь двойником, отличным двойником, но этой роли ему оказалось мало. Грег Мартас не привык служить чьей-то марионеткой, он всегда был хозяином положения, и в этом случае — хотя и сложном, следовало признать, — не собирался отступаться от своих принципов. Другое дело, что действовать нужно было крайне осторожно…
И вот что еще удивляло Грега: несмотря ни на что, он чувствовал симпатию к Раулю. Возможно, тот чего-то недоговаривал, но на то явно были свои причины. Вполне может статься, что советник, не дрогнув, отдаст приказ о ликвидации Грега, когда в нем отпадет нужда, но пока — Грег чувствовал — Раулю можно было верить. Как ни парадоксально, но Грегу, в жизни не заботившемуся ни о ком и ни о чем, кроме себя самого, нравились такие люди (хоть советник и не был вполне человеком, это ничего не меняло): искренне преданные своему делу, своему миру и готовые выполнять свой долг во что бы то ни стало. Такие встречались редко, но все же попадались на его пути. Грег не всегда мог их понять, но уважал. Ему казалось, будто они знают нечто недоступное его пониманию…
